Вивея
Шрифт:
Имя, точнее, прозвище, прилипшее к Арчи, громом прокатилось по ночному клубу, как будто снежная лавина сошла со скалы, чтобы обрушиться на нас. Эффект был такой же. Они, черт возьми, боготворили его! Как весь мир — Майкла Джексона!
— Так что, мы обнуляем результаты?! — Снова заорал Грейсон в микрофон, будто то, что они итак усиливает его голос многократно — недостаточно.
— Да-а-а-а-а! — Крикнули ему сотни людей.
Диджей увеличил громкость играющего трека и Грейсон, резко развернувшись, окатил доску из шланга, под одобрительный гул. Меловые буквы стали сереть, пока от них и вовсе не осталось воспоминания.
Я посмотрела
Было в парне нечто пугающее. Он явно был выше Арчи на пол головы минимум, волосы тоже темные, но больше отдающие в коричневый. Одет в джинсы и кожаную куртку. Вроде, ничего не обычного. Но все же…
— Ну, с этим разобрались! Теперь к правилам. Если вдруг, кто-то из вас посмел прийти сюда в первый раз, объясняю правила. — Ох, спасибо, друг! — Наши кандидаты получат очередной фант. Задание, которое моя очаровательная Черити достанет из нашего ящика. Что будет этим фантом? Соблазнить и привести сюда, на наш суд, одну из жен богатеев острова? — Грейсон со скромным видом пожал плечами. — А может, надрать зад кому-нибудь из парней с Голд-стрит? Или разгромить вечеринку? А может, что посерьезнее этих детских шалостей? Я не знаю. И вы не узнаете, пока не начнется игра. Но то, что это будет интересно, рискованно и утрет нос Южной стороне — это мы вам обещаем!
Я сидела в полном ступоре и не могла оторвать глаз от Грейсона. Вот почему Лукас хотел надеть на меня кепку. Если меня тут узнают… Черт, да они все тут ненавидят нас! ВСЕ! И что это за фанты такие?! Вряд ли участникам выпадает задание «три раза прокричать ку-ка-ре-ку»…
– И раз уж у нас изменения в участниках, вы можете делать ваши ставки до конца игры. Внимание, поменять их можно лишь один раз! Так что думайте вашими головами, честное слово, на кону бешеные «бабки» в конце концов!
— Я поставила на тебя свои чаевые. — Сказала рыжая Арчи, доставая из пачки новую сигарету, на что Лукас посмотрел с явным неодобрением.
— Ты так высоко меня ценишь… — Улыбнулся Хант.
— Ну, а что получат наши победители, помимо вечной славы? — Продолжал накалять атмосферу Грейсон, надрывая свои голосовые связки как в последний раз. — Конечно же, это новые, хрустящие, пахнущие, как мамино молочко… Сто тысяч долларов! Цена нашего сезона сто тысяч долларов!
— Вау. И вы, ребята, жалуетесь на бедность? — Не выдержала я, поворачиваясь к компании.
Ответил мне словоохотливый Лукас:
— На бедность у нас никто не жалуется. А вот на самоуправство — да. «Игры в фанты» затеяли те, кто что-то потерял из-за Южной стороны. Или ты думаешь, что все эти слухи и байки о нашей вражде родились на пустом месте? И здесь действительно живут одни наркоманы и преступники? — Я молча смотрела на парня, на его лице отразилась печаль. — О. Ты и правда так думаешь? Здесь живут мои родители. И поверь, единственный вид наркотика, который использует мама — мак в булочках. Они у нее просто шикарные.
В подтверждение своих слов парень поцеловал кончики пальцев, пробормотав что-то в роде «bellissimo*». Я улыбнулась ему, но чувство, будто я паршивая овца в стаде не покидало меня. Что и говорить, я даже не хотела поворачиваться в сторону Арчи. «Игры затеяли те, кто что-то потерял из-за Южной стороны»… Или кого-то. Не удивительно, что Хант стал своим в этом кругу.
— И все-таки, откуда такие деньги?
— Сейчас
— А теперь, список кандидатов… Зет! Барлоу! Азия! Блондин! — Грейсон произносил прозвища тех, кто решил эту ночь провести не в постели, люди в зале встречали их овациями.
Некоторые компании реагировали особенно бурно, и было понятно, где стоит тот или иной персонаж. Так, я смогла заметить парня по кличке Зет — мускулистый мулат с полностью выбритой головой, и Блондина, которого друзья сразу стали хлопать по плечам, подбадривая. Наверное, доза поддержки ему была нужна, по сравнению с Зетом, или даже Хантом, он выглядел как одуванчик: белые волосы, голубые глаза и кожа, такая, что мне стало стыдно за свою и захотелось спросить марку его крема. Но внешность, определенно, бывает обманчива.
Перекличка продолжалась, пока Грейсон не выделил два последних имени:
— И наконец, признанные фавориты «Фантов» — Коро-о-о-оль и Ха-а-а-антер! — Прогремел его голос, растягивая имена парней, как будто он рефери на чемпионате по боксу, не меньше.
Я посмотрела на Хантера, его лицо не выражало и тени эмоций. Он даже не был собранным, или серьезным. Его правая рука свободно лежала перед ним на столе, а левая была закинута на спинку стула. Парень был максимально умиротворен, как будто смотрел матч по телевизору, а не участвовал в этих «Голодных играх».
А между тем на него смотрела не только я, а все, кто уже пронюхал его местоположение. Их взгляды липли к лицу парня и сопровождались волной шепота и обсуждений.
Поймав мой взгляд, он криво улыбнулся, отчего его лицо моментально преобразилось. И черт возьми, отчего-то прямо сейчас, почувствовав взгляды этих людей на нас, я почувствовала, как волна жара поднимается по позвоночнику вверх. Это было что-то вроде выброса адреналина, от всего происходящего. От этого места. Этой компании. Этой странной игры. И улыбки парня, которого я считала самым сексуальным в этом заведении. И, похоже, не я одна.
Я отвернулась от Арчи, чтобы не сожрать его взглядом, но внезапно ощутила, как кто-то проделывает тоже самое с моей скромной персоной. Нет, на наш столик кидало взгляды множество людей: впечатленные, заинтересованные, взбудораженные, раздраженные. Но взгляд, которым тебя хотят прижечь, ни с чем не спутаешь.
Я подняла глаза и сразу поймала его. Король. Парень, под «скромным» псевдонимом, нашел своего главного врага. Но смотрел он не на него. Я наклонилась, сделав вид, что поправляю пряжку на ботинке, но на самом деле скинула на лицо большую часть волос. Прищур парня, с которым он следил за моими движениями, мне совсем не нравился.
— А теперь настало время решающего фанта. Детка, будь добра!
Девушка, откликнувшаяся на «детку», под свистки мужской части зала, вынесла на сцену небольшой прозрачный лототрон, не забыв вилять бедрами, обтянутыми кожаной мини-юбкой. Рыжая рядом со мной хмыкнула, глядя на то, как девушка на сцене улыбается окружающим.
— Неужели мелирование еще в моде? — Пробормотала Аманда себе под нос.
Я тактично промолчала, но, глядя на то, как присвистнул Лукас, и помрачнела при этом рыжая, поняла, что цвет волос девушки волновал ее в последнюю очередь.