Владычица магии
Шрифт:
Гарион недоуменно поглядел вслед девушке и, отвернувшись, мрачно уставился на реку, серую от непрерывно падающего пепла. Зуд в ладони стал нестерпимым; он непрерывно чесался, раздирая кожу ногтями.
– Ты только расцарапаешь ее до крови! – заметил голос.
– Но она чешется! Просто невыносимо!
– Не будь ребенком!
– В чем причина?
– Хочешь
– Зачем?
– Делай и не спрашивай, Гарион.
Юноша расстегнул ворот туники и положил горящую ладонь на медальон.
Словно ключ, входящий в скважину, для которой был изготовлен, прикосновение руки к пульсирующему, подобно бьющемуся сердцу, амулету оказалось единственно правильным и нужным.
Зуд в ладони превратился в уже знакомый сильный толчок, а биение гулко отдавалось в ушах.
– Не слишком усердствуй, – предостерег голос. – Или хочешь реку высушить?
– Но что происходит? В чем дело?
– Белгарат пытается найти нас.
– Дедушка? Где?
– Терпение!
Пульсация все усиливалась, пока все тело Гариона не затрепетало от гулких ударов. Он перегнулся через поручень, пытаясь что-нибудь разглядеть в сплошном тумане. Но город был совсем не виден, а крики и вопли, доносившиеся со скрытых серой дымкой улиц, становились все слабее. И тут где-то посередине реки шевельнулась странная тень, не очень большая, темная, бесшумно пробирающаяся вниз по течению.
Биение все громче отдавалось в ушах, а тень приблизилась к кораблю, и Гарион с трудом различил очертания маленькой лодки и услышал плеск весел.
Гребец повернул голову; юноша узнал Силка. Лицо драснийца было серым от пепла; по щекам текли струйки пота. На корме сидел господин Волк в темном плаще с капюшоном.
– Добро пожаловать, Белгарат, – приветствовал бесстрастный голос.
– Кто это? – прозвучал в мозгу Гариона испуганный голос Волка. – Ты, Белгарион?
– Не совсем. По крайней мере, пока нет, но мы постепенно сближаемся друг с другом!
– А я-то удивлялся, кто так шумит.
– Иногда он слишком усердствует. Ничего, еще научится.
Тут кто-то из матросов, собравшихся вокруг Бэйрека, заметив лодку, окликнул остальных, и все столпились у поручня, разглядывая утлое суденышко.
На палубе, привлеченная суматохой, появилась тетя
– Долго тебя не было! – окликнула она.
– Слишком много всего случилось, – отозвался старик.
Откинув капюшон, он отряхнул с плаща серый порошок. Только сейчас Гарион заметил, что рука Волка висит на грязной перевязи.
– Что с твоей рукой? – спросила тетя Пол.
– Я предпочел бы не говорить об этом.
Щеку Волка пересекала уродливая царапина, а глаза горели плохо скрытым гневом.
Силк, с ехидной улыбкой на вымазанном пеплом лице, ловко подогнал лодку к самому борту.
– Думаю, ничто на свете не заставит тебя придержать язык, – раздраженно обратился Волк к коротышке.
– Неужели я осмелился бы хоть что-то сказать, о могущественный чародей? – издевательски ответил Силк, притворно-невинно вытаращив узенькие глазки.
– Лучше помоги подняться на борт, – угрюмо проворчал Волк с видом смертельно оскорбленного человека.
– Как скажешь, о древнейший, – кивнул Силк, явно пытаясь удержаться от смеха, и, подхватив старика, помог перебраться через поручень.
– Уходим отсюда, – коротко велел господин Волк капитану Грелдику.
– Куда именно, господин Белгарат? – осторожно спросил тот, явно опасаясь окончательно вывести Волка из равновесия.
Волк хмуро уставился на него.
– Вверх или вниз по течению? – умиротворяюще пояснил Грелдик.
– Конечно, вверх, – огрызнулся Волк.
– Ну откуда я мог знать? – пожаловался Грелдик тете Пол и, отвернувшись, сердито бросил несколько отрывистых команд.
На лице тети Пол отражалась причудливая смесь облегчения и любопытства.
– Уверена, что твой рассказ будет поистине обворожительным, отец, – объявила она, наблюдая, с каким трудом матросы поднимают тяжелый якорь. – Просто не в силах дождаться, пока услышу его!
– Я вполне могу обойтись без твоего сарказма, Пол, – заметил Волк. – И без того мне сегодня ни в чем не везет! Попытайся проявить хоть немного деликатности!
Услышав это, Силк, как раз перебиравшийся через поручень, наконец не выдержал и мешком свалился на палубу, корчась от смеха.
Волк уставился на своего веселящегося спутника с такой глубокой обидой, так оскорбленно, что Гарион постарался отвернуться.
Матросы Грелдика уселись за весла и начали разворачивать судно поперек течения.
– Что случилось с твоей рукой, отец? – спросила тетя Пол, не сводя с Волка пронзительного взгляда; тон ясно указывал, что она не собирается ни на минуту откладывать разговор на столь щекотливую тему.
– Сломал, – коротко бросил Волк.
– Как же это вышло?
– Глупая случайность, Пол. Сама знаешь, бывает такое.
– Давай я посмотрю.
– Погоди минуту, – пробормотал Волк, хмуро оглядывая все еще смеющегося Силка. – Ты уймешься наконец? Лучше иди, скажи матросам, куда мы отправимся.