Власть
Шрифт:
Да и здесь, за эти два с лишним месяца, пока у меня не было связи с Жереном, случилось очень многое. Мою харчевню сожгли дотла. От нее осталось только печь, стоявшая посреди пепелища. Серьезно пострадали и соседи, некоторые лишились домов, оставшись без кола и двора.
Моя мануфактура тоже превратилась в пепел. К счастью Жерен успел вывезти запасы сырья и готовой продукции в Средний город. Там пока было тихо. Но вот уже больше месяца мои мастерицы находились в вынужденном отпуске, и это очень сильно не радовало.
Для меня было очевидно, что хотя бы кто-то из них поддастся соблазну и сольет
Ресторация в Среднем городе не пострадала. По крайней мере пока...
По всему выходило, то я лишилась половины своего имущества. А если принять во внимание возможную утечку новых технологий, то можно сказать я потеряла почти все.
Некоторую надежду внушало только то, что я уже успела оформить все документы по гильдии промышленников, и теперь технологии массового производства находились под ее защитой... Формально. Но на практике мне придется биться за это право.
Все неприятные новости поведал мне Бусык, так звали мальчишку-подмастерье, по дороге в Средний город. Он вел меня по таким закоулкам Нижнего города, о которых я даже не подозревала, хотя прожила здесь достаточно долго. Лошадь и вещи пришлось оставить. Я забрала только одну сумку, в которой лежали кубки и возможный артефакт Древних Богов.
— Тише, — Бусык вдруг остановился и замер без движения, чутко прислушиваясь к каждому шороху. Я застыла на месте, задержав дыхание, чтобы его звук не искажал окружающую нас картину. Мне показалось, что все тихо и спокойно. Но мой проводник нахмурился, прижал палец к губам и, схватив меня за руку, бесшумно открыл дверь дома, мимо которого мы проходили и втолкнул меня в темноту. — Побудьте пока тут, — распорядился он тихим шепотом, — мне надо кое-что посмотреть.
Я кивнула и замерла в темноте чужого дома, вжимаясь в стену. Было откровенно страшно, что кто-то нападет либо с улицы, либо из темноты, пропахшего чем-то кислым, жилья. Но с этим страхом я справлялась довольно легко. Просто опустила его в глубину своей души. Прямо сейчас я в безопасности. Гораздо большей, чем когда была в одной постели с Адреем.
Бусык вернулся быстро. Так же бесшумно открыл дверь, скользнул внутрь и прошептал:
— Тетька Елька, нас заметили. Нам придется спуститься вниз...
— Хорошо, — кивнула я. — Веди.
Мелькнула мысль, что я могла вляпаться в ловушку... Могло ли случиться, что мальчишка просто прикрывался именем Жерена, чтобы я начала ему доверять? Могло, согласилась я. Но я чувствовала, то он не врет. Точно так же, как чувствовала опасность там, за дверями чужого дома. На уровне инстинктов.
Мы прошли из темного коридора на кухню. Обычная такая кухня, очень похожая на ту, что была в доме у Селесы. Печка, стол со скамейками, лавки для воды, полки для посуды и небольшой погребок посреди комнаты, заменяющий холодильник.
Бусык упал на колени перед люком погреба. Я хмыкнула. Ну, надо же... как хитро.
Но все оказалось еще хитрее. Под люком оказался привычный в Нижнем городе хладник, в котором стояли крынка с молоком и горшок с кашей. Бусык сунул голову внутрь и покрутил из стороны в сторону, как будто что-то искал.
— Нашел! — ликующе прошептал он, сунул руку по локоть под половицу, скривился, словно ему пришлось приложить усилия, чтобы выполнить невидимое действие. Выдохнул, — готово! Идемте, тетька Елька...
Мы прошли в горницу. Тоже вполне типичную и похожу на ту комнату, что была у Селесы. Только со стороны кухни, прямо рядом с печкой, где обычно ставят кровати, чтобы не замерзнуть холодными ночами, стоял большой старинный сундук-топчан с плоской крышкой. На таком можно спать, но очень неудобно. Судя по обстановке хозяева дома были совсем не бедные, и вполне могли позволить себе заменить старую неудобную мебель, но по какой-то причине предпочли спать на сундуке. Разгадка нашлась очень быстро.
Бусык откинул крышку, нырнул внутрь... что-то щелкнуло...
— Спускайтесь, — скомандовал мальчишка, и я без раздумий шагнула к нему. На дне полупустого сундука оказался люк в подземный ход. Я спускалась осторожно, тщательно прощупывая ногой каждую ступеньку. Похоже здесь давно никого не было, лестница оказалась довольно старой, и я опасалась, что перекладина может сломаться под моими ногами. Когда наступила на твердую землю, с облегчением выдохнула.
— Готово, — подняв голову взглянула на мальчишку, голова которого по прежнему нависала над сундуком.
— Держите, — он сбросил в лаз небольшой, но плотный узелок. Вероятно один из тех, которые лежали в сундуке. — Там свечи. Зажгите, а то я сейчас здесь все закрою... Нельзя, чтобы они догадались, где мы спустились.
В узле на самом деле были свечи, огниво и еще какие-то вещи. Я не стала тянут время, рассматривая контрабандистское снаряжение, а ничем иным это прост не могло быть, и быстро подожгла фитилек.
Бусык мгновенно нырнул в сундук и захлопнул крышку. Нас накрыла кромешная тьма... ни одного лучика света не проходило через плотно подогнанный крышку сундука. Скорее всего это было сделано нарочно. Не удивлюсь, что если у сундука двойные стены, чтобы заглушить малейшие звуки, которые могли бы указать преследователям место исчезновения ушлых контрабандистов. А я была уверена, что это именно они устроили этот тайный ход.
— Вот и все, — Бусык закрыл люк, ведущий в подземный ход и легко скатился с лестницы. — теперь пусть попробуют нас найти.
Он перестал шептать и звонко расхохотался, подтверждая мои догадки.
Подземный ход оказался довольно сухим. Вероятно, существовала какая-то система вентиляции, потому что воздух внутри вовсе не был затхлым. Я шесть лет прожила в Нижнем городе, причем большую часть из них была напрямую связана с его ночными жителями, но о подземных ходах контрабандистов не слышала ни разу. Вероятно, знания об этой системе тоннелей обладали самым высоким уровнем секретности. И передавали их только особо доверенным людям, как секреты мастеров в гильдиях...