Власть
Шрифт:
И замолчала в ожидании вердикта Великой матери.
Она молчала прикрыв глаза,чтобы я не смогла ничего прочитать по ним. Но я уверена, несмотря на внешнюю расслабленность, ум моей бабки работал, анализируя возможные варианты ответов на мое предложение и последствия каждого из них в ближайшей и отдаленной перспективе. Я сама невольно просчитывала все открывшиеся перед ней возможности. И поэтому вопрос, заданный Великой матерью, застал меня врасплох:
— Почему Вайдила назвала тебя сестрой?
Глава 26
Я пожала
— Потому то мы отлично ладим...
— Врешь! — резко выдохнула старуха. — Я половину жизни положила на то, чтобы сблизиться с этой высокомерной сукой, королевой Хайдилой. Но эта дрянь всегда отказывала мне в союзе. А сейчас принцесса Вайдила назвала тебя сестрой, а ты говоришь, что вы просто ладите?! — она засмеялась.
Я снова пожала плечами. Даже если бы я хотела, я все равно не смогла бы ответить на этот вопрос. Но я так и не получила ответ на другой.
— Что вы решили по поводу титула Великой матери?
Старуха взглянула на меня с показным презрением:
— Забирай, — фыркнула она. И добавила уверенно, — дело вовсе не в титуле.
Мне очень захотелось спросить, мол, поэтому вы обманули свою сестру, чтобы занять ее место? Но я прикусила язычок и промолчала. Хватит ссор и споров. Я получила то, что хотела, а остальное неважно. Но старуха не унималась:
— Ты не сможешь править Ургородом, даже если захочешь. И Грилорией... И нашей будущей страной тоже. Ты слишком слаба. Как и твоя мать. — Она говорила это исступленно, как будто бы хотела убедить в своих словах не только меня, но и себя тоже. — Ты потеряешь власть. Твое окружение будет вертеть тобой так, как хочет. Ты не способна стать королевой.
— Может быть, — кивнула я. — Но завтра утром вы объявите всем, что титул Великой матери теперь принадлежит мне. А вы остаетесь просто управителем города.
— Мой народ не примет тебя, — старуха понимала, что проиграла. Но из последних сил пыталась удержать за собой плацдарм. Вместо того, чтобы отступить с достоинством.
— Тогда я призову Богиню, — пожала я плечами. Встала. Сделала пару шагов к двери и остановилась. — Пожалуй, ты права, бабушка... чтобы никто, в том числе и ты, не сомневался в моем праве, я сделаю это завтра утром. Потрудись собрать всех жителей на площади...
Она ничего не ответила. Продолжала смотреть в сторону в одну точку. Седая, сгорбленная старуха, в наспех натянутом платье, и торопливо собранной прически, из которой за время разговора, выбились волосы, окружившие ее голову пушистым облаком. В сердце шевельнулась жалость.
— Кстати, — я вздернула уголок губы, обозначая улыбку, — чуть не забыла, я знаю, что это ты давала Адрею травки, чтобы приворожить меня. Не стоит этого делать. Я никогда не смогу полюбить человека, убившего моего отца. — «И маму» добавила про себя. Заледеневшее сердце отозвалось жгучей болью. Гирем...
Я сжала зубы, справляясь с вновь нахлынувшими эмоциями. Боль мгновенно оглушила меня, и не услышала,
— Это не я...
Вайдила с сестрами ждали меня в коридоре дворца. Они добродушно болтали с охранницами, обсуждая достоинства и недостатки своего оружия. И даже размахивали им перед носом друг друга, демонстрируя свои возможности. Как будто бы не были несколько минут назад врагами, готовыми вцепиться друг другу в глотку и рвать до смерти.
— Сестра? — увидев, что я вышла, Вайдила сунула клинок в ножки и повернулась ко мне.
— Нам придется задержаться, — кивнула я. — Завтра утром Великая мать сделает очень важное заявление...
Вайдила улыбнулась. Не знаю, что известно принцессе, но явно она знала гораздо больше старшей стражницы, которая после моих слов нахмурилась. Она метнула взгляд в сторону покоев старухи и замерла на месте. Всем своим видом демонстрируя, что нам нужно убраться отсюда как можно скорее, чтобы она могла отправиться к своей хозяйке.
Я кивнула ей. Как будто бы дала разрешение, хотя меня вроде бы никто не спрашивал. И повернулась к амазонкам.
— Нам надо отдохнуть. Идемте...
Мы еще не вышли из зала перед дверями в покои Великой матери, как старшая стражница метнулась к ней. Я прикусила губу... Надеюсь, старуха не выкинет что-нибудь нехорошее. Мне не хотелось бы лишать ее жизни. Какой бы тварью она ни была, а все же она моя ближайшая родственница, после Лушки, Анни и... Нюня... Я вздохнула. То, что я узнала от старухи о своем отце требовала переосмысления. Но сейчас мне некогда об этом думать. Сейчас мне нужно просто поспать, перед завтрашним выступлением.
Но сначала я должна была узнать ответ на другой очень важный вопрос. Я слегка притормозила, чтобы поравняться с старшей телохранительницей.
— Вайдила, — прошептала я, стараясь, чтобы никто больше не услышал моего вопроса, — почему ты назвала меня сестрой?
Она взглянула на меня спокойно и доброжелательно.
— Я расскажу, — тряхнула она головой и зевнула, прикрывая рот ладонью, — сейчас отпустим сестер спать и поговорим. Идет?
— Идет, — согласилась я. И зевнула тоже... Не зря говорят, что это заразно. А может быть дело в том, что ночь давно перевалила за половину. И скоро начнется темное зимнее утро.
Прошло совсем немного времени, и мы расположились в моих покоях. По сравнению с роскошью в комнатах Великой матери обстановка здесь была очень сдержанной и даже аскетичной. Простая серая ткань на стенах, темные и очень плотные шторы по краям высоких, стрельчатых окон...
Мы решили не будить горничную и не тревожить кухарку. У меня были сушеные яблоки и травы для взвара. Но Вайдила решила угостить меня традиционным чайным напитком из Королевства Кларин. Пока она ходила за травами, я подошла к окну, распахнула створки. Холодный воздух ворвался в комнату, перехватывая дыхание. Мороз железным обручем обхватил непокрытую голову, прогоняя сон. Я высунулась наружу... темное пятно дворцовой площади было как на ладони.