Винсе
Шрифт:
— Вы такая тёплая, позволите?
Владеющая кивнула, коснувшись щеки юноши, подалась немного вперёд, склонившись над мальчонкой отыскавшим приют под сводами её дома, так что выбившиеся из пушистой косы пряди золотых волос коснулись его лица. Чихнув от пощекотавших нос волосков, Корэр прошептал:
— Вы пахнете луговыми травами, как мама.
По лицу женщины расплылась лучезарная улыбка, так похожая на улыбку Фор. Неожиданно Корэр ощутил, как по щекам его потекло нечто тёплое, в страхе, что повязка, пропитавшись кровью больше не способна её впитывать, он тут же ощупал левой рукой лоб, только теперь осознав, что по щекам текли слёзы.
За спиной Пряхи скрипнула затворяясь дверь, Няша, поморщившись, пошла прочь, закинув в рот горсть вымытых сочных ягод, которых в лесу надрала целую миску, специально для Корэра. Утешала Колдуна не она… Да она бы наверное так бы и не смогла, не была она женщиной, способной ласково погладить по головке. Нечем ей было отплатить Корэру за заботу.
Изо дня в день Корэр бессмысленно валялся в кровати, тупо уставившись в стену, из раза в раз водя взглядом по узору висевшего на стене ковра.
В самом начале он было зарекнулся о том, чтобы обучиться магии, от чего лицо хозяюшки в миг стало ледяным, она тут же велела Корэру встать. Не противореча, юный ария послушно спустил ноги с кровати, ощутив приятное покалывание шерстяного носка на левой и нестерпимую боль в правой. Покряхтывая, с величайшим усилием сдерживая стон, рвущийся от ноющий боли, без жалостно вытеснившей все прочие ощущения, до крови закусив губу, чтобы не заорать, юный Император подтащил к себе костыль. Встать получилось не сразу, а встав, Корэр вцепился в палку, служившую ему опорой, до скрипа шарниров, сжимая правую руку поверх ладони левой, изломанные пальцы которой, пусть и почти вернули прежнюю форму, никак не хотели подчиняться воли их хозяина.
Ведающая уважительно хмыкнула, потребовав идти к ней, лёгким движением скользнув в дальний угол комнаты. И вновь Корэр послушался, привыкнув к этой манере требовать от него чего-то невыполнимого и непонятного, которая, похоже, была присуща не только его брату, но и большинству арий.
Выставив перед собой костыль, Корэр с глубоким вздохом, подтащил к нему искалеченное тело, от чего-то против всех правил слабевшее с каждым не то, что днём, а даже уром. В момент побега ему удалось пролететь немалое расстояние с Няшей на руках, а потом пройти ещё большее, теперь же простое шерстяное одеяло ложилось на него неподъемным грузом. Ещё несколько дней назад он смог выйти в коридор, теперь же не уверен был что удастся сделать второй «шаг».
Хозяюшка подошла к нему ближе, заглянув в бездонные синие глаза, переполненные обидой, готовой в любой момент излиться потоком слёз, удерживаемой только лишь принципиальностью самого Корэра.
— Вот а когда ты сможешь сам встать, выйти из дома, обойти его и вернуться в эту самую постель, мы поговорим о магии, — сообщила Пряха, тут же попытавшись добавить: — А до тех пор…
Она замолчала, стоило Корэру с глухим стуком выставить перед собой костыль, и вновь, повиснув на нём, под шагнуть левой ногу и подтащить правую. На лице юного Императора застыл оскал подобны оскалу дикого зверя, измотанного долгой погоней и загнанного в угол, но не согласного просто так сдаться.
От
Пряха, подобрав несколько слоёв юбок, присела рядом на корточки, собравшись вновь что-то сказать, но Корэр опередил её:
— Раньше же получалось! Я же ещё недавно в коридор выходил!
В ответ на это Пряха хмыкнула:
— А теперь вот нет. Раньше твоё фэтэ работало на пределе своих возможностей, чтобы вытащить тебя из условий, в которых твоя жизнь была под угрозой. Стремление жить в нас заложено не то что на подсознательном уровне, а на уровне фэтэ, за это спасибо Ра, хотя и цель у него тогда была несколько иной. Но благодаря этому, кстати, если в бою тебя насадят на пару тройку копий, то всё ещё будешь продолжать сражаться. Были случаи, когда даже отрубленные конечности не сразу отпадали. Хотя, после приходит очень неприятная расплата. Если бы тебя просто искалечили, это одно. Думаю уже потихоньку пришёл бы в норму. Но ты почти исчерпал все доступные тебе ресурсы, ещё чуть и фэтэ принялось бы черпать энергию из его связей с фэтэ, а это уже первый шаг к необратимой дороге в иные миры. Тебе повезло успеть, — по лицу Пряхи скользнула улыбка, показавшаяся Корэру насмешкой.
Перевернувшись на спину юный ария заглянул в глаза Ведавшей и Владеющей судьбами, тяжело дыша, выплёвывая слова обрывками, спросил:
— Так че-го ты, х-ра-ни-ца, не помогла? Зна-ла же где…
— А зачем нам нужен Император, который сам о себе позаботиться не может? Докажи, что достоин, и арии, которые здесь, пойдут за тобой.
Больше ничего не говоря, она поднялась, выйдя прочь. Корэр перевернулся на живот, потянувшись за ней, попытавшись проползти следом за оставившей его Хозяюшкой, но так и не позволив себе попросить о помощи.
У Корэра была мысль о том, чтобы подползи к костылю, который казалось, лежал вот, под рукой, да уже опираясь на него пройти те несчастные три шага, отделявшие его от мягкой уютной постели, но сил не хватало даже на то, чтобы хоть немного сдвинуться. Он так и остался лежать на тёплом дощатом полу, покрытом мягкой шкурой какого-то зверя, беззвучно всхлипывая от собственного бессилия и боли, всё никак не оставлявшей его, не позволявшей нормально заснуть, а только отключиться в бредовом забытьи.
Отворившись, дверь скрипнула, раздались тяжелые размеренные шаги, которые Корэр не сразу узнал, но точно определил, что так не ходила ни Хозяюша, ни кто-либо из сестрички, ни из редких гостей Пряхи, тоже бывших ариями и от того привыкших ступать почти бесшумно. Заявившийся же к нему явно был из тех, кто привык больше ступать в сапогах с деревянной подошвой по каменным мостовым, делая тяжёлый уверенный шаг, чтобы никто не посмел покуситься на него.
Толчком перевернув тело на спину, Корэр встретился взглядом с Няшей, от чего-то не заходившей к нему пока Пряха была хотя бы в доме и в основном занятой чем-то во дворе а то и вовсе в лесу. Наёмница тут же отвела глаза, пробурчав: