Виртуоз
Шрифт:
Как бы то ни было, контрабандисты начали утверждать, что слышали в шахте детский плач, и стали прОклятого места избегать. Гоблинская шахта и до этого пользовалась дурной славой: как и всякое гоблинское сооружение, она была опутана цепью ловушек, чар и заклинаний против чужаков; а уж после распространения слухов о ребенке-вампире и вовсе мало кто отваживался к ней приближаться.
Через семь лет Дикий Уилл, державший там тюки с каннабисом, рассказывал по всему городу историю о девочке в белом платье, которую он, якобы, видел собственными
Окончательно всякие визиты в шахту прекратились лет семь назад, когда там пропали бесследно два контрабандиста. Возможно, они угодили в какую-нибудь ловушку, возможно, поубивали друг друга в пьяной драке или при дележке, а может, их обоих высосал вампир.
Аврорат начал расследование, но дальше третьего уровня поисковые работы не продвинулись: гоблинская шахта простиралась в глубину на невероятное количество уровней, а известные ловушки заканчивались уже на первой миле.
Дело закрыли, на северном, западном и восточном входах поставили железные ворота и наложили на них неснимаемый наговор. Возможно, существовали и другие выходы на поверхность - Гарри представил себе подземный туннель, тянущийся отсюда до самого Лондона, и помотал головой. Чушь.
Лондонские гоблины о нем бы знали. Или нет?
Эта шахта была заброшена их народом давно, очень давно, и находиться теперь там было небезопасно не только из-за выдохшихся со временем проклятий, но и из-за прогнивших распорок - потолок мог осесть в любой момент от дуновения сквозняка.
– Надо было начинать отсюда, - сказал Гарри, еще раз пройдясь от двери к окну.
Зик спокойно пожал плечами:
– Что бы это нам дало? Гарри, вампира можно только выманить. Обшарить эти катакомбы нереально.
– Мы давно уже должны были расставить ловушки!
– Если она спит, это бессмысленно.
– А если нет?!
Зик вздохнул:
– Я бы не тревожил это место просто так. У нас, в Шотландии, говорят: «Не буди лихо, пока спит тихо». Что переводится на английский как: «Не тронь дерьмо, не будет вони». Старому злу не нужно давать чуять свежую кровь. Ты представляешь, сколько чар наложили гоблины на свой «Кар-Орк»? Сколько магов погибло в ловушках за эти столетия? Думаешь, они все ушли из шахты?
В словах Зика был резон, и Гарри пришлось неохотно это признать. Западня для вампира по логике должна содержать два компонента: живую приманку (желательно блеющего козленка) и уже убитую жертву (чтобы пахло кровью).
Если вампир в спячке, приманить его они не приманят, а вот тьму лишний раз потревожат. Правильней всего было бы дождаться весны и тепла, чтобы действовать наверняка.
Но Гарри просто не мог - не умел - ждать. Беспокойство сжигало его, как двигатель «ягуара» сжигает поступающий к нему бензин.
Жажда действий снедала его, требуя выхода, прося о движении.
– Дементор с ним, с Леордансом, - сказал, развернувшись от
– Все равно ничего полезного он не сообщит. Давай спустимся в шахту? Посмотрим, что там творится?
– Ты что?
– Зик аж снял ноги со спинки стула и выразительно постучал пальцем по лбу.
– Да что там делать? Искать вампира по тайникам? Испытывать на прочность крепления?
– Посмотреть, - повторил Поттер.
– Посмотреть, с чем мы будем иметь дело. Пощупать. Слова для меня - это ничто, пустой звук; чтобы понять, мне нужно увидеть и потрогать. Как говорит Гермиона, я этот… как его… о! к-и-н-э-с-т-е-т-и-к.
– Ты болван, - фыркнул Зик.
– Не хочешь - не ходи, - презрительно уронил Гарри, закусивший удила.
– Не хочу подвергать опасности жизнь напарника. Я иду один.
* * *
Зимний ветер у подножия сопки резал, словно ножом. На вершине ему и вовсе было раздолье; там он срЕзал снежную шапку, оголив мерзлую землю, и пошел гулять дальше, набирая силу на открытых просторах, злобно свистя и завывая в узких дымоходах и вентиляционных отверстиях: «Уииииии… Уууууууиииииии…»
Взрослые говорили детям: «Ветер… Это только ветер», а ветер злобно хохотал, хлестал деревья, налетал на каменные стены домов, бился бессильно, отчаянно о холмы.
Со свистом ветра сливался звон железа: северные ворота расклепывали, собираясь открыть впервые за последние семь лет.
Сначала их нужно было расклепать. Затем - снять неснимаемый наговор. И только после можно было открывать створки.
Защита, таким образом, работала на двух уровнях: маггловском и магическом. Если вы не были магом, вы не смогли бы снять наговор и открыть ворота. Если предварительно не повозиться маггловским (и очень сложным, требующим специального оборудования) способом с клепкой - наговор не снять.
Воистину заколдованный круг. Даже лучше семи железных крышек гроба, срастающихся, если не успеть процарапать ногтями каждую из них, если позволить себе передохнуть хоть на миг.
– Этот звон и мертвого разбудит, - пробормотал сердито Зик, пытаясь прикрыть замерзшие щеки воротником одолженной куртки.
– Что ж, нам это только на руку, - отозвался Гарри, ухмыляясь случайно получившейся у напарника шутке.
Хорошо бы вампир действительно очнулся от спячки и пошел к выходу - проверить, что там творится.
Гарри включил и выключил мини-прожектор и покрутил в руках каску - вещь, напоминавшую железный котелок, с ремешком для затягивания под подбородком.
Местные авроры полностью снарядили приезжих для визита в шахту, но сами войти туда отказались. Впрочем, они и лондонцев пытались отговорить. Возможно, дело было даже не в дурной репутации «Кар-Орка», а в простой и реальной угрозе того, что древние коридоры просядут.
Два бывших местных контрабандиста проводниками служить также не захотели, и Старший аврор, сообщив это не слишком приятное известие, сказал просительно: