Виртуоз
Шрифт:
– А может, и вы… А, мистер Гарри? Не будете ходить?
Местные пытались навязать аврорам с собой еще и клетку с совой, чтобы если что, выпустить птицу - пусть подаст сигнал бедствия; но тащить объемистую клетку Гарри и Зик наотрез отказались.
Наконец ворота были расклепаны и наговор снят. Теперь оставалась простейшая вещь.
– Алохомора!
Со скрипом створки поехали наружу, открывая темный провал. Оттуда пахнУло затхлым, застоявшимся воздухом; Гарри и Зик переглянулись, и Зик спросил, облизнув нервно губы:
– Ну, что?
– Вперед, - твердо сказал Гарри, не чувствуя в себе
Они включили фонари, надели каски и шагнули внутрь одновременно, провожаемые напутствиями остающихся у выхода авроров:
– Далеко не заходите!
– Посмотрите, и сразу назад возвращайтесь!
– Не вздумайте кричать или разговаривать громко!
– Если что, зовите на помощь.
– Громко не дышите!
– Дышите через раз!
– Пусть совсем не дышат!
* * *
Холод и темнота - точнее, серость ранних зимних сумерек, когда ночь еще толком не наступила, но фиолетовое небо уже нависло над городом, погребло его под собой, проникая в вертикальные щели улиц, обрушиваясь вниз комками удушливой ваты, - такое зрелище представало Поттеру благодаря истертой дешевой полумаске, закрывающей его лицо и чудесным образом превращающей непроглядную тьму в тоскливо-серый полумрак.
Картон, вытертый и залоснившийся черный бархат, - дар Драко Малфоя, переданный им своему любовнику и, в отличие от второго «подарка», серебряного ошейника, действительно пригодившийся… эта маска напоминала Гарри усталую истасканную куртизанку, равнодушно и профессионально выполняющую свой долг.
Аврор повернул голову, взглянул на напарника, шагающего рядом, закопав нос в воротник; направил в его сторону прожекторный луч.
Зик сосредоточенно обшаривал пространство перед собой световым пальцем, и там, где свет падал на стены, кристаллы инея загорались мимолетным ледяным блеском. Для шотландца эта штольня начиналась и заканчивалась пятнами и полосами света, вырывающими из темноты хаотично перемешанные куски «Кар-Орка»: камни пола, изморозь на стенах, поблескивающий под ногами металл.
Мозаика.
Калейдоскоп.
Обрывки и ошметки чужого мира.
Заклинание ночного зрения позволяло аврору различать контуры предметов, но не давало ему полной картины.
Гарри в своей уникальной полумаске мог оценить все великолепие «Кар-Орка» целиком. Сооружение гоблинов, покинутое ими тысячу лет назад, вернулось к первозданному состоянию; в коридоре не осталось никаких следов чужеродного присутствия, ни единой вещи искусственного происхождения, - только две параллельные серебристые полоски, лежавшие прямо посреди, - за столько веков они не рассыпались в прах и не проржавели.
Видимо, эти полоски были рельсами, проложенными гоблинами для вывоза добытого угля на поверхность.
В сведениях о «Кар-Орке», размещенных в географическом каталоге под пометкой «Основано на исторических легендах и непроверенных данных», говорилось, что шахта, скорее всего, была мифрильной, а уголь здесь добывали для отвода глаз. Косвенным доказательством гипотезы служило количество местных ловушек и защитных чар (зачем бы так ревностно охранять несчастный уголь?), а прямым - прямее не бывает - валяющиеся под ногами мифрильные рельсы.
Правда, поднять их с «земли» и унести не удавалось еще никому. На них явно были наложены древние
Великое Заклинание, Заклятие Йормунганда, давно утраченное потомками, здесь еще действовало. Гарри помнил, как Флитвик рассказывал на уроках о кошке (Тор не мог ее поднять, она выгибалась, становилась длиннее и длиннее, и ему удалось оторвать от пола одну только лапу, одну чертову лапу, а Утгард-Локи сидел и смеялся), чей хвост был привязан к змее, охватившей петлей всю землю. С рельсами была та же история: они гнулись, прогибались, вытягивались в струну, но о т о р в а т ь их от пола было невозможно.
– Зачем нужно было делать рельсы из мифрила?
– Гарри впервые нарушил тишину, установившуюся между ним и Зиком с момента входа в шахту.
Они отшагали уже почти с милю; еще два фарлонга оставалось до Гигантского Провала и Спирали Спуска, уводящих вглубь (гоблинские предания утверждали - аж до самого центра Земли, но ни один современный гоблин на себе это не проверил); коридор был пока прямым, как стрела, а пол - относительно ровным.
Путешествие-под-Холмом не доставляло никаких неудобств, помимо психологических; даже западня на входе была давно и прочно заделана усердными контрабандистами. Но все же здесь было не слишком неуютно и очень, слишком уж тихо. Покой этого места много лет никто не тревожил, и эхо шагов авроров, разносившееся далеко по коридору, казалось нелепостью и святотатством.
Зик шагал размеренно, молча, и Гарри давно искал повод, чтобы услышать голос напарника.
– Демонстрация силы. Могущества. Богатства, - отрывисто бросил шотландец, словно за каждое слово ему платили полновесными галлеонами.
– Скоро поворот.
Через десяток ярдов в белой от инея стене действительно обнаружилась дыра; рельсы продолжали, как ни в чем не бывало, вести вперед, но вели они, согласно картам, в тупик. Там, в тупике, были пять ответвлений, каждое из которых оканчивалось маленькой пещеркой со сходящимися за спиной незваного гостя стенами.
Гарри задумчиво поводил ногой по полу как раз напротив скромного бокового хода и наткнулся сначала на одну почти утопленную в камне невидимую полосу, затем на вторую. Рельсы, ведущие в правильную сторону, были надежно скрыты маскировочными чарами.
Зик, обогнав Гарри, повернулся нетерпеливо, светя в лицо аврору прожектором:
– Ну что? Пошли?
– Нет, - отрицательно мотнул головой Поттер.
– Хочу посмотреть, что там.
Тупик заинтересовал его всерьез. В каком-нибудь из ответвлений вампир вполне мог устроить себе комнату отдыха. Так сказать, рекреационный покой.
Гарри медленно пошел вдоль беззаботно отблескивающих в свете прожектора рельсов, ведущих прямиком в западню. Сзади за его спиной пыхтел и ругался Зик.
Коридор продолжал оставаться ровным и прямым, ни единым признаком не выдавая того, что этот ход - ложный. Возле первой развилки Гарри остановился: рельсы здесь разветвлялись, разбегаясь в разные стороны. Насколько он помнил карту, коридор справа вел сразу в ловушку, слева же должно было быть еще четыре развилки.
В каком именно месте расположены схлопывающиеся стены? Через двадцать ярдов? Десять? Пять?