Вирусапиенс
Шрифт:
— Я думаю, от нас здесь никакого толку, — устало произнёс Жора, лукаво подмигивая товарищу.
— Нас Тромб ждёт, у атомщиков, а мы тут время теряем. Нужно помочь виртуальному братишке, — оправдывался Бейрут, продвигаясь к выходу.
— А я хотел попросить вас остаться, — раздался вкрадчивый голос, и в зал вошел отец Михаил.
— Но если уже собрались, то с Богом, — быстро добавил святой отец, словно боясь, что друзья передумают.
— Иногда спать нужно, — произнёс Бейрут, не останавливаясь.
— Двое суток на ногах
Молодые люди ушли, оставив Игоря наедине с отцом Михаилом. Седобородый старец укоризненно покачал головой, как бы говоря: «Ничего никому нельзя доверить. Всё нужно делать самому».
— Пойдём, сын мой, — вслух произнёс он. — У меня к тебе серьезное задание.
Игорь ожидал, что старец двинется к лестнице наверх, но тот вместо этого пошел на улицу, где суетилась церковная братия. Сосредоточенные послушники тащили из машины большую коробку с ярким интеловским лейблом.
— Твоим заданием будет подготовить эту машину, — старец кивнул на цветастую упаковку, секунду подумал и продолжил:
— Я хочу, чтобы Вирус понял, если он, конечно, действительно разумный, что это наш дар и наше послание к нему. Мы хотим только одного — общения, — отец Михаил излагал пожелания, как всегда, величественно и торжественно, как если бы сам Господь вложил слова в его уста.
— Нужна виртуальная церковь. Доступный всякому церковный интерфейс. Святое писание поместишь так, чтобы всяк входящий в систему не смог пройти мимо, не ознакомившись с содержанием. И постарайся сделать так, чтобы оболочка была удобной в обращении.
Игорь с любопытством посмотрел на священнослужителя.
Система! Интерфейс!
Всегда относившийся к «дьявольскому изобретению» с опасливо-брезгливым небрежением, отец Михаил изъяснялся грамотным компьютерным языком.
— Сможешь? — прошептал старец, глядя церковному администратору в глаза, отчего у того засосало под ложечкой.
— Нужно время, — ответил Игорь, начиная в уме создавать наброски будущей программы. — Нельзя же просто забить священные тексты и ждать, что Вирусапиенс откликнется.
— У нас нет времени! — голос святого отца зазвенел сталью. — Мессия уже здесь!
— О чём это вы, отец Михаил? — нерешительно пробормотал Игорь.
Встречаясь взглядом с пылающим взором старца, опустил глаза.
— Три дня, сын мой. Нужно постараться! — смягчился тот. — Три дня. И главное — никому ни слова!
Из-за деревьев, дымя колесами, вылетел микроавтобус; взвизгнув тормозами, уткнулся носом в бетонный столбик. Игорь едва успел отскочить в сторону.
Хлопнула дверь, из салона высыпали крепкие ребята службы безопасности. Вытаскивая длинные носилки, они тут же выстроились, так, чтобы никто не мог приблизиться к ним. Под простыней угадывался человеческий силуэт.
Сопровождал необычную
Здоровые бородатые битюги вполне могли сойти за обычных служителей в рясах, если бы… не бросающаяся в глаза военная выправка и пугающая скупость движений.
Отец Михаил, отчего-то взволнованный, забыв о полагающейся по сану степенности, поспешил за полковником.
В последний момент Игорь заметил кровавое пятно, выступившее на белой простыне. «Неужели правы ребята, — подумал он, когда носилки скрылись за церковными дверями. — Опять крестовые походы? Опять трупы?»
Из-за спины раздался писклявый голос Комара:
— Куда тащить?
Молодой монашек, прозванный так за тщедушное телосложение и необычайно тонкий голос, без особых усилий перенёс большую коробку и, бережно поставив её на пол, стал ждать, пока подойдёт Игорь.
— Открывать? — прошептал Комар, в нетерпении теребя торчащие края упаковки.
— Давай, — кивнул Монах, чувствуя лёгкую дрожь в теле.
Каждый новый компьютер он встречал с трепетным волненьем, словно младенца, появившегося на свет.
— А где? — недоумённо пробормотал Комар.
У фокусника что-то не ладилось и он вместо положенного кролика, слой за слоем извлекал из коробки воздушный пупырчатый материал.
— Компьютер где?
Молодой человек вместе с рукой готов был засунуть в картонный ящик и голову.
— Нашел! — воскликнул он, выбрасывая руку, сжимающую тонкую зеркальную пластину.
— Не может быть! — только и смог прошептать восхищенный Игорь.
— Если он так же функционален, как красив, то я его люблю, — прошептал Комар, не отрывая изумленного взгляда от миниатюрного блестящего корпуса.
— Глубоких чувств питать не советую, эта овечка на заклание: её придётся подключать к заразной сети. У нас три дня на создание дружеского интерфейса, — улыбнулся Игорь, похлопав товарища по плечу.
— За дело!
— За что, я спрашиваю вас? — вопил взбешенный Пугачев.
Рассыпая кучи искр, он пытался устроиться на раскаленном валуне. Возмущенный неожиданным изгнанием с места переговоров, он никак не мог успокоиться.
— Мы ведь только хотели поговорить!
— За дело, — вспыхнул мыслью Русса, в очередной раз удивляя приятелей.
— Что будет, если мы неожиданно появимся в вашем центре управления? Там, где у вас свалено грозное оружие.
Дмитрий промолчал, представив нарисованную гуорком картину.
— Уел шарообразный, — засмеялся Пугачев. — Только с языком, дружище, тебе обязательно нужно поработать. Свалено! Надо ж так сказать?
— Впрочем, за нами не заржавеет, можем и свалить, — вдруг согласился он.
— Странные вы, люди. Особенно русские! Сколько знаю вас, не перестаю удивляться, — пульсирующий плазмоид возбужденно засиял. — Приходите в гости без приглашения и удивляетесь, когда вам не рады.