Викториум
Шрифт:
— Да ты поэт, — рассмеялся Ауда абу Тайи, чтобы скрыть, как задрожали у него губы в приступе алчности. Таких денег ему не заработать никогда — прослужи хоть две жизни на британцев Лоуренса. Не то чтобы платили плохо, но были уж больно прижимистыми, как и все европейцы. А с такими деньгами его ховейтаты найдут себе дом и в Африке, и в Азиатском альянсе. — Когда и куда мне вести своих людей?
— Как это их нет, Али?! — вскричал Лоуренс. — Куда подевались все ховейтаты?!
—
— А остальные где? — спросил у него Лоуренс.
— Старики говорят, что Ауда абу Тайи забрал всех ховейтатов и увел в Стамбул, — ответил шериф Али.
— Да что же ты молчал об этом?! — еще громче закричал Лоуренс. — Отправляемся в город! Надо быстро найти Ауду!
Через пять минут двое арабов вышли из дома европейских офицеров и отправились в лабиринт стамбульских улиц.
Найти Ауду абу Тайи в городе оказалось просто. Приставленные на всякий случай наблюдать за остатками предыдущего русского посольства ховейтаты конечно же знали, что их шейх сейчас в городе. Знали они и где его найти.
Ховейтаты квартировали недалеко от Стамбула. Но не было их в лагере, ни разноцветных флагов, ни палаток. Кочевники отвели коней за высокий холм. А сами сидели или лежали прямо на земле.
Не был исключением и шейх Ауда. Он развалился в пыли, прикрыв лицо от солнца куфией.
Когда на него упала тень подошедшего Лоуренса, Ауда откинул платок и, не поднимаясь на ноги, воззрился на него.
— Сколько? — коротко спросил у него Лоуренс. — Сколько они тебе обещали? — повторил он вопрос, видя, что Ауда его не понимает или делает вид, что не понимает.
— У твоей королевы Виктории столько денег не будет, — усмехнулся тот, даже не думая подниматься на ноги.
— Кто это был — и что они от тебя хотят? — продолжал форменный допрос Лоуренс.
— Я их не знаю, — отмахнулся Ауда. — Синие мундиры из гвардии падишаха. Все в золотом шитье. И как только на солнце не слепнут?
— А чего они от тебя хотят? Зачем им все твои люди вблизи Стамбула?
— Для того, — с гордостью произнес шейх Ауда, — на что могу решиться только я. И больше я тебе ничего не скажу.
Он демонстративно повернулся на бок. Снова накрыл лицо куфией.
Но Лоуренсу и этого хватило. Он вскочил на верблюда. Сильно ударил того пятками. Не слезавший со спины своего дромадера шериф Али отправился следом за ним.
Через полчаса майор Лоуренс уже был в кабинете лорда Бредфорда.
— Вы же знаете, Лоуренс, — в голосе лорда звучал металл, — что я терпеть не могу все эти арабские тряпки! И вы врываетесь ко мне в таком виде. Вы, вообще, о чем-нибудь думаете, Лоуренс?
— Думаю, милорд, — Лоуренс подошел к Бредфорду вплотную, — и получше вашего. Вы, милорд,
— Да вы в своем уме, Лоуренс?! — отступил от него лорд. — Какой еще заговор? Вы что, на солнце перегрелись?
— Судя по всему это заговор младотурок, — отчеканил Лоуренс. — Они вытащили из пустыни ховейтатов шейха Ауды. Тех самых, кто нам так помог при нападении на русское посольство. Ауда абу Тайи славится тем, что за деньги готов не то что родную мать продать, но и душу свою сатане заложить. По сходной цене. А для чего может кому-то понадобиться несколько сотен бедуинов в непосредственной близости от стен Константинополя? Да еще и накануне большой соколиной охоты падишаха.
— Безумие какое-то… — протянул лорд Бредфорд. Он, находящийся в Константинополе уже почти десять лет, даже не представлял о заговоре младотурок. Бредфорд считал их всего лишь очередными манифестантами, которых можно выгодно использовать. Как тех же фанатиков или ховейтатов. Но в том, что они могут сами что-то предпринимать, без его указки. Даже без его ведома. — Просто немыслимо…
Бредфорд опустился в кресло.
— Даже у немцев здесь агентурная работа поставлена лучше, чем у вас, милорд, — сказал, будто плюнул ему в лицо, майор Лоуренс. — По дороге сюда я видел эскадрон немецких механических улан. Кажется, немецкий посол, являющийся дуайеном посольской палаты коалиции в Стамбуле, если вы помните это, милорд, уже знает о готовящемся нападении. И решил обезопасить себя. Он ведь тоже приглашен на охоту.
— Лоуренс, вы ведь майор драгунского полка, верно? — поинтересовался Бредфорд.
— Девятнадцатый уланский, — уточнил Лоуренс, щелкнув каблуками, — конница Фэйна.
— Тем лучше, — кивнул Бредфорд. — Берите под командование уланский эскадрон, прикомандированный к нашему посольству, и присоединяйтесь к немецким драгунам.
— Теперь уже про вас можно сказать, что вы сошли с ума, милорд, — процедил взбешенный Лоуренс. — Я еще планирую использовать ховейтатов в наших интересах. И здесь, и в Африке. А после того, как Ауда увидит, что я руковожу уланами, убивающими его людей, все, что ждет меня в становище ховейтатов — это нож или пуля.
— Не узнает он вас, Лоуренс, — поднялся на ноги Бредфорд. — Прикроете лицо. Да и кто будет выглядывать вас в бою? Как будто у этого варвара других дел нет, кроме как вглядываться в лица наших улан.
Он взял со стола серебряный колокольчик для слуг. Взмахнул им пару раз.
— Надо предупредить русского посла, — объяснил Бредфорд, — о нападении. Пускай он сам предупреждает падишаха. Мы не должны формально иметь к этому какого-либо касательства.
— А что если русский посол будет убит во время нападения ховейтатов? — предложил Лоуренс. — После второго убийства война точно начнется.