Виват, Сатана!

де Сайн Али

Прошло несколько часов. Стил никогда не подумал бы, что сможет так долго и так активно заниматься любовью. Но вот в центре залы появилось несколько странных приспособлений. Это были решетчатые пласты, расположенные под углом в сорок пять градусов к полу. Стил не заметил, как его положили на один из этих пластов и заковали руки и ноги в стальные кольца с острыми шипами. Под потолком висело огромное зеркало, в котором Стил мог видеть себя и все, что с ним делали. Вот один из магов вошел в Стила, в то время как другой использовал его рот для той же цели. Кто-то стал хлестать его плетью, которая больно

жалила. Стил задыхался. Агония становилась невыносимой. Провалившись куда-то глубоко в темноту и пустоту, Стил одержимо думал о Виктории, как будто эта мысль могла спасти его. Потом, придя в себя, Стил увидел, что по всему телу его зияли кровоточащие раны, а маги, набросившись, стали одновременно сосать кровь из ран. Сначала это было даже приятно, но потом боль усилилась, и вконец сделалась невыносимой. Но, терпя боль, Стил с удивлением обнаружил, что он и от этого получает удовольствие. Один из магов, который сосал его член, вдруг прокусил головку и стал сосать из нее кровь. Сначала Стил даже не почувствовал боли, но в следующее мгновение удушающая волна резкой боли захлестнула его и он потеря сознание.

Очнулся Стил в своей комнате в цитадели Демоса. Открыв глаза, Стил некоторое время просто лежал, пытаясь вспомнить, что же произошло, а когда вспомнил, то попробовал пошевелить рукой. Получилось. Никаких неприятных ощущений он не испытывал, но во всем теле была чудовищная слабость. Стил начал гадать, получится ли у него подняться или нет. Сии размышления прервал вошедший в комнату Демос. Три глаза смерили лежащее на кровати тело холодным взглядом. Чуть шевеля тонкими губами, он с издевкой спросил:

— Ну что, горе-любовник, хорошо ли провел время? Кретин!

Стил вопрошающе посмотрел на Демоса. Тот продолжил, обнажая вампирские клыки:

— Сколько я тебя ни учил, все без толку. Ты отдался во власть захлестнувших тебя чувств и не смог противостоять магам. Если бы не их уважение ко мне, они бы тебя просто убили, дурачок, потому что такое обычно не прощается.

Стил попробовал возразить:

— Но ведь все они тоже…

Демос перебил:

— Они занимались сексом, потому что сами так решили, а ты — потому что не смог иначе. В этом огромная разница. За это ты никуда больше не отправишься, пока не научишься как следует контролировать себя и свои порывы. Сегодня отлежись, а завтра начнем заниматься. Надеюсь, ты ценишь то, насколько лояльно я к тебе отношусь. Я бы мог уничтожить тебя, изгнать с позором или, по меньшей мере, заставить мучиться от ран. Но на первый раз я тебя прощаю. Лишь на первый, запомни!

Демос ушел. А Стил остался лежать и вяло перебирать ленивые мысли, которые как бы нехотя время от времени всплывали в голове. Подумал Стил и о Виктории. Но он понимал, что он еще не маг и потому не силен. «Сначала стану великим магом, а потом получу все, что пожелаю»— мирно подумал Стил и уснул.

А на следующий день с самого утра начались занятия с Демосом. Вечером, когда Демос уже собрался уходить, Стил решился рассказать магу о Виктории.

— Знаешь, Демос, я думаю, тебе не удастся лишить меня всех чувств, потому что одно из них слишком сильно. Я люблю женщину.

Демос засмеялся, потом сказал:

— А я думал, что ты уже перерос влюбленности. Женщину! И кто же она?

— Виктория,

дочь какого-то мага в красном.

Демос перестал смеяться.

— Глупец! Ну что же мне с тобой делать? Уж эта женщина точно не захочет иметь с тобой ничего общего. И как это ты умудрился? Что, эта стерва обворожила тебя вчера?

— Нет, Демос. Я повстречал ее в Аду, она была там повелительницей, а я — рабом. А потом я пожертвовал ее жизнью ради предания всех людей Сатане. То, что люблю ее, я осознал поздно, когда она уже умерла. А теперь вот встретил ее здесь. Кстати, там, в Аду и на земле, когда я не любил ее, она любила меня. Слышишь, Демос, любила!

Маг покачал головой.

— И чего же ты хочешь, Стил?

— Вернуть ее любовь.

— Боюсь, не выйдет.

— Почему?!

— Это не Ад и она не знает тебя. А завоевать ее любовь тебе вряд ли удастся. Она одаренная колдунья и продолжательница лучших традиций нашего мира и поколений магов. Она слишком умна для этого.

— Послушай, Демос. Я помню, как там, на моей планете, она говорила о любви. Тогда ее слова показались мне странными. Теперь же я понимаю.

— Но поздно!

Стил упрямо возразил:

— Совсем не поздно. Возможно все, ты же сам говорил.

Демос усмехнулся.

— Запоминаешь, когда надо.

— Я все запоминаю.

— Здесь, в данной ситуации, практически невозможна ее любовь к тебе. Не знаю, почему она полюбила тебя там, но тут этого точно не случится.

— А если я буду великим магом? Если у меня будут богатства и власть?

Демос стоял на своем.

— Я великий маг. У меня есть богатства и власть. И где же Виктория?

— Ну, я сказал бы, что, возможно, вы не очень-то соответствуете…

Маг продолжил:

— …ее стандартам? Хочешь сказать, что она не моя лишь потому, что я урод с точки зрения человека? Ошибаешься, Стил. Скоро мы будем вместе, и она переедет сюда, в цитадель.

От таких слов Стил буквально подскочил. Он был в шоке.

— Что?!

— Так-то. И тебе придется смотреть, как я провожу уйму времени с твоей любовью, а она даже не взглянет на тебя.

Стил все еще не мог поверить.

— Ты чудовище, Демос. И чем же вы будете с ней заниматься?

— Как ты правильно думаешь, я буду обучать ее магии, но не только. Она будет делить со мной не только рабочий кабинет, но и ложе. Ясно?

Стил сел и обхватил руками голову. Демос, не сказав больше ни слова, ушел. А Стил думал о том, как же он сможет смотреть на отношения Виктории и Демоса. Единственное, что ему оставалось — это действительно непревзойденно овладеть магией с тем, чтобы потом покончить с Демосом, если тот сам не сдохнет. С другой стороны, Стил радовался, что сможет скоро увидеть Викторию.

На следующий день, как только пришел Демос, Стил спросил:

— Демос, я так мучаюсь от этой любви. Скажи мне, а что это вообще такое?

По обыкновению, Демос спросил:

— А сам-то ты как думаешь?

— Я думаю, что это очень приятное и вместе с тем мучительное чувство, особенно когда любимая не с тобой.

— И все — таки, что такое любовь?

— Не знаю. Вот Виктория что-то говорила о том, что любовь — это якобы такое великое чувство, и что не важно, любят ли тебя, главное, чтобы ты любил.