Вирус убийства
Шрифт:
— Мы вернем вам машину, как только сможем. Но если вы откажетесь отдать ее полиции добровольно, я затребую ордер на ее изъятие, сэр.
Было совершенно очевидно, что директор не привык, чтобы ему перечили. Некоторое время он гипнотизировал ее взглядом, будто пытаясь определить, насколько серьезна ее угроза, потом покачал головой.
— Хотелось бы верить, что вы отдаете себе отчет в своих поступках, — наконец проговорил он. — Но уж кол и вы забираете у нас машину, будьте любезны проследить за тем, чтобы ее вернули сегодня же вечером.
В четыре часа дня у Кэти состоялась
— Как развиваются события? — поинтересовался он, положив рядом с собой на столик пачку бумаг. Пока она говорила, он время от времени кивал в знак того, что принимает ее слова к сведению, но никаких комментариев по ходу рассказа не делал.
Когда она закончила, он сказал:
— Не знаю, чем я смогу вам помочь на данной стадии расследования. Впрочем, могу сообщить вам результаты некоторых тестов, которые мы получили. К примеру, результаты анализа крови… Прежде всего скажу о том, что анализ «ВИЧ-отрицательный», то есть наличия СПИДа не показал. — Он покопался в пачке бумаг и извлек из нее листок с необходимыми данными. — Так… Группа крови… Секреторный знак — «О»… Группа ПГМ (2–2+). Интересно, что у его полового партнера секреторный знак «АВ». К сожалению, пятна семенной жидкости оказались недостаточно выраженными для дифференциации по ПГМ. В любом случае после шести часов пребывания на открытом воздухе…
Пока он повествовал об особенностях различных классификаций групп крови, Кэти неожиданно для себя обнаружила, что больше прислушивается к тону его голоса, нежели к тому, о чем он рассказывает. Прежние восторженные юношеские интонации исчезли. Он излагал информацию лишенным эмоций голосом. Похоже, он был здорово чем-то озабочен.
— …Таким образом, пока технические возможности не на должной высоте, получить результаты анализа на ДНК ранее шести — восьми недель не представляется возможным. Тем не менее я послал им образчики спермы, хотя ДНК-профилирование не представляет ценности, если не с чем сравнивать результаты тестов. Опять же нет никакой уверенности, что ДНК-профилирование вообще может принести какую-либо пользу в вашем случае. Помнится, вас в особенности интересовал тест на наркотики. Так вот, хочу вам сказать, что мы обнаружили у него следы МДМА.
Все эти аббревиатуры перемешались у Кэти в голове, и ей понадобилось некоторое время, чтобы осознать сказанное.
— Вы «экстази» имеете в виду?
— Именно. — Он пожал плечами. — Это наводит на мысль, что он не страдал от отсутствия денег и имел кое-какие средства. Или же их имел тот человек, который дал ему этот наркотик.
— Я не в курсе этих дел. Неужели «экстази» так дорого стоит?
— Не то чтобы очень дорого, но… Скажем так: за последний год он сильно подорожал по сравнению с альтернативным наркотиком — старым добрым ЛСД. К примеру, доза МДМА стоит здесь двадцать пять фунтов, в то время как доза ЛСД — всего пять. Так, во всяком случае, говорят.
— Выходит, они подобны?
— Сказать по правде, я этого точно не знаю. Их действие в научной литературе определяется сложными
На мгновение его лицо осветилось улыбкой, но потом снова приняло сосредоточенное, даже несколько сумрачное выражение.
— Кстати сказать, если бы вы не приехали, я в любом случае отослал бы вам предварительное заключение, — сказал он. — Вам и заместителю главного констебля.
Кэти прищурилась. Он, избегая ее взгляда, опустил глаза и стал рассматривать лежавшие перед ним бумаги.
— Заместителю главного констебля?
— Да… насколько я понимаю, у него есть личная заинтересованность в этом деле. Разве вы не знали?
— Я не знала, что он лично просил вас пересылать ему копии документов, связанных с этим делом.
— Должно быть, я неудачно сформулировал свою мысль… — Пью со значением на нее посмотрел, как бы давая понять, что он пытался ей помочь. — Поэтому вам лучше всего забыть то, что я сказал.
Гордон Даулинг обнаружил Кэти в офисе. Она стояла у окна и смотрела на начинавшее темнеть небо. Один за другим на улице зажигались огни: теплые оранжевые, холодные белые, горячие красные… Глядя на все это, Кэти в очередной раз задавалась вопросом: зачем она так старается? На протяжении последних трех дней она прилагала максимум усилий, расследуя это дело, но все равно ничуть не продвинулась. В клинике она, приставая к людям и пытаясь их разговорить, чтобы получить возможность осознать происшедшее, чувствовала себя аутсайдером. Тем более что разговорить кого-либо ей так и не удалось. Она вспомнила неприязненный взгляд, который бросил в ее сторону один пациент, когда она уходила, и ощутила себя нежеланным визитером. Аналогичное чувство она испытала, когда была в «Веселом Роджере». Да, здесь она для всех посторонняя, чужая. И не только в клинике и в этом городе, но и в своем полицейском подразделении. А теперь еще профессор Пью… не захотел с ней откровенничать, спасовал…
У нее складывалось впечатление, что она ходит вокруг некой глухой стены, безуспешно пытаясь сквозь нее проникнуть.
— Приободритесь, Кэти, — услышала она голос Даулинга у себя за спиной. — У меня кое-что для вас есть.
Она повернулась и увидела его стоящим в дверном проеме с двумя кружками чая в руках. В этот момент он более всего походил на большого доброго щенка.
— Спасибо, Гордон. Это то, что мне нужно.
— У меня есть для вас кое-что еще.
— Что именно?
— Я узнал, куда ездил больничный микроавтобус.
Сказав это, он расплылся в счастливой улыбке.
— И куда же?
— В лавку зеленщика в Эденхэме. Там хозяйничают два парня — Джерри и Эррол.
— Гордон! Да это же чудесно!
— Еще бы! Кстати сказать, меня на их след навел бармен из «Веселого Роджера». Он знал, что они дружили с Петроу.
— Бармен из «Веселого Роджера»? Но он и словом мне об этом не обмолвился. Как вышло, что он сказал об этом вам?
Гордон смутился:
— Ну не знаю… Похоже, он догадался, что вы коп…