Властелин Севера
Шрифт:
Чуть позже семь человек — пятеро мужчин и две женщины — стояли в центре гарта у алтаря эоворлингов, который представлял собой большую каменную плиту, установленную на четыре кругловатых камня. На алтаре были вырезаны руны, значение которых Вульф не совсем понимал. Между рунами Хельги и Хамдир — вардлок князя Хлёддвара — положили золотое кольцо, достаточно широкое, чтобы взрослый мужчина мог носить его на шее, а также молот, рог и кувшинчик, наполненный элем.
Рядом из земли был срезан слой дерна и приподнят так, что образовывал некое подобие арки. Края его
Хельги и Хамдир повернулись к семерым вождям и к их дружинам, что стояли поодаль. Хельги взял в руки молот и начертил в воздухе священный знак. Вульф рассматривал золотистые линии, неторопливо плывущие в воздухе, и широко раскрыл глаза, почувствовав прикосновение священной энергии, которая заструилась в Мидгарт сквозь окно, открытое великим символом. С каждым вздохом сияние, видимое лишь Вульфу и Хельги, становилось ярче, заполняя собой небо и землю. Огненный хоровод пронесся перед глазами молодого ильвинга и закружил голову.
Хельги махнул князьям, и они шагнули к алтарю. Положив руки на кольцо, они посмотрели на колдуна. Хельги запел:
— Взываю к Тивазу, высочайшему богу, зову я Тонараза, грозного стража, и Вульдора, хранителя клятвенной тверди! Хвала всем богам и священным богиням!
Князья отпустили кольцо и уступили место двум женщинам, которые встали у алтаря, опустив ладони на святой предмет. Хельги продолжал заклинание:
— Взываю к Фрийе, великой богине, кому ведомы судьбы богов и людей, зову я Хольду, прекрасную княжну любви, и многомудрую Вар,[*] кто слушает клятвы людей. Хвала всем богиням и священным богам!
Вульф и остальные князья присоединились к женщинам, взявшись за кольцо. Вульф закрыл глаза, но идущее отовсюду сияние все равно слепило его взор. Он ощутил присутствие чего-то безгранично сильного и всевидящего, которое явилось в этот мир, чтобы засвидетельствовать человеческую клятву и наложить суровое наказание на того, кто эту клятву нарушит. Золотистые лучи преломлялись, превращаясь в копье, молот и лук. Напротив них повисли в сияющем ночном небе прялка, переливающееся всеми цветами ожерелье и кольцо. Эти символы явились в мир людей, вызванные, чтобы услышать клятву.
Все князья и княгини заговорили вместе, соединяя голоса в благоговейном хоре.
— Стоя пред взором великих Асов и мудрых Ванов, я… — тут каждый из них назвал свое имя, — …даю эту клятву верности тем, кто сейчас держит свою длань на священном кольце. Я клянусь вечно хранить верность этим людям и их родне, и мстить за них так, как мщу я за свой род, ибо мой клан станет их родом, а мать моя и отец мой станут их родителями, а сами они станут моими братьями и сестрами. А ежели кто нарушит эти узы братства, не миновать тому смерти лютой, и кровь его будет долго поить змей, а от плоти его будут вкушать стервятники. Изгоем станет клятвопреступник, и пожрут его тролли! Да будет так!
Семеро отпустили кольцо и встали бок о бок вплотную друг к другу. Хельги взял рог, наполнил его элем и подошел к ним. Вульф достал кинжал и осторожно надрезал себе руку между изгибом локтя и запястьем. Остальные последовали его примеру, и когда кровь потекла по коже, они прижали окровавленные руки друг к другу — рана
— Клятва дана, и я буду верен ей, пока жив! — сказал Вульф и с этими словами отпил глоток. Терпкий вкус крови, смешанный с элем, заставил его слегка поморщиться, но этого никто не увидел.
Когда каждый из тех, кто дал клятву, прошел под дерном и глотнул из рога, Хельги вылил остатки священного напитка на землю в то место, где был срезан верхний слой. Затем он выдернул свой посох и уложил полоску дерна на место, похоронив под ней то, что принадлежало земле. Хельги завершил ритуал еще одним знаком молота, который он начертил в воздухе и который закрыл окно в Мидгарт, восстанавливая прежнее равновесие в мире.
Люди расслабились, и их шепот постепенно перерос в гул разговоров. Многие воины из разных дружин жали друг другу руки и обнимались, радуясь тому, что теперь они все в одной дружине, сплоченные кровью своих вождей.
— Всем пива! — весело распорядился Хлёддвар. Он никогда не упускал случая попировать, тем более что повод выпал более чем подходящий.
Вульф позволил Вальхтеов перевязать себе руку, а потом подошел к матери. Старая женщина протянула ему рог с пивом и сказала:
— Все правильно, сын. Я горжусь тобой, — а потом она приблизилась и прошептала Вульфу на ухо, встав на цыпочки, — Победим мы троллей или нет, но сейчас ты стал вождем почти всех племен западных побережий. Отец был бы очень горд тобою — ведь ты осуществил его мечту.
Она лукаво улыбнулась и отошла в сторону, давая возможность Вальхтеов обнять и поцеловать брата.
— Если бы мы могли объединить вот так еще несколько народов, то можно было бы выступить против турсов, правда? — спросила она, заглядывая в серые глаза Вульфа и надеясь услышать положительный ответ.
— Всему свое время, — ответил молодой ильвинг, — Скоро мы сможем выступить против них. Но сейчас нас еще слишком мало.
— Вульф! — князь обернулся на голос и увидел Хильдрун, стоящую за его спиной с рогом в руках. Она улыбнулась и сказала: — Я хотела предложить своему новому родичу питье, но я вижу, у тебя уже есть.
Вульф двумя торопливыми глотками осушил рог и принял из рук девушки новый.
— После всего этого очень хочется пить, — признался он. — Благодарю тебя. Ты очень добра.
Хильдрун улыбнулась еще шире, и в ее ярко-синих глазах Вульф увидел нечто такое, что впервые заставило его сожалеть о своем даре Мимиру.
ЧАСТЬ ВТОРАЯ. МОЛОТ ТОНАРАЗА
«У Хлорриди дух
рассмеялся в груди,
когда могучий
свой молот увидел;
пал первым Трюм,
ётунов конунг,
и род исполинов
был весь истреблен».