Вик Разрушитель 12
Шрифт:
«Спустив с поводка» антимагию, я воздействовал ею напрямую на магическое ядро Дара Лукомского. Гасить полностью искру не собирался, а всего лишь блокировал энергетические каналы, питающие маной аурный контур. Это как крышку банки плотно прикрыть, чтобы оттуда дождевые черви не вылезли. Пусть себе копошатся во влажной земле, никому не докучают.
Виктор как-то нехорошо побледнел, потёр рукой в районе солнечного сплетения.
— Проблемы? — поинтересовался я. — Езжайте-ка, Виктор Павлович, домой. Вид у вас, прямо скажу, неприглядный. И подумайте над моими словами.
— Вали отсюда, Мамонов, — осторожно выдохнув из груди воздух, со злостью процедил Виктор. — Без тебя разберусь.
Я пожал плечами и покинул уютный салон «Сенатора». И тут же рядом со мной встали Влад и Никанор. Пока я беседовал с Лукомским, Петрович с «волкодавами» оттеснили свитских в сторону и о чём-то «мило» переговаривались с ними. Парни выглядели потерянными и не знали, как себя вести с крепкими бойцами. Не привыкли к такому, что молодой аристократ вместо дворянских детей, составляющих ему свиту, передвигается по городу с боевым крылом. Так не положено хотя бы по устоявшимся правилам.
— Всё в порядке? — на всякий случай спросил я, поглядев на невозмутимого Петровича.
— Так точно, Андрей Георгиевич, — Сыч вытянулся. — Проводим профилактические мероприятия с молодыми людьми. Они осознали свою ошибку и раскаиваются, что показали себя перед вашей невестой невежливыми хамами и грубиянами.
— Да, раскаиваемся, — закивали двое, а крепыш только засопел, раздувая ноздри.
— Один не раскаялся, — я пристально поглядел на него. — Это тебе шестом прилетело?
— Да Нина Васильевна их всех отделала, — усмехнулся Ваня Грищук, бдительно поглядывая на понурившихся дворянчиков.
— Поделом, — я пожал плечами, совершенно не сочувствуя парням. — Ладно, отпускайте их и езжайте домой. Эд, пришлёшь машину как обычно. Вася с Якимом остаются здесь.
— Понятно, — старший личник махнул рукой, и Никанор затрусил к «Фаэтону».
Я же направился к распахнутым воротам, возле которых маячил охранник лицея.
— Что у вас происходит? — спросил он, когда я поравнялся с ним. — Почему рядом с учебным заведением вооружённые люди?
— Всё в порядке, уважаемый, — я распахнул куртку, показывая пластиковый бейдж, прицепленный к пиджаку. — Приятели решили со мной встретиться, соскучились… Они уже уезжают.
— Я буду вынужден доложить господину директору, — предупредил охранник.
— Ваше право, — вежливо ответил я и заспешил в учебный корпус. Опаздывать на уроки накануне выпускных экзаменов совершенно не хотелось.
— Андрей, ты с ума сошёл — разборки возле лицея устраивать? — Арина откровенно сердилась, стоя возле окна со сложенными на груди руками. Ладно, хоть не кричала. — Дмитрий Сергеевич хотел уже полицию вызывать, но я отговорила. Придумала дурацкую историю, что ты проводишь внезапную тренировку своего боевого крыла.
— Надеюсь, директор поверил? — стараясь улыбкой сбить негативный настрой княжны Голицыной, я потянулся за очередным
— Благодаря твоему возросшему авторитету в лицее — поверил, — фыркнула девушка, постепенно успокаиваясь. — Как-никак, награда иностранного государства очень приятно утяжеляет личное портфолио. Да и победа над Берсерком уже занесена в анналы лицея «Чистые Пруды». Ребята из команды твою фотографию в галерею самых лучших пилотов нашего учебного заведения вклеили. Мало что не молятся на неё.
— Да я не собирался никого обижать, — всё же счёл нужным пояснить я, поглядев при этом на Нину. Та была довольна тем фактом, что избранник защищает её, невзирая на риск получить выговор от Разумовского. — Всего лишь показал намерения и попросил Лукомского извиниться перед Ниной.
Лида и Арина уже знали о произошедшем, и в душе поддерживали моё решение наказать наглого княжича. В конце концов, никаких последствий после спектакля, разыгранного мною, не последовало. Разве что небольшой втык от Голицыной получил.
— Для профилактических мероприятий ты бы мог выбрать другое место, Андрей, — вздохнула она. — В коридорах шушукаются, гадают, что вообще происходит. Многие ведь не знают причину. Но у всех на языке только одно: Мамонов сцепился с Лукомским. Будет дуэль или не будет?
Я хмыкнул. Драться с Виктором не было никакой необходимости, но на всякий случай нужно быть готовым ко всяким неожиданностям. У княжича к вечеру полностью заблокируется Дар, а завтра наступит осознание какой-то катастрофы. Источник не сможет вернуть ему ощущение магии, а значит, послезавтра он прибежит ко мне. Вот только с какими намерениями? Убивать или умолять?
Девчатам я не сказал, что «пригасил» ядро Лукомского. Иначе рискую услышать о себе не самые лестные оценки. Понимал ли сам, какие последствия могут наступить? Атака на Дар Рода считается вмешательством в дела чужой семьи, что влечёт за собой объявление войны. Соразмерно ли наказание наглости княжича? Считаю, да. И смогу пояснить свою позицию даже императору.
Но мне срочно нужно разыскать тайное место, где молодой Лукомский проводит свои оргии с девочками, за которыми охотится на столичных улицах. Рахимбек и Куан рыщут по Москве уже вторые сутки, но пока безрезультатно. Нет зацепок. Но ещё есть надежда, что Виктор психанёт, когда ощутит неладное, и возьмётся за своё. Значит, нужно установить за ним слежку, чтобы взять на горячем, под запись. Вот тогда этот аргумент точно покроет все претензии Лукомских.
— Я всего лишь вежливо попросил Виктора извиниться перед Ниной, — прикончив пирожок, пока гонял мысли в голове, я вытер пальцы салфеткой. — В этом нет ничего предосудительного. Мою девушку лапают за разные места какие-то уроды, потом пытаются устроить аварию и наказать её, якобы, за дерзость.
Нина почему-то покраснела. Наверное, от упоминания «разных мест».
— Как я должен себя вести? Проглотить оскорбление? Нина предупредила его, что у неё есть жених. Какие ещё слова нужны? Нет, Лукомский почему-то подумал, что имеет право вмешиваться в наши отношения. Я не шкаф, который можно отодвинуть в сторону.