Власть мошенников

Аллен Роджер Макбрайд

Аборигены Заставы обошли шлюпку и показались неподалеку. Увидев открытый люк, они выстроились вокруг него и застыли в ожидании.

— Я пойду, — объявила Люсиль, удивляясь собственному слабому и дрожащему голосу.

Одна из посадочных штанг шлюпки находилась прямо под наружным люком воздушного шлюза. В верхней части находилась небольшая платформа, к штанге были приварены круглые ступени. Люсиль шагнула на платформу и осторожно спустилась вниз по десятиметровой лестнице. Она перебирала ступеньки, пристально разглядывая полированный металл, словно зачарованная. Строчка на перчатках, складки ткани, движение теней в ярком утреннем свете — каждая

мелочь казалась Люсиль невероятно важной и сложной. Она цеплялась за каждую подробность, откладывала ее в памяти, наслаждалась понятным и знакомым, понимая, что сейчас придется столкнуться с чем-то совершенно иным. Последняя ступенька находилась на высоте полутора метров над землей. Достигнув ее, Люсиль неловко спрыгнула.

Она забыла про внушительную массу скафандра и тяжело ударилась о землю, чуть не упав. Взмахнув руками, Люсиль удержала равновесие и успела схватиться за посадочную штангу. Отвернувшись от шлюпки, она оказалась лицом к лицу с инопланетянами.

Они ждали — на расстоянии всего нескольких метров, отделенные от нее только высокой травой.

Внезапно Люсиль поняла: в происходящем есть что-то странное, неправильное. Вокруг слишком тихо. До нее не доносились звуки снаружи. Она включила внутреннюю связь, коснувшись кнопки подбородком.

— Густав, я совсем забыла! Есть ли в скафандре наружные микрофоны и динамики?

Внутри у Люсиль все сжалось: она представила себе, как подходит к инопланетянам, останавливается так близко, что могла бы коснуться их, но обнаруживает, что не в состоянии ни слушать, ни говорить.

— Да, черт возьми, забыл объяснить: на левом рукаве скафандра находятся кнопки, помеченные «МИК» и «ДИН». Нажмите их и еще одну, самую крайнюю. Тогда мы тоже сможем слушать. Я начинаю запись. Камеры направлены на вас и на аборигенов, наружные микрофоны шлюпки уже работают. Мы сделаем и видео-, и аудиозапись.

Люсиль подняла левую руку и нашла кнопки, осторожно нажала три из них неловким из-за толстого скафандра движением.

Внезапно внутрь скафандра влился шорох листьев, далекие крики каких-то птиц и животных — тысяча негромких звуков незнакомой планеты.

Люсиль шагнула навстречу хозяевам этой планеты. Трава оказалась выше, чем она предполагала, — достигала почти метра в высоту, земля была влажной и скользкой. Люсиль все острее ощущала, что от окружающего мира ее отделяет только скафандр и хрупкое стекло шлема. Что подумают аборигены? Может, примут скафандр за ее кожу? Разглядят ли они ее голову в шлеме, поймут ли, что она живое существо, облаченное в нелепую одежду?

Она шагала к ним медленно и неловко, избегая резких движений. Пятнадцать метров, десять, пять, три… Люсиль остановилась.

Аборигены нервно зашевелились, не сводя с нее черных кукольных глаз.

Теперь Люсиль сумела разглядеть их вблизи. Их головы казались огромными и безлицыми, глаза — непроницаемыми, а рты — маленькими, почти незаметными. Впервые она заметила, что кожа вокруг глаз и на черепе аборигенов постоянно и ритмично пульсирует. Вероятно, эти движения были как-то связаны с дыханием, в процессе которого участвовала вся голова.

Жители Заставы казались огромными. Люсиль решила, что размером они превышают небольшую лошадь. Покров тел был гладким и кожистым.

Ближайший из аборигенов сделал жест правой рукой. Его пальцы выглядели непривычно: четыре штуки, гибкие, взаимопротивопоставленные, словно каждый из них был большим пальцем.

Существо неопределенного пола, которое Люсиль решила

пока именовать «он», издало несколько звуков — гулких, бухающих звуков странного тембра и тона. В его речи отчетливо прозвучали гласные и согласные звуки, но ничего похожего на слова. Люсиль терялась в догадках — кричал ли ее собеседник, произносил ли речь, пел или визжал, оттого, что кто-нибудь наступил ему на хвост? Что это было — приветствие или угроза?

Люсиль широко развела руки и разжала ладони, показывая, что они пусты. Смутившись, она долго подыскивала слова, прежде чем остановилась на простейшей фразе:

— Мы пришли с миром.

Пристально глядя на незнакомцев, она вспомнила гардианов и их многочисленный флот. «По крайней мере, я надеюсь на это», — мысленно добавила она.

Абориген-оратор шагнул ближе, и процесс переговоров начался.

Интерлюдия

Главный штурмовой флот покорил Новую Финляндию, и об этой новости трубили на каждой улице городов Столицы. Играли оркестры, маршировали войска, день был объявлен выходным. Даже на такой отдаленной границе, как «Ариадна», праздновали победу, хотя и не все обитатели станции пожелали присоединиться к празднику. «Левиафан» вскоре последовал за флотом, чтобы упрочить победу и управлять новыми территориями; это событие некоторые обитатели «Ариадны» тоже не сочли нужным отмечать.

Но ни основной флот, ни «Левиафан» так и не вернулись. Однажды после того, как «Левиафан» покинул орбиту станции, ликующие, лихорадочные сообщения о великих завоеваниях попросту прекратились. Слыша это молчание, военнообязанные иммигранты ОСГ «Ариадна» вздохнули с облегчением.

Медленно и нехотя слухи и новости распространялись по станции, и никто не знал, чему верить. Армия Лиги появилась словно из-под земли, говорили одни, и разгромила войска гардианов. Жестокая битва завязалась в космосе и в небесах над Новой Финляндией, и в ходе этой битвы «Левиафан» был уничтожен.

У ВИ на станции «Ариадна» не было других источников информации. Но внезапное молчание и отсутствие сообщений с Новой Финляндии пробудили в них надежду.

Гардианы выдали себя, открыто заявили о своем существовании. Рано или поздно Лига должна была отыскать их. Бывшие курсанты провели в плену уже больше года. Но корабли Лиги наверняка пустятся в погоню за гардианами. Они прилетят. Непременно прилетят.

И все-таки на это понадобится немало времени — так предупреждали некоторые из пленников. Ибо даже если Лига выиграла великую битву, зачастую победителям подолгу приходится ждать, когда затянутся раны…

4

Март 2116 года. Здание Адмиралтейства. Планета Кеннеди

Пит Гессети последовал за командиром флота Республики Кеннеди Терренсом Маккензи Ларсоном, повернул ручку, открыл дверь и шагнул в зал, где ему предстояло услышать приговор трибунала. «Он не мог не знать, что все кончится именно так, — думал Пит. — Он знал и все-таки пошел на риск».

В старомодном мрачном зале с высоким потолком стены и полы покрывало полированное дерево ценных пород, выращенных на Кеннеди. Судьи ждали за массивным столом, за их спинами спускались тяжелые складки темно-красной драпировки с флагом Республики Кеннеди и эмблемой флота. На стенных панелях были искусно вырезаны орнаменты, героические сцены битв на море и в воздухе, славные события истории флота Республики Кеннеди. В зале царила подавляюще серьезная атмосфера.