Вкус греха
Шрифт:
От удивления Мирабелла разинула рот и уставилась сначала на двери, которые миссис Хенсон быстро захлопнула после ухода Софи, потом на саму миссис Хенсон, когда она и Лиззи принялись наводить порядок в комнате. Поняв наконец, что ей незачем глазеть на экономку, Мирабелла закрыла рот и стала пить чай.
Софи права. Вит был не обязан нести ее на вершину холма. Это не требовалось. Такого от него даже не ожидали. Ему было хорошо известно, что за это над ним станут подшучивать, и хотя, в отличие от большинства
Итак, почему он не подождал?
Вначале Вит испугался — это было заметно, — но страх прошел, когда он понял, что с ней все в порядке. Да? Он выглядел совершенно спокойным. Вит мог скрыть тревогу, подумала она, но это объяснение вызвало целый ворох новых вопросов. Почему он не перестал волноваться? С какой стати скрывать это? Зачем нести ее на холм, когда заботу можно проявить на словах, не утруждая себя?
— Гадаете на гуще, мисс Браунинг?
— Я… — Мирабелла очнулась и поймала на себе взгляд улыбающейся миссис Хенсон. — Простите?
— Говорю, читаете будущее по чаинкам? Сдается мне, что к чаю вы и не притронулись.
— Ой! — Мирабелла нахмурилась и посмотрела в чашку. — Не хочу показаться грубой, миссис Хенсон, но у него странный вкус. Тот, кто его готовил, явно переборщил с сахаром.
— Чай заварен по моему специальному рецепту, милая. Выпейте-ка.
— Но…
— Или я приведу леди Тарстон, и она, будьте уверены, проследит, чтоб вы это сделали.
— Ладно, — проворчала Мирабелла.
— Вот умница. Я должна распорядиться насчет ужина, а Лиззи останется и, когда вы допьете, заберет чашку, чтобы не мешала.
— И чтобы вы знали, что я все выпила, — добавила Мирабелла.
— И для этого тоже, — призналась миссис Хенсон без тени смущения. — Отдыхайте.
Мирабелла дождалась, когда шаги экономки стихли в глубине коридора, и обратилась к Лиззи:
— Дам два фунта, если ты выльешь это в окно и скажешь, что я все выпила.
Лиззи засмеялась и отрицательно покачала головой.
— Меня выгонят, мисс.
— Два фунта с половиной.
— Не сносить мне головы, если миссис Хенсон об этом пронюхает.
— Ты эгоистка, Лиззи, — упрекнула ее Мирабелла. — У Кейт есть роман, где камеристка главной героини жертвует собой ради хозяйки. Это так трогательно.
— По-моему, я его читала, мисс. — Лиззи как ни в чем не бывало сложила покрывало и убрала его на край постели. — Помню, что еще подумала: как благородно со стороны леди нанять слабоумную, и, наверное, хорошо, что смерть избавила бедняжку от мучений. Но это ведь не про нас, правда?
Мирабелла смеялась, пока Лиззи не указала на чашку.
— Зажмите нос и выпейте залпом. Иначе нельзя.
— Ты права, — сказала Мирабелла, вздохнула и сделала, как ей велели. — Фу,
Лиззи не ответила, так как в дверь постучали и на пороге возник Вит.
— Не помешал? — спросил он, прежде чем его взгляд упал па изголовье кровати и он заметил Мирабеллу. — Как самочувствие?
— Нога побаливает, а в остальном все нормально.
Она смотрела, как Вит входит в комнату, пряча руки за спину.
— Жду, чтобы забрать чашку, — начала Лиззи.
— Будь добра, останься, — ответил Вит. — Хочу сказать мисс Браунинг пару слов.
— Да, милорд.
— Почитай что-нибудь, — предложила Мирабелла, зная, что девушка не сделает этого без разрешения в присутствии Вита. — Кажется, на столике лежит несколько книг, которые посоветовала мне Кейт.
— Благодарю, мисс. — Лиззи выбрала книжку и села на стул и уголке.
— Может, присядешь, Вит? — спросила Мирабелла, размышляя, как бы выведать, почему он решил отнести ее на вершину холма.
— Сейчас. У меня для тебя кое-что есть.
Мирабелла выпрямилась на постели. Она обожала получать подарки, особенно если их делали не из жалости, что уязвляло гордыню, но по случаю памятного события. И вывих лодыжки показался ей как раз подходящим поводом.
— Да? Ты прячешь подарок за спиной? Что это? Он широко улыбнулся и показал руки.
— Трость! — засмеялась она.
— Боюсь, она немного старовата, — сказал Вит, протягивая ей трость. — Последней из домочадцев, кому пришлось опираться на трость, была моя прапрабабушка. Видно, женщины из семьи Коулов крепкого десятка.
— Очень крепкого, — сказала Мирабелла, взвешивая в руках трость. Она была достаточно прочной, чтобы поддержать даже хромую лошадь.
— Если ты хочешь более модную трость, я подыщу для тебя что-нибудь в Бентоне.
— Сойдет и эта, — сказала она, все еще рассматривая подарок. — Спасибо.
— Не за что. — Вит придвинул стул и сел у кровати. — Мирабелла…
— Угу?
— Ты знала, что Иви не опирается на трость?
— Да. А ты, как я думаю, — нет.
— Да. — Он принялся лениво ковырять ручку стула. — Я проходил мимо ее комнаты и подумал, не одолжит ли она одну для тебя, но Иви сказала, что не пользуется тростью.
— Она ей не нужна, Вит: нога редко беспокоит ее, разве что в сильные морозы.
— Я и понятия не имел, что нога вообще беспокоит Иви, — произнес он, обращаясь скорее к себе, чем к ней. — Почему она скрывала это от меня?
— Она не скрывала, — ответила Мирабелла и сразу осеклась, заметив огонек обиды в его глазах. — Не нарочно, конечно. Иви просто не любит об этом говорить. Для нее это так же естественно, как для тебя голубые глаза или для меня мышиные волосы. И поскольку ей ничего другого не остается, как надевать теплые носки в плохую погоду…