Вик Разрушитель 10
Шрифт:
1
Я обернулся, уже зная, кого увижу перед собой. И не сдержал восхищённый вздох. Тверская красотка сегодня блистала в длинном серебристом платье с пышными рукавами, спускавшимися оборками до локтей. Фигурный вырез закрытого лифа был украшен по краям бисерной вышивкой. Густые завитые волосы небрежно рассыпаны по плечам; изящные золотые серёжки с висюльками, на которые нанизаны бусинки бриллиантов, привлекали не меньше, чем утончённые черты лица Лизы. Но истинный ценитель прекрасного, несмотря на великолепие драгоценностей, всегда вернётся к созерцанию женской
Мой взгляд быстро скользнул вниз-вверх, мгновенно охватывая чудесную картину, воплощённую в гибкой фигуре княжны. На мгновение показалось, что её платье слегка просвечивает, показывая не только стройные длинные ноги — никакого модного разреза до бедра не нужно — но и нижнее белье княжны. Или воображение заиграло при виде красотки в облегающем одеянии?
Понимающая улыбка мелькнула на полноватых, подкрашенных тёмно-вишнёвой помадой, губах.
— Елизавета Владимировна, вы блистательны, — честно сказал я, целуя протянутую руку. — Говорю это от всего сердца.
— А как же ваши избранницы? — лукаво спросила Оболенская. — Увидев меня, сердце затрепетало, а взор затмила мечтательная поволока?
— Лучше моих избранниц никого нет, — честно признался я, с трудом сбрасывая с себя невидимую вуаль обольщения. У Лизы эта техника была невероятно сильной, не чета той, что демонстрировала загадочная девушка Татьяна. Сначала появилось такое ощущение, что с головой погрузился в воду, задержав дыхание. А потом приходит успокоение и желание поддаться чарам тверской красавицы. Начинаешь полной грудью вбирать в себя воздух, но вместо него внутрь вливается что-то другое, похожее на расплавленный свинец. — Хорошая попытка, Елизавета Владимировна. А теперь постарайтесь утихомирить буйство своего прельщения и мощного флирта.
Оболенская звонко рассмеялась, только вот в глубине её глаз мелькнуло разочарование пополам с досадой.
— Признаю поражение, — она присмотрелась к суете, происходящей вне зала, потом перевела взгляд в сторону танцпола, где отгремели последние звуки какой-то песни. И схватила меня за руку. — Мне нужно с тобой поговорить, Андрей. Это касается наших разработок. Отец прислушался к твоим словам, но возникли вопросы технического характера.
— Почему бы их не обсудить позже? — удивился я, но руку не сбрасывал, хотя чувствовал, что могу крепко на этом погореть. Если Лида заметит — мне хана, кирдык, крышка. Спящий вулкан проснётся и своим извержением уничтожит дворец, зальёт меня горячей магмой, похоронит под толстым слоем пепла. Или неделю разговаривать не будет.
— Потому что в ближайшие месяцы у нас не будет времени на поездки и развлечения, — пояснила Лиза, похлопав густыми ресницами. — Нужно довести «Атом» до ума. Ну и некоторые новые идеи воплотить в жизнь.
— Но чем я могу помочь? — пожимаю плечами. — У вас же головастые инженеры, пусть думают. Больше того, что я сказал на совместном обеде, вряд ли подскажу.
— А как бы изменилось твоё мнение, если бы ты узнал, что интегратор «Атома» может теперь работать с помощью магического резонатора?
— Что за зверь такой? — мне стало любопытно. — Я пропустил момент изменения
— Не напрягайся, — рассмеялась Лиза, прикасаясь к моему локтю. — Никто ничего не менял, а лишь изменил оболочку эмиттера, сделав его двухконтурным.
— То есть?
— Магической и рунической. Магия — внутренний двигатель, руны — внешняя защита.
— Я читал про стабилизацию.
— Это всё для отвлечения внимания, — легкомысленно, как мне показалось, махнула рукой девушка.
— Но про руны — правда? — я и так знал, что в словах Лизы нет лукавства. Молодец Гена, головастый он всё-таки мужик. Просчитал возможности изменённого эмиттера.
— Про руны — правда. Но я бы хотела услышать твоё мнение, насколько «Атом» готов стать ведущим бронекостюмом в армии.
— Тебе не кажется, что наш разговор не совсем подходит для момента? — я заметил, что с танцпола потянулись довольные гости. — К тому же Мстиславские на подходе.
— Я знаю комнату, где можно уединиться для разговора. Ты же видишь, невозможно остаться тет-а-тет. Как только образуется пара, сразу кто-нибудь норовить присоединиться, — Лиза улыбнулась. — Мне нужно-то всего десять минут, чтобы никто не отвлекал.
— Откуда тебе известно про такую комнату? — с подозрением спросил я.
— Я была здесь несколько раз, ещё девочкой, — рассмеялась княжна. — Дядя Кирилл частенько приглашал отца погостить, ну и меня за компанию брал. Я много закоулков исследовала вместе с Лёшкой. В подобных дворцах всегда есть комнатки для приватных бесед. И я уверена, что часть из них уже занята.
«Значит, она знакома с Алексеем», не показывая, какую досаду вызвали слова Лизы, подумал я. Выходит, Оболенские связаны с семейством Куракиных, пусть на дружеской основе, но всё равно неприятно.
— Так что? Идём?
— Подожди, — я засомневался. — Что такого мне неизвестно про «Атом», ради чего нужно уединяться?
Лиза наклонилась к моему уху и едва слышно прошептала, словно боялась быть услышанной снующими мимо нас гостями:
— Что ты знаешь про возможность генетической модификации эмиттера?
У меня сердце засбоило. Оболенские решили обойти запреты на модификацию магического ядра? А зачем они вовлекают меня в свои игры? Ищут серьёзного и верного союзника — раз. Хотят подставить каким-то изощрённым образом, чтобы обрушить репутацию альянса — два?
— А где твой кавалер? — равнодушно спросил я. — Или ты без княжича Серебряного приехала?
— Да он с кем-то там языком зацепился, — махнула рукой Лиза. — Ну же, Андрей! Или боишься скомпрометировать себя наедине со мной? Обещаю, приставать не буду!
Вроде бы ментального воздействия нет, амулет пока ровно греет, не приносит дискомфорта. Ладно, сходим. То, что мне шепнула Оболенская, это очень серьёзная причина послушать. Даже если не всё расскажет, я могу вычленить главную идею. Вряд ли княжну допускают до самых серьёзных технологических тайн. Как ни крути, девушка — слабое звено в системе безопасности. А ещё способ давления на родственников. Выкрадут, начнут пытать, и она долго не продержится, начнёт выкладывать конкурентам интересные подробности.