Вик Разрушитель 12
Шрифт:
Но сейчас эти сведения вряд ли могли помочь Нине. Она хорошо чувствовала желание Виктора поразвлечься с красивой брюнеткой.
— Кто ваш отец, княжич? — сухо спросила девушка, глядя на сцену. — К чьей ветви вы принадлежите?
— К московской, — усмехнулся Виктор. — Как интересно… Прекрасная незнакомка неплохо разбирается в родословной князей?
— Я — дочь боярина Захарьина Василия Романовича, — Нина медленно повернула голову и бесстрастно поглядела на тонкие губы Лукомского, раздвинувшиеся в ехидной улыбочке. — Мне положено знать подобные вещи.
— Уверен, что
— Вы не в моём вкусе, — Нина холодно посмотрела на княжича. — И прекратите лапать меня. С вашей стороны это откровенное хамство.
— Малышка ломается, — глумливо произнёс один из дружков Лукомского. Каков хозяин, такова и свита.
Нина попыталась встать, но кто-то надавил ей на плечи.
— Сиди спокойно, тебя не отпускали, — нагловатый голос начинал бесить девушку.
— Буду кричать, — предупредила Нина. — А кричать я умею очень громко.
Парни рассмеялись, княжич тоже улыбнулся и убрал свою руку. Поднялся со скамеечки и шутливо прижал ладонь к сердцу.
— Извините, боярышня, не хотел обидеть. Может быть, я могу угостить вас мороженым?
— Спасибо, — Нина не стала показывать, какое облегчение у неё вызвала ретирада наглецов, — но я откажусь. Вы сделали большую ошибку, начав общаться со мной, как с уличной девкой.
— Да, переборщил, — даже как-то спокойно согласился Лукомский. — В следующий раз буду умнее.
— Надеюсь, княжич, но только не с мной, — холодно ответила Нина и выдохнула, провожая взглядом компанию молодых людей, которых было четверо. Даже удивительно, что их хамство и грубость не переросли в нечто более неприятное. Лукомский, хвала Богам, оказался адекватным человеком. Или играет?
Она посидела ещё с полчаса, слушая «Скоморохов», и как только начали зажигаться фонари по всему парку, решила возвращаться домой. Желание поговорить с Анжеликой куда-то пропало. Данька уже звонил, интересовался, где сестра «потерялась», и по его голосу чувствовалось, что он начинает волноваться. На парковке машин стало поменьше, но павильоны до сих пор были забиты людьми. Аллея тоже не пустовала. Слышался детский и женский смех, где-то звучала нежная и успокаивающая мелодия.
Поблагодарив охранника, который следил за порядком в отведённом ему секторе, за сохранность байка, она с нарочитой грациозностью оседлала «Эндуро», надела шлем и лихо газанула с места. Девушка успела заметить восхищённый взгляд охранника, совсем не молодого, и улыбнулась, ловя прохладный ветер в лицо.
Упорно держащийся за ней чёрный «Сенатор» она заметила давно, однако не придала этому значение. Может, едет в том же направлении, что и Нина. Возможно, водитель любуется фигуркой девушки, слившейся с байком. И свою ошибку поняла поздно, когда солидная машина набрала скорость, стала обходить чуть сбавивший ход «Эндуро».
Дело в том, что этот участок дороги был почти не освещён. Справа по ходу движения расстилался
И не поняла, что произошло в следующее мгновение. Машина пошла на обгон, слишком сблизившись с ревущим «Эндуро», чуть-чуть довернула, чиркнув по заднему колесу байка передним крылом.
Нину едва не выкинуло из седла. Она каким-то чудом вывернула руль страшно вильнувшего к обочине мотоцикла, перелетела через небольшую канаву, и от ужаса происходящего прибавила газу. Это и помогло ей избежать падения. «Эндуро» яростно зарычал и обрёл устойчивость. Нина промчалась ещё несколько метров и только потом резко развернулась с выбросом грунта из-под заднего колеса. Погасив скорость, остановилась.
Заглушив мотор и поставив байк на распорку, она медленно сползла с сиденья на землю. Дрожащими руками стянула с головы шлем, положила его на руль и судорожно вдохнула в себя прохладный воздух, почему-то пахнущий пылью и цементом. Девушка недоумённо поглядела на дорогу, где замер «Сенатор». Наверное, водитель сам испугался и теперь смотрит, жив ли обладатель мотоцикла.
Ага, хлопнула дверца, потом ещё одна. Нина выпрямилась и нецензурно выругалась. Хорошо, отец с матерью не слышат, а то бы прилетело по губам. Да и как сдержаться, когда видишь идиотов, возглавляемых настырным и неприятным княжичем Лукомским? Даже в сумерках она хорошо разглядела их, и всё стало понятно. Этот ублюдок не оставил своего желания добиться девушки. Его расслабленная походка, руки в кармане брюк, размытая по губам улыбка разожгли в Нине ярость. Она даже не поняла, почему в районе солнечного плетения жарко запылал невидимый огонь. Его жидкое пламя растекалось по телу, наливая тяжестью руки и ноги.
Четвёрка подошла ближе и остановилась, с любопытством разглядывая девушку в короткой кожаной курточке, словно какую-то зверушку, которую удалось загнать в ловушку. Нина учащённо дышала и с ненавистью смотрела на парней, так и продолжая опираться на байк. Вот сволочи! Едва не угробили её, и, раз не вышло, решили добить?
— Тысячу извинений! — развёл руками Лукомский, не скрывая глумливую улыбочку. — Мой водитель — болван, не справился с управлением. Я ведь говорил ему, держись подальше от мотоцикла, а он…
— Прошу прощения, княжич, — в тон ему ответил худощавый высокий парень, чей голос Нина хорошо запомнила в парке. Это ведь он бросал всякие ублюдочные фразы. Да и физиономия противная, узкая и хищническая. Гнус! Самый настоящий Гнус! — Скорость была большая, машина вильнула.
— С вами всё в порядке, боярышня? — с показным участием спросил Виктор, подходя ближе.
— Пошли вон, уроды! — прошипела девушка, которую едва не выворачивало от жидкого огня, залившего вены и кровеносные сосуды. — Вы всерьёз думаете, что ваши долбанутые выходки сойдут с рук?