Вкус греха
Шрифт:
— Как она могла узнать вас, если вы все время не выходили из комнаты?
— Да… э… в этот раз. Но мне сказали, что вы приезжаете, понимаете, и…
— Объясните, что значит «в этот раз», — потребовал Вит.
— Яисполняю роль мистера Каннингема уже более десяти лет.
— Десять лет? Зачем?
— Чтобы присматривать за ней, зачем же еще. — Он пожал своими широкими плечами. — Таков приказ.
— Похоже, я здесь не один такой, — пробормотал Мак-Алистер.
Линдберг
— Ба! Мак-Алистер шутить изволит. В дверях раздался еще один голос.
— Значит, все уже в сборе?
Вит обернулся и увидел, как Кристиан идет к ним большими, неровными шагами. Он бросил взгляд на Мак-Алистера.
— Ты слышал, как он подошел? — Мак-Алистер всегда знал, если кто-то приближался. Прежде чем Мак-Алистер смог ответить, Вита осенила догадка и он обернулся к Кристиану: — Ты не горбишься! — обрушился на него Вит. — Почему ты не горбишься?
Кристиан остановился перед ними. Его хромота и покалеченная рука по-прежнему бросались в глаза, но спину и плечи он держал прямо.
— Я притворялся, чтобы девочка меня не боялась. Добрый вечер, Мак-Алистер. Линдберг, твой запах беспокоит лошадей.
— Что поделаешь, — ответил Линдберг. — Очевидно, все близится к финалу. Или к началу. Я еще сам толком не разобрался.
Вит окинул троицу взглядом, и его рука стиснула рукоятку кнута.
— Мне нужны ответы…
— Уильям послал нас, — сказал Кристиан.
Хотя Вит не ожидал получить все ответы немедленно, он все же уточнил:
— Хочешь сказать, ты тоже здесь уже не первый год?
— Четыре, — ответил Кристиан, пожав плечами. — Бывало и хуже.
— Святые угодники! — Вит жестом остановил Линдберга, когда тот собрался что-то добавить. — Не сейчас. Мне нужно увезти отсюда Мирабеллу. Вы, — резко сказал он Линдбергу, — ступайте и займите чем-нибудь Эпперсли. С остальными встречаемся через час в Хэлдоне.
Вит не стал дожидаться возражений, просто развернулся и направился к двери. Он разберется с Уильямом и остальными, когда Мирабелла окажется в Хэлдоне — в безопасности. Нельзя решить столько проблем за один раз. Нужно уметь расставлять приоритеты.
И для него Мирабелла была на первом месте.
Быстро пересекая окутанный темнотой двор, Вит с облегчением заметил, что Хартзингер уже уехал. Теперь не придется ее прятать. Барон сидит в кабинете, прислуге ни до чего нет дела, поэтому он запросто выведет Мирабеллу через парадный выход.
Оказавшись в доме, он на всякий случай задержался у дверей кабинета. По ту сторону слышались сопение и скрип половиц.
Убедившись, что барон не покидал кабинет, Вит направился наверх в комнату Мирабеллы, по дороге заглядывая в библиотеку и бильярдную — не вернулись ли гости.
Дверь в ее спальню была не заперта, что
Разве он не ясно выразился, что она должна сидеть в комнате?
Вит обвел взглядом комнатушку: на кровати лежало платье, кипа бумаг громоздилась на столе, саквояж с уложенными вещами стоял на полу.
«Ей что-то понадобилось», — успокаивал он себя, но холодок страха успел закрасться в душу, вытеснив гнев. Наверняка упрямая девчонка сейчас в одной из многочисленных кладовых, откапывает какую-нибудь памятную вещичку.
Заслышав шарканье тяжелых сапог, Вит выбежал из комнаты.
— Что-то не так, — произнес Линдберг, задыхаясь и проклиная ступеньки. — Кабинет перевернут вверх дном. У Эпперсли кровь хлещет из носа, и он не дал мне войти. Где наша девочка? — крикнул он вслед, когда Вит промчался мимо.
— Пропала! Приведи остальных!
Вит вломился в кабинет, с грохотом распахнув дверь. Он огляделся вокруг. Мебель перевернута, кругом разбросаны документы и канцелярские принадлежности, барон прижимает окровавленный платок к носу и, что самое страшное, в углу валяется пистолет.
Эпперсли поспешно сунул платок в карман.
— Тарстон, мальчик мой…
— Где она? — спросил Вит, подскочив к барону. Ему стоило немалых усилий не вцепиться Эпперсли в горло, чтобы выдавить из него признание. К сожалению, человек не может говорить, если ему перекроют воздух.
Эпперсли тщетно попытался поправить галстук.
— Кто?
— Мирабелла, — процедил Вит, сжимая кулаки. — Где она?
— Мирабелла? Не понимаю, о чем ты. — Барон захлопал ресницами, прикидываясь дурачком.
У Вита лопнуло терпение. Один удар — и Эпперсли рухнул, как поваленное дерево.
Задушить мерзавца было бы куда приятнее, но Вит сомневался, что под всеми этими складками жира сумеет отыскать шею. Он получил огромное удовольствие, поставив ногу на грудь барона и прижав его к полу.
— Где она, ты, жалкий…
— Ты не понимаешь! — Эпперсли в испуге корчился на ковре. — Она сумасшедшая! Она рехнулась! Напала на меня!
Вит почти обрадовался поводу посильнее надавить на барона, пока тот не начал хрипеть и задыхаться.
— Где?
— Хартзингер, — просипел Эпперсли, когда Вит снял ногу. — Хартзингер забрал ее.
У Вита перехватило дыхание, и он отшатнулся, словно слова барона толкнули его в грудь. «Она сумасшедшая». «Хартзингер забрал ее».
— Ты отослал Мирабеллу в Сент-Бриджит? — прошипел он.
— Тайно переправил в сундуке, — послышался голос Линдберга у дверей. Вит оглянулся и увидел, как он, Мак-Алистер и Кристиан вошли в комнату. — Слуги сделают что угодно за монетку. И признаются в этом за две.