Виктор
Шрифт:
Я последовал за ней и оказался по щиколотку в траве. Мой взгляд тотчас упал на решётку, которая лежала рядом с окном. Надо бы вернуть её на законное место. Но сперва я прикрыл ставни, а лишь затем вставил решётку в крепления и удовлетворённо хмыкнул.
Девушка в этот миг посмотрела на меня и заметила ржавчину, оставшуюся на моих руках. И, конечно же, её насквозь пропитанный распутством мозг выдал очередную пошлую остроту:
— Вик, а что это у тебя на руках? Ты наконец–то поигрался со своими малышом? Похоже, он у тебя сильно заржавел.
— Прекращай! —
— Ладно, ладно, успокойся. Когда ты теперь на законных основаниях посетишь особняк Люпена? — спросила Вероника и расплылась в скупой извиняющейся улыбке. Но даже в этой улыбке сквозила неимоверная чувственность.
— Нескоро. Первокурсники целый месяц не должны покидать остров, а потом мы, как и прочие студенты, сможем каждое воскресенье отлучаться с него.
— Да–да, что–то такое припоминаю. Потому–то мы с моим местным любовником тут и встречались. Кстати, там есть замечательная полянка, — проворковала магичка и повернулась мордочкой к лесу. — Хм… любопытно. Среди деревьев движется какой–то огонёк…
— Сторож, наверное, — буркнул я, тоже заметив свечение. Кажется, его испускал электрический фонарь.
— А что ему в лесу сторожить? Мухоморы? — задалась вопросом девушка. — Насколько я знаю у него совсем другой маршрут.
— Значит, это просто гигантский светлячок. Надеюсь, ты не будешь предлагать пойти на этот огонёк? — скривил я кислую физиономию, зная, что Вероника любопытнее любой кошки. — Ежели меня заметят не в своей комнате, то в особняк Люпена я попаду гораздо раньше. И вряд ли учитель этому обрадуется.
— Ладно. Шут с ним с этим огоньком, — опустила плечи девица и следом серьёзно спросила: — Ты уже подружился с дочкой маркиза?
— Я работаю над этим, — сдержанно произнёс я и скрестил руки на груди.
— Ого, судя по выражению твоего лица, дело продвигается медленно. И как такой красавчик ещё не охмурил её? — елейным тоном выдала Вероника и хотела провести пальцем по моей щеке, но я отшатнулся.
— Сам не знаю. Может, она больше по девушкам специализируется.
— Вот как, — сверкнула глазёнками магичка и плотоядно усмехнулась. — Тогда может я с ней познакомлюсь?
— А тебе не пора домой? — огрызнулся я.
— Ты такой милый, когда злишься, — пропела девушка и добавила: — Проводи меня в лес. Не хочу, чтобы кто–то заметил свет моего портала.
— Пошли, — нехотя буркнул я.
Вероника пошла по траве, усиленно вертя задом. А я потопал за ней глядя, куда угодно только не на её сексуальную пятую точку.
Магичка же порой недовольно поглядывала на меня через плечо, и амплитуда движений её бёдер становилась ещё больше. Но я не поддавался. Был твёрд, аки гранит.
А затем Веронике уже стало не до вертения задом. Мы вошли в дремучий дикий лес. И тут наш путь стал сложнее. Нам пришлось отодвигать низко висящие ветки и отбиваться от комаров, которые весьма обрадовались появлению людей.
— Твою
— Перестань стенать. Ты же мужчина, — фыркнула Вероника и остановилась под раскидистым дубом. — Вот тут достаточно места.
— Наконец–то, — пробурчал я себе под нос и принялся с лёгкой завистью наблюдать за тем, как девушка стала творить пассы.
Она их делала ловко и чётко. Таким движениям далеко не в каждой академии научат. Хотя во всей Гардарике имелась лишь одна академия, где обучали магов пространства. Она находилась на севере империи, ближе к горам.
Между тем девушка создала портал, помахала мне рукой на прощание и уже хотела нырнуть в подрагивающую голубую гладь, но тут невдалеке прозвучал приглушённый расстоянием болезненный стон. Мы оба замерли, тревожно прислушиваясь.
— Явно человеческий, — свистящим шёпотом выдал я, лихорадочно облизав губы.
— Ага, — согласилась со мной девушка и двумя пассами развеяла портал. — Вик, надо проверить. Без нас же не разберутся.
— Если меня здесь увидят ночью, то тут же отчислят, — напомнил я, во все глаза глядя во мрак леса. Откуда–то оттуда и долетел стон.
— Тогда иди в башню. Я сама проверю. Вдруг там человеку плохо? — протараторила Вероника и, крадучись, двинулась по еле приметной тропинке, пролегающей через кусты.
— Вот только не разыгрывай из себя сердобольную личность. Знаю я тебя. Ты любопытство своё хочешь потешить, — укоризненно проговорил я и не только догнал девушку, но и обогнал её.
Веронику нельзя отпускать одну. Вдруг с ней что–нибудь случится? Я же себя потом не прощу.
— Одно другому не мешает, — прошептала мне в спину магичка. — У тебя есть какое–нибудь оружие?
— Только мои шутки, — откликнулся я и показал ей рукой, чтобы она прикрыла свой ротик.
Вероника выполнила мой молчаливый приказ. И дальше мы пошли почти в полной тишине. Лишь под нашими ногами шуршала трава и опавшие листья. Но вот лес не собирался молчать: комары продолжали жужжать, деревья потрескивала, а ночные птицы порой издавали такие трели, от которых сердце испуганно пряталось в пятку. Однако мы упорно двигались вперёд. Жаль только Вероника не умела долго молчать…
— В такие моменты я жалею, что ты не маг огня. Вот у них тьма–тьмущая атакующих умений, а у вас мента… анималистов практически их и нет. Раз, два и обчёлся, — донёсся из–за спины сварливый голос девушки.
— Зато мы превосходно работаем с сознанием живых существ, — уязвлённо выдал я.
Но, в целом, магичка была права. Ежели убрать манипуляции с сознанием, то у менталистов остаётся не так уж и много умений. И в основном они будут подобны «Духовной броне». Ну и ещё мы можем, как и все прочие маги, заряжать предметы магической энергией. После этого они на совсем короткое время становятся или крепче, или быстрее, или…