Вильгельм
Шрифт:
— Похоже, где-то в окрестностях завелся колдун-отступник, по которому ИСБ плачет, — проговорил я, покрутив находку так и этак. — Посмотри: тут и элементы самого настоящего проклятия, и темный артефакт присутствует. Понятно теперь, почему мы и не можем это остановить — проклятие, напитавшись твоей силой, подпитывает темный артефакт, а тот в свою очередь постоянно, хоть и не очень быстро, поднимает новую нежить. Интересная задумка.
Мор хмыкнул.
— Такая же живет в тебе. Проклятие плюс скверна… Выходит, это не такая
— Мой наставник плохо в этом разбирался, — пожал плечами я. — А другого колдуна у нас пока нет, хотя давно пора обзавестись.
После чего вытянул из костей чужое проклятие, двумя пальцами сломал уже бесполезный артефакт. А когда Кость одного за другим притащила на мой суд всех шестерых мертвяков, что успели разбрестись по округе, заставил их сначала раскопать свои могилы. Вскрыл гробы. Но новых артефактов больше не нашел и только тогда избавил мертвецов от трудностей бренного существования.
— В округе наверняка есть и другие деревни, — заметил призрак, когда мы покинули кладбище. — Если колдун надумал разбудить мертвецов здесь, то он может это в скором времени повторить и в другом месте.
— Если ему нужно полноценное темное пятно в этом районе, то да. Он обязательно это сделает. Но мы спутали ему карты, случайно разбудив нежить раньше времени.
— И что ты предлагаешь? Будем теперь ночами гулять по округе и вскрывать все могилы подряд, пока не уничтожим эти штуки?
Я поморщился.
— Что колдуну помешает наделать новые? Самым логичным было бы найти его самого. Но вряд ли он будет торчать на виду или жить, к примеру, в той же деревне. Скорее всего, он вообще не местный. Следовательно, искать его можно долго, поэтому правильнее будет просто предупредить людей. А там пусть ИСБ сама с этим разбирается.
Мор насмешливо на меня глянул.
— Что? Вот так прямо и пойдешь к людям? Ночью?
Я пожал плечами.
А что такого? Я неопасен. Даже, можно сказать, благое дело делаю. Так что поводов для паники нет. Я просто приду, расскажу им про кладбище, и все.
Призрак на мои рассуждения только хмыкнул, но не стал отговаривать. А я лишь спустя пару часов сообразил, откуда в нем столько скепсиса и почему, когда я вернулся из деревни с таким постным лицом, он неожиданно рассмеялся.
— Ну и как тебе общение со смертными? — поинтересовался он, когда вдосталь натешился.
Я только поморщился.
Плохая была идея. Признаю. Но кто ж знал, что люди не только ужасно суеверны, но еще и до заикания пугаются, если на выходе из сортира их встретит маленький мальчик с бледным лицом?
В первый раз я вообще сглупил — перехватил какого-то мужичка до того, как он успел добраться до отхожего места. Результатом этой встречи стало не просто заикание, а самый настоящий конфуз, после которого мужику, разумеется, было уже не до моих разъяснений.
Оставив его стучать зубами и отжимать мокрые штаны, я пожал
В третий раз мне на глаза попалась растрепанная и откровенно зевающая женщина, которой приспичило посреди ночи вынести помойное ведро… И только тогда до меня дошло, что ее расширенные глаза уставились не на меня, а на что-то за моей спиной. А если точнее, то на молчаливо выросшую из темноты Кость, которая возвышалась надо мной бледным призраком.
Оказывается, когда я решил не стучать в запертые ворота, а преодолеть высокий тын с помощью портала, сообразительная псина не захотела оставлять меня одного и просто перемахнула через бревна, благо это оказалось несложно. Я, сосредоточившись на основной задаче, этого не заметил. Но думаю, вы догадываетесь, что произошло дальше, а также почему я предпочел как можно скорее создать портал и под оглушительный бабий визг в него нырнуть, лишь чудом не собрав на себя содержимое вонючего ведра.
— Ничего, — посмеиваясь, сказал Мор, когда я оглянулся на бесшумно спрыгнувшую с тына Кость и с мрачным видом снял у нее с носа протухший капустный лист. — Люди вообще неблагодарные создания. Но в следующий раз проверяй, кого берешь себе в помощники, а то твоя собачка стала проявлять слишком явные зачатки самостоятельности.
Гончая, когда я на нее посмотрел, пытаясь понять, не доставит ли мне в будущем проблем излишне активное имитирующее заклинание, только доверчиво прижалась мордой к моей груди и замерла.
— Ладно, идем, — со вздохом отказался я от мысли предостеречь деревенских. — Напишу записку, прибью к воротам, и пусть сами решают, верить или нет. А я для этих людей сделал все, что мог.
— С чего ты вообще решил, что людей стоит предупредить об угрозе? — поинтересовался Мор спустя полчаса, когда мы покончили с неприятным делом и вернулись домой. — Какое тебе до них дело?
Хм. Хороший вопрос.
Признаться, мне стоило задать его себе гораздо раньше. Да и в самом деле — зачем я вообще туда сегодня пошел? Разве я им что-то должен? Меня позвали? Попросили? Пообещали заплатить? Нет, я этих людей до сегодняшнего дня даже в глаза не видел.
Тот факт, что их могут съесть, пусть даже частично по нашей вине?
Маловероятно. Раньше ведь меня это не заботило.
Тогда с чего вся эта суета? И почему в процессе размышлений о неизвестном колдуне я с такой уверенностью посчитал, что меня это касается?
— По-моему, ты меняешься, Вилли, — спокойно заметила тень.
Я встрепенулся.
— Хочешь сказать, я уже становлюсь человеком?
— Ты можешь им стать, — уклончиво ответил Мор. — Держись только поближе к Нардису. Это поможет.