Шрифт:
Прибытие самолета из Гааги задерживалось на полчаса. Плотная толпа встречающих заметно рассредоточилась, однако, никто не уходил. Инга поправила бейджик на правом кармане холщевой рубашки и еще раз проверила документы. Письмо-поручение от туристической компании только вчера принес курьер. В этой компании работала ее приятельница Ленора и частенько через нее Инга получала интересные заказы. Хорошо, что не отправили электронной почтой, ее компьютер последние
Все отлично: VIP тур, предварительный маршрут, копии документов на аренду виллы Ласточка, фото клиента, сумма гонорара, и надо признаться, весьма щедрая. Впрочем, неудивительно, Инга была одной из лучших сопровождающих подобных туров. И дело не только в ее патологической ответственности, эрудиции дипломированного искусствоведа и приятном голосе, приятный голос, к сожалению, стал сдавать, сели связки, пришлось отказаться от групповых туров. Инга была абсолютным полиглотом, долго перечислять даже те языки, которыми она владела в совершенстве, а те, в которых она не смогла бы сориентироваться искать еще дольше. И все же она подумывала об уходе из прибыльного туристического бизнеса, мечтала уехать из уже обжитой Италии изучать живопись в Голландии.
По странному совпадению ее предположительно последний клиент оказался голландцем. Судя по фотографии, Каспер Вербеке не молод, около пятидесяти, приятное лицо, элегантная бородка, волосы забраны сзади в пучок.
Наконец, сообщили о посадке, встречающие вновь плотно сгруппировались, Инга заранее приподняла табличку с крупной надписью на голландском КАСПЕР ВЕРБЕКЕ. И не зря. Человек, похожий на господина Вербеке, приближался к ней стороны VIP зоны. Ее не предупредили, что он пройдет через спецзону, первая неприятная мысль. Вторая, он, безусловно, походил на свое фото всем, кроме одного, он оказался неприятным. Носить длинные волосы в его возрасте, вообще, рискованно, а уж, красить их явно не стоило. В перебинтованной кисти руки голландца болтался стильный саквояжик.
– Халло! – улыбнулся Вербеке, от чего его взгляд стал еще противнее.
– Халло! – радостно ответила гид высшей квалификации.
Разговаривая на ходу, они направились к стоянке, где припарковалась Инга. Багаж доставят сразу на виллу, у двери машины он замялся, не зная, куда положить свое сокровище. Инга вежливо перехватила ношу, оказавшуюся довольно тяжелой, и пристроила ее в багажник.
За рулем Инга приободрилась, она любила водить машину, наметился необходимый контакт с клиентом. Вербеке все больше улыбался, даже шутил, что было хорошо, хотя его по-прежнему не красило.
Восхитительная
Инга незаметно покосилась на своего клиента, ловя реакцию. Тысячи, а возможно, миллионы настоящих ценителей лишены возможности видеть подобную красоту! А этот чурбан даже не остановил на ней своего взгляда, вперив его в команду прислуги, встречающую их у входа. Всех их Инга видела впервые, видимо, состав полностью поменялся, что странно, в подобных местах люди стараются удержаться. Замена привычного персонала создавала некоторые неудобства, надо заново налаживать отношения.
Хотя, новая прислуга выглядела потрясающе. Благообразный седой дворецкий, длинноногая горничная, выглядевшая как тор-модель, добродушный усатый итальянец, к бабке не ходи, – повар, секьюрити с близко к носу посаженными глазками и, наконец, молоденький консьерж, мальчик из хорошей семьи. Как и все подобные мальчики, кажущийся знакомым.
Дворецкий принес приветственное шампанское в хрустальных бокалах цвета тонировки витражей виллы. Вербеке выпил с удовольствием, Инга лишь пригубила. Задержалась ровно на столько, чтобы не показаться неучтивой. Ее работа начнется завтра.
Засыпала Инга неспокойно. Все, кажется, благополучно! Откуда же взялось леденящее чувство опасности, путающее мысли! Ей даже слышались шорохи в пустой квартире. Дожила! Не сразу ей удалось выловить из роя тревожных ощущений главное. Дело в его имени.
" Какой-то Верникас, – презрительно сказал тогда отчим. Мама сгорела от скоротечной чахотки за месяц. Она все откладывала разговор с малолетней Ингой об отце, боясь повредить дочери. Отчим же толком ничего не знал. Отец Инги иностранец, вероятно, голландец, а, может, и швед.
Через три десятка лет при первой возможности Инга направила запрос через представителя респектабельной адвокатской конторы на поиск некого Верникаса, побывавшего в Петербурге в конце восьмидесятых. Адвокат Карл очень старался ей помочь, у них даже случился небольшой роман во время поисков, но все тщетно.