Вик
Шрифт:
Настасья
Обеспокоенная тем, что произошло накануне, на следующее утро я оказалась у дверей дяди. Николас впустил меня, и в тот момент когда Ларедо увидел мое усталое выражение, он встал и раскрыл мне свои объятия. Я не хотела быть той девочкой, но, черт возьми, мне нужно было утешение. Итак, я шагнула в его ожидающие объятия и позволила удержать себя.
Прошлой ночью Вик нашел меня в моей комнате, сидящей на кровати в ожидании, и легко разделся. Я натянула одеяло, и он проскользнул под него. Вик держал меня
— Он здесь? — тихо спросила я у дяди, и мне не нужно было уточнять. Он отстранился, чтобы посмотреть на меня, и когда он покачал головой, я закрыла глаза и произнесла: — Я не знала. — Я моргнула. — Он должен это знать, верно?
Брови дяди Ларедо нахмурились.
— Конечно, знает, милая девочка. Филипп никого не винит в случившемся больше, чем самого себя. — Он одарил меня грустной улыбкой. — Это был тяжелый год для него.
Что ж, мне от этого лучше не стало.
— Где он?
— Я не знаю.
Я смотрела недоверчиво.
— Если бы ты знал, ты бы мне сказал?
Дядя мягко улыбнулся моей способности видеть сквозь его чушь.
— Он хочет побыть один. Потратить немного времени, чтобы помочь своему брату. Я дам ему это время. — Ларедо обхватил меня за щеку. — Я защищаю своих мальчиков, милая.
Мой желудок скрутило, потому что, хотя он, возможно, и не имел в виду удар ножом, он определенно ощущался как удар по Саше. Хуже того, мой брат заслужил это.
Справедливо.
Я наполовину закатила глаза.
— А как насчет другого?
Улыбка моего дяди поднялась.
— Сейчас он в своей комнате. Пожалуйста, разбуди его.
Быстро поцеловав дядю в щеку, я иду по длинному коридору, и когда я добралась до его комнаты, я чуть-чуть приоткрыла дверь. В комнате было кромешно темно и пахло его лосьоном после бритья. Я тихо позвала:
— Алессио?
В конце концов, он был взрослым мужчиной, и он мог бы заниматься взрослыми делами в этой комнате. Я не хотела застать его врасплох.
— Лес?
Нет ответа.
Он вообще был здесь?
Я немного толкнул дверь, позволяя свету из холла проникнуть внутрь. Под шелковым темно-синим покрывалом его очертания были четкими, и когда я убедилась, что он укрыт, я на цыпочках прошла в комнату, встала у его кровати и улыбнулась его покрытому шрамами спящему лицу.
Он выглядел таким умиротворенным.
Ну что ж.
Расправив крылья, я раскинула руки в стороны и полетела. Мое тело соединилось с его. В момент удара он согнулся пополам от боли, оттолкнув меня, и издал протяжный хрип:
— О, бл*ть, мои яица!
Перекатившись
— Доброе утро.
О боже. Если бы взгляды могли убивать.
Я рассмеялась в полной тишине.
Алессио уставился на меня усталыми глазами, прежде чем откинуть голову на подушку и простонать.
— Ты сука. — Он обхватил себя через простыни. — Ах, мой член.
Ладно, значит, мне было плохо. Однако недостаточно, чтобы не дразнить его.
— Готова поспорить, что Кара натерла бы его лучше.
— Нас, — предостерегающе прорычал он, и я подняла обе руки в воздух в извинении. Когда он задыхался, я наблюдала, как его глаза сузились, глядя на меня. — Что ты здесь делаешь? Еще слишком рано.
Насмешка вырвалась из моего горла.
— Сейчас 11:00, сэр. Подними свою упругую задницу с постели и пригласи меня выпить кофе.
— Что? — произнес он, и все его тело замерло. Его глаза бегали по сторонам, а губы скривились. Он осторожно спросил: — Хочешь свидание?
— Фу. — У меня появился тошнотворный привкус во рту, и я заметно отпрянула. — Мы двоюродные родственники, чувак.
Алессио казался немного оскорбленным моим отвращением.
— Дважды удалены. Через усыновление. Не по крови.
Я не могла сдержать натужный смешок, вырвавшийся у меня, когда я задала вопрос.
— Подожди. Ты обиделся? Хочешь, чтобы я захотела с тобой встречаться?
— Господи, нет. — Он сердито посмотрел на меня, и я бы не поверила, если бы не видела, но его щеки порозовели.
Каким другом я была бы, если бы не возилась с ним так долго?
— Я могу притвориться, если хочешь, — продолжала я, дрожа всем телом от веселья. — Держать тебя за руку и все такое.
— Боже. — Алессио провел рукой по лицу. — Ты так утомляешь, женщина.
Он казался таким истощенным, таким усталым, что я решила дать ему передышку. Я села у изголовья и подавила желание подразнить его еще немного.
— Смотри. Прости, ладно? Просто сейчас у всех происходит какое-то дерьмо. Лев и Мина заняты…
— Друг другом? — предложил он, и я кивнула.
— А Саша… — я замолчала.
— Засранец, — пояснил Алессио.
— Ну, да.
Именно поэтому я тусовалась с Алессио. У меня не было иллюзий по поводу того, кем он был. Он был холодным и жестким, и он мог быть совершенно жестоким. Но все же он меня понимал.
— Кара учится. Аника рядом, но я не вправе вываливать на нее свое дерьмо. А Вик…
Мое сердце сжалось.
Наша нынешняя ситуация со сном не разрушила невидимую стену между нами. Время от времени случалось что-то смешное, или я расстраивалась из-за работы, моих братьев или жизни в целом. Кто-то мог вывести меня из себя, и мне нужно было выговориться, или я переживала что-то, чем хотела поделиться. И был только один человек, с которым я хотела поделиться этими вещами.