Власть мошенников

Аллен Роджер Макбрайд

— У меня есть новости, которые вам не помешает узнать: Лига уничтожила флот гардианов. Чтобы составить этот флот, мы собрали все свои корабли, а они были уничтожены одним ударом. Все кончено, осталось прояснить детали. Война завершилась — и ваша сторона победила, несмотря на данные, переданные нам этим Приго. — Густав не мог удержаться и не кольнуть представителей Лиги в больное место.

— Приго? — почти выкрикнул Мак. — О чем вы говорите?

— Согласно полученному мной отчету, человек, называющий себя гражданином Столицы Джорджем Приго, проскользнул мимо наблюдательных систем Лиги и гардианов и прибыл к станции на орбите Столицы. Мне лишь коротко передали

его слова, но, по-видимому, его информация существенно повлияла на выбор времени для атаки — правда, эта атака не принесла нам никакой пользы.

После паузы голос Густава продолжал:

— Во всяком случае, я не знаю, назвал ли Приго себя пленным Лиги или делал вид, что пытался сотрудничать с вами. Но он пересек линию фронта в первый же удобный момент — очевидно, он был двойным шпионом. Не знаю, что еще он наговорил нам, единственное, что заинтересует вас — он сообщил о готовящемся предательстве нигилистов. Но никто не воспринял эти слова всерьез. Полагаю, вы слышали об этом Приго?

Мак ощутил приступ тошноты. Джордж — перебежчик? Двойной шпион? Нет, это невозможно… этого не может быть. Оба они рисковали жизнью ради спасения друг друга десятки раз — еще на Новой Финляндии. Джордж не раз поставлял Лиге информацию, необходимую для успешного ведения войны. Наверняка Густав лжет, другого объяснения не придумаешь. Но как же он узнал о существовании Джорджа, о том, что тот прибыл вместе с флотом Лиги? И какой смысл Густаву лгать?

Но если Джордж однажды уже совершил предательство…

Джослин взяла мужа за руку, пытаясь утешить его этим тихим прикосновением. Она знала, как много значит Джордж для Мака, какую ответственность ее муж чувствует перед своим другом.

Мак покачал головой, пытаясь собраться с мыслями.

— Да, о Приго я слышал, — сердито ответил он. — Но не будем об этом. Люсиль неоднократно повторяла, что вы хотите прекратить войну, положить ей конец, пока жертв еще не так много. Похоже, вам пора действовать.

— Согласен с вами, — отозвался в динамиках голос Густава. — Я хотел только посоветоваться с вами о том, что будет лучше предпринять. То же лицо, которое сообщило мне о предательстве Приго, было заинтересовано в установлении контакта с вашей стороной и в начале мирных переговоров. Мне помнится, среди вас был дипломат Лиги. Можно поговорить с ним?

— Разумеется, лейтенант, — вмешался Пит. — Меня зовут Пит Гессети. О чем предстоит вести переговоры?

— Все очень просто, мистер Гессети: нам хотелось бы зна…

Связь прервалась.

Станция «Нике». Орбита планеты Застава

В радиоцентре станции «Нике» атмосфера была беспокойной — с тех пор как исчез Спрант. Только с «Нике» удалось перехватить разговор «Ариадны», хотя определить местонахождение приемника и выяснить частоту ответа радисты не сумели. Они слышали только то, что говорит Густав, но этого было достаточно.

Командующему лазерным орудием старшине Хендерсону никто не объяснял, что кроется за полученными приказами, но он догадывался — все дело в проклятых ВИ. Должно быть, они уже захватили «Ариадну». Хендерсон был бы только рад, если бы ему приказали разнести в пыль это проклятое место — кроме, может быть, еще оставшихся в живых гардианов. Если бы на станции или на орбите планеты остался хоть один корабль, с него на борт станции высадили бы десант, но у гардианов не осталось кораблей. Значит, все надежды возлагались на Хендерсона. Он включил лазерное орудие, настроил прицел, дождался, когда станции вновь сблизятся, и аккуратно посбивал

все внешние антенны «Ариадны». Это заставит их заткнуться. А если станция будет молчать, она никому не причинит вреда.

«Воссоединение». Планета Застава

Синтия лихорадочно перебирала кнопки пульта связи.

— Они словно исчезли! Никаких сигналов! Похоже, прервались все сообщения с «Ариадны». Господи, должно быть, «Нике» взорвала станцию!

— Нет! — вскрикнула Люсиль, хватая микрофон. — Джонсон, отвечай, черт побери!

Внезапно слезы залили ей глаза — первые слезы за очень долгое время.

— Син, отключи передатчик, — приказал Мак, — пока нас не выследили. Мне очень жаль, Люс.

На расстоянии тысяч километров от планеты Джонсон Густав закрыл глаза и вздохнул, примиряясь с поражением. Ситуация вышла из-под контроля. Его разоблачили. Он перебирал в памяти все те слова, которые не успел сказать Люсиль, и проклинал вселенную, которая свела их вместе только для того, чтобы вновь разлучить.

Командный центр «Орла»

Томас испытывал опустошенность и смертельную усталость. Он помнил все причины, по которым эти корабли заслуживали гибели, но ничем не мог оправдать их уничтожение. Любой человек, побывавший в космосе, раз и навсегда проникался любовью к космическим кораблям — любым кораблям, самой идеей, что эти чудесные машины из металла, стекла и пластика способны преодолевать пустоту между планетами.

А бомба уничтожила сотни этих великолепных образцов техники, погубила тысячи людей, вина которых состояла лишь в том, что они родились по другую сторону фронта.

Но на этом работа не кончилась. Томас отдал приказ спасать выживших, а затем перешел к новой задаче.

Если гардианы не поймут все сами и не сдадутся, ему предстоит уничтожить чуть ли не весь свой флот, чтобы прорвать оборонительный заслон вокруг Столицы.

39

На борту «Звездного неба»

Л'анимеб неторопливо выполнила навигаторскую проверку, а затем пустила весь тест по второму разу. Все было в порядке. Они не отклонились от курса, и ни одна из групп людей пока не заметила их. Никто из людей, кроме первого правителя гардианов, Жаке, и нескольких офицеров, не знал об их прибытии, и теперь, когда нигилисты сменили курс, люди не могли предугадать, когда и где появится «Звездное небо». Оставался небольшой шанс на то, что люди заподозрят неладное и попытаются остановить «Звездное небо», но это уже не важно. Если бы Л'анимеб удалось ввести «Звездное небо» в атмосферу планеты хоть на несколько минут, этого вполне хватило бы. Подобно большинству нигилистов, Л'анимеб не боялась смерти. Она оглянулась через всю кабину на перепуганного маленького половинчатого.

— Тебе были нужны знания, Ромеро, — произнесла она на ломаном английском. — Мы приземлимся через двадцать шесть ваших часов.

«А через двадцать семь часов ты умрешь, половинчатый», — мысленно добавила она.

«Воссоединение». Планета Застава

Мак высунул голову сквозь отверстие люка и прокричал на всю шлюпку:

— Синтия, запускай третий этап калибровки!

Нырнув на нижнюю палубу, он проверил показания приборов, подключенных к генератору С2. На мгновение мигнув, экраны выдали вполне приемлемые цифры. Джослин кивнула, увидев их.