Витражи
Шрифт:
Он часто заморгал и закусил губу. А потом выпалил куда громче прежнего:
– А я не знаю, кто я! Я никто! Ты же сам сказал это! И ты прав! Я никто! Подумаешь, маг! Я никто! Я бродяга! Ничтожество! У меня не только семьи нет, у меня даже фамилии и той нет, и не было никогда! И да, я не умею доверять! Я не умею любить! А все потому, что и меня никто никогда любил! Доволен?! Я ничтожество, и только что это еще раз доказал.
Нет, доволен я не был. А он продолжал. Ему давно пора было выговориться, и я ни за что не
– …Доволен?! Что же ты молчишь?! Наори на меня! Давай! Может, тогда я возненавижу тебя, и мне станет легче! Давай же! Я опять совершил оплошность! Я не могу быть таким, как ты. Красов только и твердил о твоих способностях! Но я на такое не способен! Не могу! От меня вечно чего-то ждут! Но я все время обманываю ожидания! Я и огонь-то не смог удержать под контролем!…
В его глазах сверкнули слезы. И мне представился гордый мальчик, прячущийся на чердаке детского дома, чтобы никто не видел его слез.
"Занятно…" - заинтересованно пробормотал ветер.
Стас сам смутился от своей слабости. Он явно хотел сбежать, но его трагизм был в том, что бежать было некуда и не к кому.
– Дым разъедает глаза, - протянул я ему спасительную соломинку.
– Еще так, - он ухватился за нее с рвением утопающего и быстро смахнул слезу рукавом.
– А теперь иди сюда, - позвал я.
Он глянул на меня из-под бровей.
– Ну же! Иди сюда.
Стас передернул плечами, но все же подошел к окну, у которого я стоял. Он явно ожидал подвоха с моей стороны.
– И что?
– буркнул мальчишка, подойдя.
Я обнял его за плечи и повернул лицом к окну.
– Что ты видишь?
– Город.
– В котором живут тысячи людей, - подсказал я.
– Если ты будешь приносить им пользу, ты уже не будешь никем. Просто относись к своему дару немного серьезнее.
– Я не смогу…
– А я думал, что не смогу тебя понять, - возразил я, - но я ошибся.
Он так резко вскинул голову, что я испугался, как бы она у него не оторвалась.
– Если я сам ни черта не понимаю, никто не поймет!
– Наоборот, - теперь я действительно понял, почему Стас все время шарахался от людей.
– Ты не никто, ты боишься быть никем, боишься обмануть ожидания, а еще больше боишься признаться в этом самому себе; того, кто является ничтожеством на самом деле, его положение устраивает, - я решил рискнуть и протянул ему руку.
– Я предлагаю тебе не учительство, я предлагаю тебе дружбу, - от этого слова краска прилила у него к лицу.
– Дружбу, - повторил я, чтобы он уверился, что я не шучу, - поверь, не надо пытаться казаться хуже, чем ты есть. Друзья всегда примут тебя настоящим. И я действительно хочу быть тебе другом. Я раньше думал, что ты не веришь людям, но нет, проблема в том, что ты не веришь себе. Думаешь, кто
Он сморгнул, словно не веря собственным органам чувств, и медленно, будто в замедленной съемке подал руку.
– Принимаю.
"Если ты его подведешь, он не переживет…" - констатировал ветер и нарушил торжественность момента.
"Не подведу", - мысленно ответил я ему.
Тут хлопнула входная дверь, и примчалась взъерошенная Ленка.
– Все в порядке? Я как увидела прямой эфир, так и примчалась.
– Прямой эфир?
– охнул я. Час от часу не легче. Голова болела, я прижал ладонь ко лбу.
– Да, - кивнула Лена.
– Ты хорошо отшил ее с Германией. Никто не пострадал?
– Моя гордость, - буркнул Стас.
– Ага, - подтвердил я.
– А еще магические книги, за которые Красов мне голову отпилит тупой ножовкой. А Пургеша развлекается и пьет чай у некоего Михрютки из сорок третьей.
– М-да, - Лена окинула взглядом пепелище.
– Полагаешь, нам хватит денег, чтобы задобрить соседей?
Я пожал плечами:
– Полагаю, да. Если они не убьют нас раньше. Ладно, пора наводить порядки.
– Нам выйти?
– спросила Лена.
Я покачал головой. Магия, выпущенная опытной рукой, затрагивает только то, на что направлена, и не имело смысла оставлять помещение.
Я просто прочел заклинание Полного восстановления. По квартире пронесся легкий треск, воздух перед глазами колыхнулся, и все стало, как было до пожара, только на книжных полках остались прорехи.
– Хоть на себя не тратиться, - вздохнула Лена.
Но не думайте, что на этом история с пожаром благополучно завершилась. Как бы не так. С кем-с кем, а со мной ничего просто не бывает.
Я тоже подумал, что все, проехали, осталось только решить вопрос с соседями, но тут в дверь позвонили.
Я как раз переставлял оставшиеся магические книги, выясняя размах причиненного ущерба; Стас же, совершенно запутавшись, как ему себя вести и что говорить, ушел, как он выразился "гульнуть".
Поэтому Лена сорвалась с места.
– Я открою.
Я не возражал, видеть мне определенно никого не хотелось. Настроение было неважное, даже отвратительное: книги было по-настоящему жалко, хотя я и знал их практически наизусть.
Щелкнул замок, послышались голоса. Правда слов было не разобрать, и голос незваного гостя я не узнал, потому что Лена вышла на лестничную площадку.
"Книги - это наше богатство… - пропел назойливый ветер.
– Их надо беречь…"
– Знаю, - откликнулся я, - и сжег их не я, - хотя во время обучения мне много раз хотелось это сделать.
"Хорошо, что ты не обвинил мальчишку… - признал мой невидимый собеседник.
– Он бы совсем замкнулся…"
– Знаю, - во второй раз повторил я.