Властелин суда
Шрифт:
— Доктор Найт слушает.
Откинувшись в кресле, Тина следила за черным пятнышком птицы, парящей на волнах снежно-белого тумана, никак не желавшего отступать от берега.
— Дэвид Слоун? Да, это мой пациент.
При упоминании фамилии Дэвида Тина тут же оторвалась от созерцания пейзажа и переключила все внимание на Бренду Найт. Лицо докторши сморщилось, как от боли. Она махнула ей рукой, словно извиняясь, и вновь принялась постукивать острием ручки по блокноту.
— Верно. Никаких посетителей ему не разрешено. Так это и записано. — Ее голос раздраженно повысился. — Это детектив Гордон? А кто это? — Она нахмурилась. — Подождите секунду.
Найт прикрыла трубку ладонью.
— Что-то случилось? —
— Это с вахты. Говорят, что к вашему мужу пришел посетитель, а они нечаянно сообщили ему номер палаты, прежде чем увидели мой запрет на посещения.
— Кто он такой? — спросила Тина.
— Вот здесь какая-то неувязка. Вы же, кажется, говорили, что у вашего мужа нет родных, не так ли?
Тина внезапно почувствовала, как ее живот сводит судорогой страха.
— Так он говорил.
— Ну а дежурный на вахте утверждает, что мужчина оказался братом вашего мужа.
Тина даже привстала.
— Кем он оказался?
— Братом вашего мужа, прибывшим из Индианы. Он заявил, что только что с самолета и...
Ноги Тины прилипли к полу.
— Но муж вовсе не из Индианы. Он вырос в Южной Калифорнии!
Она чувствовала, как немеют плечо и шея. В голове еще звучало эхо того, что говорил Слоун.
Мельда описала этого человека. Она сказала, что он маленького роста, коренастый, коротко стриженный. Сказала, что на предплечье у него татуировка — орел. Это тот самый мужчина, которого я видел вчера вечером. Когда я вернулся из офиса, он был в доме.
Она рванула дверь кабинета.
— Вызовите охрану! — крикнула она и бросилась в холл.
35
Слоун встал так, чтобы охранник не видел его лица. Дверь в палату распахнулась.
— Здесь все в порядке? — осведомился полицейский.
Слоун, царапая что-то на пюпитре, украдкой бросил взгляд на медбрата и, стараясь говорить его голосом, врастяжку произнес:
— Угу. Все тип-топ. Спит сном праведника.
Ему показалось, что полицейский медлит уйти. Потом дверь захлопнулась.
Слоун перевел дух, зная, что облегчение долго не продлится. Миновать охранника, пройти по коридору и выйти из здания клиники будет нелегко. Он подозревал, что дверей в психиатрическом отделении не так уж много, а так как привезли его без сознания, он понятия не имел, где они находятся. Кружа по этажу, он лишь привлечет к себе внимание. Значит, надо идти целенаправленно. А уж куда — это дело другое.
Он шагнул к двери и поглядел в глазок, но охранника не увидел. Приоткрыв в двери щель, он кинул взгляд в холл. От успокоительного предметы расплывались перед глазами, но он все же различил охранника — тот сидел, опершись на конторку дежурных сестер на площадке, где пересекались два коридора. По-видимому, там же находились и лифты. Он взглянул в другую сторону. Там был тупик. Медбрат застонал громче. У Слоуна не было ни времени, ни выбора. С пюпитром в руках он открыл дверь и вышел.
Каждый шаг отдавался болью в лодыжке, но, приближаясь к конторке, он заставлял себя не хромать; у конторки охранник любезничал с сестрой, чем и объяснялось нарушение графика: еще бы, славненькая блондинка.
«Только продолжайте любезничать, — шептал, приближаясь к ним, Слоун. — Не поднимайте на меня глаз, не глядите ни вверх, ни вниз».
Охранник повернул голову, но на Слоуна не взглянул, а посмотрел мимо, окинув взглядом холл. После чего возобновил свой флирт. Проходя мимо поста дежурных сестер, Слоун загородился пюпитром. Дальше была площадка, где сходились два коридора.
Из-за угла выглянула Тина, голова ее была опущена, она споткнулась, но не упала и, не заметив его, бросилась в холл. В нескольких шагах от нее бежала раскрасневшаяся и запыхавшаяся Бренда Найт, полы
— Вы! За нею! Живо!
Полицейский расправил плечи.
— Все в порядке. Я лишь недавно проверял. Он спит. И медбрат у него в палате.
Выйдя на площадку, Слоун увидел лифты и нажал на кнопку вызова, одновременно оглядываясь в поисках лестницы и не находя ее.
В холле Найт спрашивала сестру, которая вместе с полицейским уже направлялась в палату:
— Еще кто-нибудь здесь был?
— Нет, — сердито отвечала девушка. — Майкл, а больше никто.
Не имея времени дожидаться лифта, Слоун продолжал искать выход на лестницу. Когда он оглянулся на дежурный пост, то перехватил взгляд сестры: та глядела на него в замешательстве, словно не узнавая. От стен коридора гулко отдавалось эхо взволнованных голосов. И тут же мигнула лампочка, и сестра закричала, тыча пальцем:
— Эй! Он возле лифта! Он возле лифта!
Послышался звонок — лифт прибыл. Шаги. Кто-то бежит.
Дверцы лифта раздвинулись. Тина бросилась к конторке, ее настигал охранник, она метнулась к лифту:
— Дэвид!
Навстречу Слоуну шагнул мужчина.
Ростом поменьше вашего. Мускулистый такой. Коротко стрижен. На макушке гладко.
Оба узнали друг друга одновременно. Мужчина схватил Слоуна за рубашку, в то время как тот втолкнул его обратно в лифт. Дверцы сомкнулись, их отбросило к задней стенке лифтовой кабины. Кабина дрогнула. Сцепившись, они боролись, мотаясь от стенки к стенке. Слоун удерживал руку, в которой был пистолет. Другая рука мужчины сжимала горло Слоуна, его большой палец упирался ему в кадык, перекрывая доступ воздуха. Действие лекарств лишало Слоуна сил, вопреки приступу гнева и буйству адреналина в его крови, и он чувствовал, как незнакомец одолевает его, рука, державшая оружие, постепенно сгибалась и тянулась к нему. Он ощущал себя борцом, вот-вот готовым проиграть матч, и дуло пистолета постепенно, дюйм за дюймом, приближалось к его голове.
Слоун сделал резкое движение головой и услышал, как хрустнула сломанная переносица незнакомца. Брызнула кровь. И в ту же секунду, утвердившись на здоровой ноге, Слоун развернулся и сильным ударом вдавил незнакомца в перила у противоположной стены кабины. Лифт бешено дернулся, отчего они, потеряв равновесие, упали на пол, и внезапно встал.
Слоун методично бил руку с пистолетом о стену лифта, пока оружие не выпало. Он потянулся, чтобы схватить пистолет, но лифт, судорожно устремившись вниз, не дал ему этого сделать. Дверцы раздвинулись. Слоун все-таки завладел оружием, когда в лифт вошла женщина. Незнакомец толкнул ее к Слоуну, также толкнув в его сторону и других ожидавших лифта. Они попадали на Слоуна подобно кеглям. Дверцы лифта ритмично закрылись и вновь открылись, отзываясь на препятствие сильным гулом. Пробравшись по упавшим, Слоун кинулся в коридор. Служащие клиники, ища укрытия, спешили лечь на пол. Незнакомец был через холл от него, он уже открывал дверь на площадку. Проковыляв вслед за ним с горящей как огонь лодыжкой, Слоун потянул на себя дверь и, перегнувшись через перила, увидел, как мужчина торопливо сбегает вниз. Даже и на двух здоровых ногах Слоуну было бы его не догнать. Сверху доносились гул голосов и топот. Внизу тоже что-то кричали. Пути к выходу мало-помалу перекрывались. Спустившись на один пролет, Слоун сунул пистолет за пояс, прикрыв его форменной рубашкой медбрата, и очутился этажом ниже, в коридоре, где медсестра никак не могла совладать с лежащим на койке больным и штативом на колесиках. Слоун, хромая, пристроился у нее за спиной; ухватившись за металлическую раму и опершись на нее, он принялся подталкивать тяжелую койку.