Владычица магии

Эддингс Дэвид

Крестьяне и даже изредка встречавшиеся рыцари уступали им дорогу и почтительно приветствовали. День был теплым, дорога – сухой и ровной, лошади – отдохнувшими. К полудню они взобрались на высокий холм, с которого виднелась широкая равнина, ведущая прямо к Во Мимбру.

Глава 10

Город мимбратских арендов возвышался подобно горе над сверкающими речными струями. Толстые высокие стены с зубцами наверху, бойницами и укреплениями по углам, высокие башни,

отливавшие золотом в лучах полуденного солнца, с острыми шпилями, украшенными цветными флажками.

– Смотрите! Перед вами Во Мимбр, король всех городов! – гордо провозгласил Мендореллен. – Об эти стены разбилась волна нападающих энгараков, собравших последние силы, но разгромленных и нашедших на этом поле свою погибель. Душа и честь Арендии обитают в этой крепости, и вся мощь темных сил не может победить их.

– Мы уже бывали здесь, Мендореллен, – кисло отозвался Волк.

– Вспомни о правилах вежливости, отец, – вмешалась тетя Пол и, повернувшись к Мендореллену, заговорила, к полному изумлению Гариона, на никогда ранее не слышанном им языке.

– Не будешь ли ты столь добр, сэр рыцарь, проводить нас во дворец короля своего? Имеем мы великую нужду держать совет с монархом относительно дел неотложной важности. – Она говорила так легко и свободно, будто всю жизнь общалась только на этом древнем языке. – Известно нам, что сила твоя велика, а рыцаря благороднее не найти во всем королевстве, и посему мы отдаем себя под защиту твою.

Мендореллен, вначале было испуганно встрепенувшись, с грохотом сполз с боевого коня и бросился перед ней на колени.

– Моя госпожа, леди Полгара, – начал он голосом, дрожащим от невыразимого почтения, скорее даже благоговения, – принимаю на себя заботу о вас и обещаю благополучно доставить к королю Кородаллину. Попытайся любой человек воспрепятствовать нам в столь важном деле, он смертью заплатит за свое безрассудство!

Тетя Пол ободряюще улыбнулась рыцарю, тот, бряцая доспехами, вновь вскочил в седло и, пустив лошадь рысью, повел процессию с видом идущего в битву воина.

– Что все это значит? – удивился Волк.

– Нужно отвлечь Мендореллена от грустных мыслей, – отозвалась тетя Пол, – последние несколько дней он совсем не в духе.

Подъехав ближе, Гарион заметил выбоины на древних стенах, в тех местах, где камни энгаракских метательных машин ударялись о массивные валуны. Зубцы тоже были выщерблены и наполовину разрушены. Судя по каменному своду, служившему проходом в город, толщина стен была невероятной. Проехав через массивные, окованные железом ворота, путешественники оказались в лабиринте узких извилистых улочек. Прохожие, по виду большей частью простолюдины, поспешно отступали, давая дорогу; лица мужчин в серовато-коричневых туниках и женщин в заплатанных платьях были мрачны и угрюмы; люди равнодушно, без всякого любопытства оглядывали незнакомцев.

– По-моему,

они совсем не интересуются нами, – тихо заметил Гарион Дернику.

– Думаю, дворяне и простые люди мало обращают внимания друг на друга, – ответил тот. – Просто живут рядом, но ничего не знают о соседях. Может, поэтому в Арендии что-то неладно.

Гарион серьезно кивнул.

Хотя горожане с безразличием восприняли их приезд, аристократы во дворце, по-видимому, сгорали от любопытства. Слухи о прибытии гостей, очевидно, опередили появление путешественников: во всех окнах и на крыльце толпились люди в ярких цветных одеждах.

– Остановись, сэр рыцарь! – окликнул Мендореллена стоящий на ступеньках высокий человек с темными волосами и бородой, в черном бархатном камзоле поверх блестящей кольчуги. – Подними забрало свое, так чтобы я мог увидеть лицо.

Мендореллен в удивлении натянул поводья, но все же, чуть опомнившись, поднял забрало.

– Кто смеет столь непочтительно разговаривать со мной? – возмутился он. – Весь свет знает Мендореллена, барона Во Мендора. Неужели глаза твои столь слабы, что не могут разглядеть герба на щите моем?!

– Всякий может взять щит с чужим гербом! – пренебрежительно заметил стоявший наверху человек.

Лицо Мендореллена потемнело.

– Разве не известно тебе, что никто в мире, опасаясь за жизнь свою, не осмелится прикрываться моим именем?! – спросил он угрожающим тоном.

– Сэр Эндориг, – вмешался стоящий рядом рыцарь, – это и в самом деле сэр Мендореллен. В прошлом году во время большого турнира я имел честь встретиться с ним на поле, и встреча эта стоила мне сломанного плеча, а звон в ушах не улегся до сей поры.

– Ну, раз вы можете поручиться за него, сэр Элберджин, готов признать, что это действительно бастард из Во Мендора.

– Пожалуй, придется тебе кое-что предпринять в ближайшее же время, – тихо прошептал Мендореллену Бэйрек.

– По всей видимости, так, – согласился рыцарь.

– Но в таком случае, кого же ты осмелился привести с собой, сэр рыцарь?! – не отступал Эндориг. – Не допущу, чтобы ворота дворца открылись перед неизвестными никому чужеземцами!

Мендореллен выпрямился в седле.

– Воззрите! – объявил он голосом, который услышали, вероятно, во всех уголках древнего города. – Величайшая честь оказана вам! Распахните ворота как можно шире и готовьтесь почтительнейше приветствовать гостей! Перед вами святейший Белгарат, великий Чародей, Вечно-живущий, а эта божественная дама – дочь его, леди Полгара. Прибыли они в Во Мимбр по важному делу, посовещаться с королем Арендии.

– Не слишком ли он преувеличивает? – прошептал Гарион тете Пол.

– Таков обычай, дорогой, – ответила она безмятежно. – Когда имеешь дело с арендами, приходится не жалеть слов, чтобы привлечь их внимание.