Власть мошенников
Шрифт:
Все это вызывает закономерные вопросы: что нам теперь делать? Что предпринять? Каковы наши задачи? Все мы — военные, а обсуждать цели войны больше пристало политикам.
Потому возникшие вопросы мы предоставим решать им. А когда нам станет известен ответ, мы будем готовы, потому что все вы немедленно разобьетесь на отдельные группы планирования и каждая рассмотрит одну из возможностей. В течение часа вы получите особые распоряжения: некоторые из вас займутся прежней работой, но должны оставаться в курсе дела и помогать, если понадобится.
Нам необходимо спланировать следующее:
Второй вариант — выбор одной из многочисленных воинских стратегий, которая с наибольшей вероятностью обеспечит нам победу, принесет наибольшие потери гардианам и наименьшие — нам. Параллельно с этим нам придется разработать способы и средства спасения всех граждан государств — членов Лиги, похищенных гардианами. Я уверен: мы способны разгромить гардианов даже в их системе, выстоять даже против их отвратительного биологического оружия.
Адмирал Томас на мгновение замолчал, а когда заговорил вновь, ледяной тон его голоса ошеломил Джорджа Приго прежде, чем новоявленный офицер разведки понял смысл слов адмирала.
— Третий вариант очень прост, и после битвы у Британники я вынужден признать, что этот вариант является единственным. Лично я решительно против него. И все-таки скажу: этот третий вариант — истребление. Мы уничтожим их до последнего. Разбомбим все города, все спутники, все корабли, стерилизуем планеты Нова-Сол и позаботимся, чтобы эти чертовы черви и другие чудовища, созданные гардианами, были истреблены вместе со своими творцами.
Я уверен, что мы способны и на такое.
20
ОСГ «Ариадна». Орбита планеты Застава
«Неужели про нас забыли?»
Никто не задавал этот вопрос, по крайней мере вслух, но он возникал у всех ВИ каждый раз, когда они смотрели на звезды или вспоминали о доме. «Дом» постепенно превращался для них в мифическое место, потерянный и недосягаемый рай.
Прошло уже более полутора лет с тех пор, как их привезли на «Ариадну». Бывшие курсанты разведслужбы уже перестали считать себя курсантами службы Лиги и гражданами своих государств. Это была уловка избирательной памяти, защита от боли, помогающая забыть, кем когда-то были эти люди. Со временем им все проще становилось считать себя ВИ — военнообязанными иммигрантами. Приемлемый термин для рабства.
Однако эта защита с помощью забвения, смирения, покорности обстоятельствам оставалась неглубокой. То и дело знакомое выражение проходило по лицу какого-нибудь из ВИ — выражение скорби, потери и потерянности. В большом мире их считали погибшими, с их смертью примирились. ВИ потеряли надежду.
Их надежда вспыхнула было вновь, после того как главный штурмовой флот и «Левиафан»
Но Сэм Шиллер, лучший астроном среди ВИ, был настроен пессимистично и не впадал в заблуждение. Лиге предстояло вначале найти гардианов, но гардианы сумели вернуться домой незамеченными. Бесчисленный флот Лиги так и не появился, и ВИ вновь упали духом.
У пленных не было достоверной информации из большого мира, кроме той, что они видели и слышали сами и что узнавали от наиболее болтливых гардианов. ВИ шутили, что гардианы считают государственной тайной даже время суток и что комитет безопасности выслеживает всех повинных в утечке столь ценной информации.
По крайней мере, ВИ удалось узнать об аборигенах Заставы. Официально их существование тоже считалось секретом, но в реальности об этом знали все. Скрыть существование аборигенов от ВИ было совершенно невозможно — особенно потому, что сами ВИ обслуживали системы связи. После бегства Люсиль текстовые сообщения были переданы на каждый экран станции. Огромные грузы и множество персонала проходило через «Ариадну» по пути в контактный лагерь гардианов. Все знали о существовании аборигенов Заставы и ловили слухи о них.
Вызывали удивление и порождали надежду странные отношения, зародившиеся между Густавом и ВИ после бегства Люсиль. Только Синтия Ву и Сэм Шиллер знали наверняка, что Люсиль приземлилась на Заставе, но даже они не представляли, зачем она так поступила. По станции ползли слухи, было трудно упустить связь между исчезновением Люсиль, исчезновением шлюпки, нападением на врача и одним мертвым и одним тяжело раненным гардианом.
Но только Синтия точно знала, что Люсиль-еще жива — или, по крайней мере, что маяк действует… По освященному веками принципу нельзя судить о том, чего не знаешь, и Синтия предпочла не рисковать знанием или безопасностью друзей, сообщая им, что происходит, даже Сэму. Они никогда не обсуждали случившееся той ночью.
Синтия постоянно пыталась понять мотивы поступков Густава. Она была готова поручиться: между Люсиль и Густавом что-то есть, но что, почему и как это получилось — Синтия понятия не имела. Ни Густав, ни Люсиль ничего ей не объяснили. Все, что понимала Синтия, — Люсиль пришлось исчезнуть и Густав был посвящен в ее намерения. Его возвращение на «Ариадну» сразу после бегства Люсиль было слишком любопытным совпадением.
Теперь делами на «Ариадне» заправлял помощник командующего. По-видимому, у него были свои соображения насчет того, какую игру он ведет. Через двадцать часов после его возвращения на станцию «Гремлоид» бесследно исчез из всех компьютеров. В сущности, все предполагаемые секретные компьютерные файлы исчезли без объяснений, упреков или арестов. Должно быть, Густав, бывший офицер разведки, уже давно знал о существовании этих подпольных файлов. ВИ перепугались. Они ждали, что последует дальше, но ничего не произошло. Густав их не трогал.