Витпанк
Шрифт:
Блондин раскурил самокрутку и сделал глубокую затяжку. До моего укрытия донесся запах марихуаны. Он передал косяк русоволосому.
— А здешние девчонки любят вечеринки? — спросил мой брат. Блондин рассмеялся.
— Некоторые выпендриваются, но есть и вполне ничего.
Русоволосый передал косяк моему брату, и тот глубоко вдохнул дым.
Мне было интересно, куда подевалась Лиса. Русоволосый мальчик описывал Кристину, девочку, которой нравились вечеринки.
— Вот горячая девчонка! — говорил он. — Отличное тело, и она знает, что с ним делать.
— Будто
Было очень странно сидеть в кустах, припав к земле, и смотреть, как мальчишки курят травку и разговаривают о школе и девочках. Я ощущала себя невидимой и странно могущественной. Мальчики не знали, что я тут, рядом. Мой брат не знал, что я вижу, как он курит травку. Они не знали, что я слушаю их разговоры.
— Надо отлить, — сказал русоволосый мальчик. Сделав шаг в моем направлении, он принялся возиться со своей ширинкой.
— Эй! Это частное владение! — Лиса выступила из леса по другую сторону полянки. — Вы нарушили границы чужой территории.
Все трое мальчиков уставились на нее. Блондин заухмылялся, а русоволосый громко рассмеялся, продолжая держать руку на ширинке.
— Ну да, верно. И знаешь что, я тут собрался пописать, так что похоже на то, что я и дальше буду их нарушать. Постой здесь немного, и ты увидишь кое-что, чего еще никогда не видела.
Лиса исчезла в зарослях. Теперь блондин тоже смеялся.
— Кажется, она не горит желанием увидеть это, Джерри.
— Заткнись, Эндрю!
Я отступила по тропинке немного вглубь.
— Эй, что это там? — сказал Джерри, вглядываясь в моем направлении. — Похоже, там есть кто-то еще!
Вылетевший неизвестно откуда камень звучно врезался в его плечо. Я пустилась бежать по тропинке, вспоминая то, что сказала Лиса, когда мы впервые встретились с ней: «Я умею прятаться на деревьях и могу пришибить человека камнем с тридцати футов».
Я слышала, как Джерри ломится сквозь кусты. Скорее всего, он гнался за мной, но когда мне нужно, я могу бегать довольно быстро. К тому же он был слишком большим, чтобы с легкостью протискиваться между кустами. Откуда-то неподалеку до меня доносилось улюлюканье Лисы и ответная ругань моего брата и блондина. Тропинка, по которой я бежала, вела прочь от гостиной, а потом снова возвращалась к ней. Я прихватила несколько камней из кучи возле тропы и, добежав до места, где до гостиной было уже близко, швырнула один в брата. Я решила, что попала, но не стала останавливаться, чтобы посмотреть; я уже снова бежала, а в кустах позади трещало, затем раздался внезапный взрыв ругательств. Еще один камень попал в цель.
Лиса где-то затаилась, однако со стороны полянки доносились грохот и ругань. Я прокралась по тропинке поближе, стараясь двигаться как можно тише. Через кусты я увидела мальчиков. Лицо и руки моего брата были покрыты царапинами, он выбирал колючки из своей футболки. У белокурого Эндрю текла кровь из ссадины на голове, куда попал камень. Джерри стаскивал с дерева полки. По земле были разбросаны осколки заварочного
— Черт бы вас подрал, козлы! — орал он, обращаясь к деревьям. — Придурки вонючие!
Я услышала позади себя шаги и съежилась, укрывшись за кустами. По тропинке, ведшей от домика, шагал Гас.
— Проклятие! — сказал Эндрю. — Доигрались.
Он пустился было бежать, но Гас был быстрее. Одной рукой он ухватил Эндрю за ворот футболки, другая уже лежала на плече у моего брата. Джерри, однако, удрал — сбежал по тропинке куда-то в лес.
— Эй, отпустите меня! — заныл Эндрю. — Мы ничего не делали!
Гас выглядел пугающе, даже когда я впервые увидела его, а тогда он улыбался. Сейчас на его лице не было улыбки. Он рассматривал валяющиеся на земле полки, разбитый чайник, осколки тарелок и чашек, рассеянные в бурьяне.
— Улики свидетельствуют против тебя, паренек. Похоже на то, что ты здесь забавлялся с вещами моей дочери.
— Это все Джерри! — сказал Эндрю. — Мы ничего не делали.
— Мне не нравится, когда ребята развлекаются на моей территории, — продолжал Гас так, словно Эндрю ничего не говорил. — Я думаю, копам будет интересно узнать про все это. — Его глаза остановились на мешочке с травкой, забытом в кресле. — Пожалуй, если я их вызову, это будет лучшим способом обеспечить, чтобы все не произошло снова.
Блондин снова начал ныть насчет того, что они ничего не делали. Я никогда не видела, чтобы мой брат выглядел настолько бледным и унылым, даже когда отец устраивал ему выволочку.
С неохотой покинув защиту леса, я выбралась на полянку.
— Привет, Гас, — сказала я нерешительно.
— Ты в порядке, Тритон?
— Угу. Э-э… — я дернула головой в направлении Марка. — Это мой брат Марк. Э-э… — Я насупилась, поглядев сперва на Марка, затем на Гаса, и потом снова уткнув взгляд в землю. — Вы не могли бы его отпустить?
— Твой брат, вот как? — Он остро взглянул на Марка, потом перевел взгляд на Эндрю. — Сара, может быть, ты вытащишь наконец сюда свою задницу? — Его голос немного потеплел.
Лиса выступила из-за деревьев на дальней стороне полянки.
— Что здесь произошло? — спросил Гас.
— Они вторглись в чужое владение. Когда я сказала им убираться, тот, другой парень сказал, что собирается помочиться на мои вещи. Тогда я начала кидать в них камнями.
— Мы не знали, что это чужое владение, — сказал Эндрю. — Мы просто хотели срезать, и…
— Сделай одолжение, заткнись, пожалуйста, — сказал Гас.
Эндрю замолчал. Марк не говорил ничего.
— Так уже лучше, — сказал Гас непринужденным тоном. — Я не люблю, когда ребята роются в вещах моей дочери, и я не люблю, когда мне врут. Мне хотелось бы понять, каким образом я могу обеспечить, чтобы это не повторилось впредь.
— Я больше сюда никогда не приду, — сказал Марк.
Гас кивнул.
— Хорошо сказано. Твоя сестра неплохая девочка, и это говорит в твою пользу. — Он повернулся к Эндрю. — А как насчет тебя?