Винсе
Шрифт:
— Это почему? — нахмурившись поинтересовался Сморок, всё пытаясь понять, знахарке что-то ведомо или она просто полоумная с языком безкостей.
Старуха, убрав с бледного лица Корэра выбившиеся прядки, ответила тонов, в котором сквозило сомнение в умственных сомнениях Сморока:
— Так они же дети богов, наших светлых богов, что миры творили.
Наёмник: Глава 13: Выжить, чтобы убить
Казавшуюся вечной тьму Небытия взорвала ослепительная вспышка боли. Корэр попытался взметнуться, убежать, но тело не слушалось. Где-то там валялись его оторванные, порубленные руки и ноги, и это он не видел, а просто знал. Как
Неожиданно на плечо ему легла сильная рука и лёгким движением заставила попятиться, уходя от терзавшей боли. Корэр возблагодарил спасителя даже не зная, кем тот был, и только потом, запоздало понял, что он теперь стоял на своих двоих, словно бы ничего и не было. Тяжело вздохнув, он неохотно обернулся, смутно догадываясь, что увидит брата.
Против всех его ожиданий перед ним оказался Высший, из тех, что были ещё до разделения времени, с металлическим диском, буквально вставленным в голову, а значит добившийся весьма высокого положения в Иных мирах, ведь не всех пускали хранить замок между мирами живых и мёртвых. Черноволосый, с полностью красными глазами и во всем белом. Но что Корэра порадовало, так то что они были почти одного роста, и ему не приходилось смотреть на возвышающегося над ним великана, ощущая себя мелким и ничтожным. Уж слишком он устал от этого за всю прошлую жизнь.
— Я мертв? — с некоторым интересом спросил Корэр.
Но его вопрос вызвал у Высшего реакцию, которой никак нельзя было ожидать, он расхохотался:
— Я не тот, кого можно встретить в Тех мирах. Но ты очень близко к этому.
Во вздохе Корэра проскользнуло печальное разочарование, похоже его никчёмная жизнь всё продолжается, а ведь была надежда, что представится шанс начать все заново и быть может даже встретиться с матерью в мирах мёртвых. Высший, всё похахатывая, увлёк Корэра куда-то за собой, продолжив разговор, но сменив тему:
— Я хочу попросить у тебя прощения за две вещи. Я честно не подумал, что и эти мои воспоминания не только запишутся но и достанутся тебе. Извини, что пришлось это пережить, — Высший указал куда-то в даль, где на залитой золотыми светом и кровью поляне среди трупов арий и рвущих их на части упырей, над распластанным телом Экора склонились упырица и ныне покойный Сэрба, — такое я бы и врагу не пожелал, но видимо твоё сознание попыталось искать во всей бесчисленной информации моей памяти нечто похожее на то, что ты ощущаешь сейчас.
Корэр понимающе кивнул, опять вся вина была исключительно на нём, так чего теперь злиться на гостя его сознания. А Высший теперь уже удивительно серьёзно, что не вязалось с его прошлым, смешливым тоном, продолжил:
— И ещё, прошу прощения что не пришёл раньше. Теперь у нас достаточно времени, чтобы поговорить и думаю мы вряд ли встретимся вновь, — он уселся в кресло, вынырнувшее из тьмы, стоило только подойти, предложив Корэру разместиться напротив. — По правде говоря, я всё-таки плохой друг. Только после встречи с тобой додумался, что и тебе понадобится поддержка, не всё же мне тебя гонять, но было слишком поздно. Сам понимаешь, к тому времени я был уже мёртв.
Корэр ничего не понимал, но спрашивать
— Не сказать, что у меня вообще не было мысли прийти к тебе, но очень уж не хотел встречаться с собой. Думал, может быть потом, когда привыкну к своему новому, не сказать чтобы симпатичному лику, но всё же к отсутствию половины мордельника привыкнуть нельзя.
— Кто ты? — скрипнув зубами перебил его Корэр.
— У мня очень много имён. Есть даже миры, где меня назовут Владом. Но истории в Этих мирах начались с имени Риеко. Знаешь такого? Это тринадцатый сын одного безумного правителя. Корольку его приёмная дочь предрекла скорую смерть, ну, а он, испугавшись, решил, что если избавится от девчонки, сможет спастись. Наивный… Ну и конечно же эту неблагодарную работу он повесил на самого младшего сына. Кстати, именно так я и получил возможность сбежать на уровни ниже. Ну да об этом потом. Кстати, Рореэ тоже я. Тут тебе спасибо, стал обманутым великомучеником, и попал в ряды Высших, хороший тогда судья попался, жалостливый, ну да на всё воля Судьбы.
— Как-то ты слишком болтлив, для моего брата, — проворчал Корэр, теперь уже окончательно убедившись и получив словесное подтверждение своим догадкам.
Высший вновь расхохотался, объясняя:
— У Экора просто нет возможности нормально поговорить. Знаешь, не очень уж это удобно, с недоконца приросшей головой. Компенсирую теперь.
— Я бы с радостью снёс тебе голову ещё раз.
— Понимаю, но увы это лишь остаточный образ, модель, имитирующая реальные действия на основе анализа данных из памяти, загруженных в твой клинок. Ну или я такой замечательный, сумел предсказать всю твою реакцию и записать шаблоны ответов. Тут ты увы никогда не узнаешь точного ответа.
— Да пошёл ты, урод одноглазый.
Высший вновь стал серьёзным:
— Ладно, пожалуй хватит всего этого. Я пришёл только лишь за тем, чтобы вернуть один долг, ну и до конца выполнить обещание. Попробуй потом почитать про энергетические токи в телах других разумных, это даст ответ на то, как образуются связи фэтэ с окружающими мирами. Ну а пока, думаю ты уже находишься в достаточно бедственном положении чтобы принять помощь от меня.
— Ты это о чём? — поинтересовался Корэр, оскалившись.
— Ты умираешь. Кровь упырицы уже распространилась по твоему телу и в этот раз её куда больше и она свежая. Ты буквально гниёшь изнутри. Вихрь настроен на то, чтобы помочь тебе в подобных ситуациях, я рассчитывал, что произойдёт нечто подобное и знал, что рано или поздно ты сможешь управлять им достаточно хорошо. Сейчас идеальный момент. В твоём теле почти не осталось крови, встрой клинок в своё фэтэ.
Корэр досадливо поморщился:
— Я не хочу чтобы честью меня было твоё творение. Мне вообще от тебя ничего не нужно, даже Вихрь. Пожалуй следовало бы его выкинуть, но я был трусом, цепляющимся за любую возможность доказать, что это не так.
Высший ничего не ответил, он просто встал, и молча подойдя ко вжавшемуся в кресло Корэру, склонился над ним. В лице обитателя миров мёртвых проступили столь знакомые Корэру черты. Теперь перед ним стоял брат, именно такой, каким Корэр его помнил: в кожаной маске, прикрывающей правую половину лица, в красной рубахе, ворот которой лишь немного не мог прикрыть след от клинка Сэрбы, отсёкшего Экору голову, в чёрном костюме и с кривоватой ухмылкой.
Корэр неосознанно подобрался в попытке закрыться, но ничего не успел. Последним что он увидел, оказались покрытые шрамами пальцы, сжатые в кулак. А потом боль, струйка безвкусной крови, стёкшая по губам на подбородок, и беспамятство.