Витрина (сборник)

Кемельбекова Умут

– Хочу! Очень хочу! Но я боюсь, что у меня не получится. Я не могу представить.

– Как? – глаза мальчика расширились от страха, скрытой мысли-догадки.

– Конечно, я не могу представить то, чего не видел.

Внук задумался, потом произнес:

– Знаешь, дедушка, я тоже не могу представить то, чего не видел. Однажды я хотел перейти в будущий день. Это был день

моего рождения. Я так хотел узнать, что мне подарят, но не сумел. Может быть, ты тоже не сумеешь, но это не страшно.

Он улыбнулся:

– Я тебя сам приведу к нам в дом. Ты только тоже сильно захоти, хорошо?

– Неужели получится? – спросил Омар.

– Давай попробуем, конечно, получится!

Омар сосредоточился. Глядя на внука, он думал о Гульнар, такой красивой и молодой. О своей жизни, которая так быстро бежала, о своей бабушке, которая умерла. О своем детстве, о том, что его внук будет похожим на него, и еще о многом, многом, многом…

И вдруг он увидел, как все изменилось: наступил вечер. Небо потемнело, появились первые звезды. Он как бы очнулся и посмотрел на внука. Лицо его было бледным, руки, которые Омар держал в своих ладонях, похолодели и мелко дрожали, губы отливали странной синевой. Омар испуганно закричал, теребя его за плечи.

– Что с тобой, Что случилось?

– Мне очень тяжело. – Задыхаясь, ответил внук. – О чем ты думаешь? Думай, пожалуйста, о доме, как нас встретят, как обрадуется бабушка, А тоя не смогу тебя привести. Я себя чувствую, как тогда с Джанни, когда он хотел остаться. Даже хуже. У меня кружится голова и я не могу ничего представить. Я даже забыл лицо бабушки. Мне страшно! – неожиданно закончил он.

Омар не на шутку испугался. До сих пор он все еще не верил в реальность происходящего. Но бледное лицо почти больного мальчика, так на него похожего, как молния осветило его сознание.

Он только теперь поверил. Это действительно его внук. И Гульнар, его Гульнар родила после его смерти сына. Да, после его смерти. И спасти его хочет внук.

Мальчик прижался к нему, словно ища защиты. Омар прильнул к нему:

– Постой, Омарушка, послушай меня. Ни о чем не думай. Мы не

сможем вернуться домой вместе. Ведь это не несколько дней, как у тебя было с Джанни. Ты еще маленький, а я не могу тебе помочь. Понимаешь? Ты вырастешь, а я подожду. Возвращайся один и никогда не покидай бабушку.

– Я не хочу. Не хочу возвращаться один. Я хочу жить с тобой!

Он заплакал навзрыд. Плакал долго. От усталости, от пережитого, от того, что еще совсем маленький, в бесконечных песках – в далекой, незнакомой жизни деда.

Дед гладил его по голове и тихо что-то говорил, и он успокаивался под звуки его голоса и даже задремал, но потом встрепенулся от неожиданной мысли.

– Дедушка, а давай вернемся туда, где ты еще не заблудился! И будем жить с бабушкой.

Омар опешил от этих слов.

– Ну же, дедушка, представь этот день, когда ты еще не заблудился. Ведь это легко, ты же помнишь! Давай, дедушка, помоги. Где ты был вчера?

Через какое-то время пространство вновь изменилось. Омар зажмурился от яркого солнца. Они сидели под саксаулом с расщепленной кроной. Мальчик оживился:

– Видишь, как быстро! Это потому, что ты хорошо помнишь вчерашний день.

А Омар не вспоминал ничего. Во всяком случае, сознательно. Он серьезно смотрел на мальчика и, тщательно обдумывая каждое слово, произнес:

– Слушай меня внимательно. Ты – мой внук и должен сделать то, что я скажу. Ты сейчас же вернешься к бабушке и больше не будешь переходить из одного дня в другой, когда тебе захочется.

Расскажи обо всем родителям. Постарайся объяснить им, как это у тебя получается. Тебе нельзя жить в моем времени. Я не могу отнять тебя у моего сына. Понимаешь? Ведь ты исчез, и тебя не найдут. Они будут страдать.

После долгого молчания внук ответил:

– Я вернусь. Но ты тоже останешься жить. Если бы ты пошел вправо от этого дерева, то не заблудился бы. Так писали газеты. Иди вправо и вечером придешь в гостиницу. И будешь жить. Мы встретимся с тобой! А теперь мне пора. Я не могу надолго уходить из своего дня. Я буду ждать тебя!

Конец ознакомительного фрагмента.