Вкус карамели

Осадчая Виктория

— Китёныш. Сабакинских, который.

— Контактировали?

— Нет, почти четверо суток.

— Это хорошо.

— Не сказала бы, — не согласилась я.

Завибрировал телефон в кармане. Я было дернулась, но потом вспомнила, что под свитером инородное тело находится. Плавно извлекла девайс.

— Да, Кит.

— Ты где? — кажется волнуется. Наверное, подумал, что я сбежала.

— Меня тут скрутили медработники, эксперименты хотят ставить.

— Иду спасать.

А через пару минут его рожица уже появилась в кабинете. Я как

раз отдавала господину доктору термометр.

— О, голубушка! Ты мне пришла команду заражать? — затянул тот.

— И не думала.

— Что там, Василий Игнатьевич? — поинтересовался Кит.

— Там все тридцать девять. Горло? Кашель? Насморк?

— Нету, — покачала я отрицательно головой.

— Вирус где-то подхватила твоя зазноба.

Зазноба! Как же звучало непривычно для современного мира, но, должна заметить, очень интересно.

— Вот так оставь тебя без присмотра, — вздохнул Кит.

— А Вы уверены? — поинтересовалась я у доктора. Так вот с разгону и диагноз выдвигать, не имея анализов.

— Мг! Не первый год замужем. Вызови скорую, если не доверяешь. Но поверь, тебе скажут то же самое. Сейчас черкану, что купить в аптеке.

Вот и приплыли. Киту было рекомендовано оставить меня помирать дома, а самому рвать когти от заразы. Но попробуй переубедить, когда он что-то втемяшил себе в голову.

Уже в тепле машины я почувствовала, как меня колошматит. Доктор хоть и дал жаропонижающее, но, видимо, оно не начало ещё действовать. Холод, казалось, пробирал до костей. Приехала, называется, извиняться, а сама доставила Киту ещё больше проблем. Например, заехать по пути в аптеку и в магазин, чтобы затариться витамином С.

— Тебе идёт эта прическа, я говорила? — я свернулась на сидении, на сколько это было возможно и снова наблюдала за тем, как он ведет машину. Даже в таком состоянии глаз от этого зрелища я не могла оторвать.

— Говорила, — отозвался он.

— Ты похудел?

— Немного.

— Прости, что устроила истерику, что игнорировала тебя столько дней.

— Может, ещё завещание напишешь? — хмыкнул он.

— И исповедовать меня бы не мешало. Там ещё держалась на чистом энтузиазме, а сейчас чувствую, что подохну.

— Я не дам тебе, даже ради принципа.

— И понаблюдаешь, как я мучаюсь.

— Не без этого, конечно, — он притормозил во дворе моего дома. — Пошли отпаивать тебя будем.

— Я тебя заразить могу, — сопротивлялась, конечно слабо, но для приличия нужно было. Мне было страшно, что в таком состоянии я останусь одна.

— Возможно, уже заразила. Так что деваться мне уже некуда.

Подымалась на третий этаж сама. Медленно, тяжело, но от помощи отказалась. Мне бы, конечно, завалиться к не у на руки, но не могла я себе этого позволить. Температура, видимо, спадала, потому что у двери я ощутила, что меня прекратил бить озноб и бросило в жар. Вот только легче стало не на много. Я была словно разбитая ваза, у которой склеили черепки.

Меня отправили сразу в кровать, пока

готовили дозировку лекарств и варили куриный бульон. Вот так вот! В очередной раз я убеждалась в том, какая я идиотка. Собственными руками чуть не упустила идеальнейшего парня на планете.

Я предприняла ещё две попытки поговорить, но в первый раз Кит перевел разговор, а во второй заткнул мне рот бульоном. Было вкусно, было очень хорошо, несмотря на состояние.

— А теперь поспи, — посоветовал он.

— Ты уедешь?

— Нет. Похоже, мне тоже нужно выспаться.

Кит шмыгнул под плед рядом, приобнял меня за плечи и прикрыл глаза. А я следом за ним провалилась в сон. Мне не нравились последствия нашей ссоры. Вернее не так, мне не нравилось, кого я получила после своей истерики вместо своего Кита. Надеюсь, мне удастся его отыскать под этой маской.

Глава 23

Янина Новикова

Проснулась от того, что всё тело ломило, а по голове будто били кувалдой. Кажется болели не только кости, но и кожа. Для приличия даже похныкала, потому что пережить сегодняшний день для меня уже было пыткой. Ну, да! А вы мне покажите того, кто любит болеть.

Как ни странно, кроме этих симптомов, больше побочкой ничего не вышло. Обычно слабым местом у меня было горло, которое тут же схватывал лорингит и хана голосовым связкам. А сейчас я бы даже смогла спеть, если бы не слабость.

В доме шумела вода. Видимо, Кит принимал утренний туалет, так как на месте его не оказалось. Постель была смятая и все ещё хранила его тепло.

Подняться на ноги было ещё большей проблемой. Но по стеночке-по стеночке и вот уже в коридоре, ломлюсь к нему в ванную комнату. Мешать не стала, постучалась, чуть приоткрыла дверь.

— Там в шкафчике под раковиной должны быть пара запечатанных зубных щеток.

— Спасибо, Карамелька, — отозвался он. Явно плескается в душе. Соблазн присоединиться был слишком велик, но больше него было желание снова вернуться на кровать, зарыться под одеяло и вообще оттуда не вылазить несколько дней.

Вместо этого захотелось снова показать свои хозяйствкнные навыки. Это у меня аппетита никакого, а мужчина должен есть.

— Ты совсем ненормальная? — он появился, когда я колдовала над бутербродами, прежде, чуть не оттяпав себе палец.

— Есть немного, — честно призналась.

— Ты какого черта встала вообще? Если говорят, что нужен постельный режим, значит надо лечь и лежать, — коснулся губами виска, от чего по телу прошлась приятная дрожь. — Ты опять горишь, ты в курсе?

— Чувствую.

У меня мягко отобрали нож, усадили на стул и всучили в руки кружку с чаем, где плавал кусочек лимона.

— Чай, пилюли и на боковую. От тренировок меня освободили на два дня, как бы карантин, чтобы не заразить остальных. Но на работу наведаться придется.