Шрифт:
Войцех Мазярский
ВИХРЬ
– Итак, господа, - произнес полковник, - ситуация вынуждает нас предпринять решительные шаги. Вы прекрасно знаете, что положение ухудшается с каждым днем. Если так пойдет дальше, через год мы уже не сможем обеспечить Город энергией.
Через открытое окно в зал проникал шум улицы. Послеполуденное солнце еще ощутимо грело, и его косые лучи падали на потные лица нескольких мужчин. Капитан Янг откинулся назад и выглянул наружу. Город жил своей жизнью, на тротуарах между разноцветными стенами копошились толпы прохожих, по дороге лился поток автомобилей и конных экипажей. На углу улицы двое полицейских живо
Среди автомобилей гордо блестела солидная повозка. "Наверное, давно ожидаемый посол Римской Империи", - подумал Янг. Напротив, под стеклянной стеной дома, устроился инвалид в мундире французской армии времен первой мировой войны и с воодушевлением рассказывал что-то собравшимся вокруг него людям. Он зарабатывал на жизнь военными историями. Янг повернулся и перевел взгляд на мужчин, сидевших в зале.
– Лекарства кончаются, - продолжал полковник.
– Мастерские не справляются с ремонтом изношенных механизмов, а производство новых, как вам известно, почти невозможно.
– Что случилось со стариком?
– шепотом обратился к Янгу сидящий рядом полицейский офицер.
– Он всегда всех успокаивал, говорил "как-нибудь обойдется"... и вдруг такой пессимизм.
– Наверное, происходит что-то нехорошее, - Янг наклонился к собеседнику.
– Кажется, мусульмане планируют большой поход против неверных... А Даладье шлет их Парижа жалобные просьбы о помощи, потому что викинги опустошают Бретань.
– Я считаю, необходимо срочно предпринять шаги, которые обеспечат нашему Городу безопасное развитие, - продолжал начальник.
– Вы знаете, что в сложившейся ситуации наше существование полностью зависит от престижа и славы, которыми пользуется наш центр. Если Город ослабнет - конец торговле и дипломатическим отношениям. Не стоит объяснять, чем это чревато. Руководство решило ввести в действие программу развития. Начнем с поиска метеллических руд и новых источников энергии. Завтра высылаем авиационную разведку. Самолет стартует на рассвете и будет лететь пять часов в северном направлении непрерывно фотографируя территорию. На нем установят детектор металлов. Дальнейшие шаги мы обсудим после обработки результатов. Капитан Янг, вы примете руководство, хорошо?
Конечно, опять он. Дикари атакуют город - капитан Янг, разберитесь. Гунны угрожают войной - капитан Янг, отправляйтесь на переговоры. Недалеко от города видели динозавра - капитан Янг, проверьте. А кто я им, - в глубине души обижался он, - мальчик на побегушках?! Супермен? А почему не поднимет задницу этот гражданский свистун? Или тот жирный полицейский?... Чаша переполнилась. Еще немного и дети начнут выпрашивать у него автографы, а ему хочется пожить спокойно. Потом, наперекор собственным мыслям, он кивнул головой.
– Хорошо, господа, конец совещания.
***
Капитан Янг вышел на улицу и огляделся в поисках тихого бара с климатизацией. Взгляд остановился на стекляной двери "Звездочки", за которой виднелась уютная обстановка. Быстрым шагом он вошел внутрь и кивком подозвал официанта:
– Виски со льдом!
– Мне очень жаль, но виски кончился.
– сказал кельнер показывая на бутылки рома.
– Ладно, - вздохнул капитан.
Официант принес рюмку и хотел уйти, но Янг остановил его.
– А когда и это кончится?
– Не знаю... Или закроем заведение или... перейдем на алкоголь дикарей. Правда, желающих наверное будет не много. Кажется, их женщины жуют какие-то листья или зерно, потом выплевывают и эта масса ферментируется. Вы бы такое пили?
– Откуда мне знать? Не беспокойтесь, мы завязали отношения с Римом, они делают хорошее вино.
– Лишь бы продавали. Рим...
– задумчиво сказал кельнер, - туда отправилась моя жена. Три года назад, в отпуск. А я остался здесь. Потом пришел Вихрь, а дальше сами знаете.
Капитан задумался. С тех пор прошло три года, а он никак не мог привыкнуть. Он был одним из первых, кто заметил действие Вихря. Он ехал в машине к друзьям, живущим за городом. Было раннее утро, автострада терялась в белых лучах восходящего солнца, ничто не предвещало катастрофы. Никакого грома, землетрясений, зарев пожаров. Ничего. Только тишина, пение птиц и шум ветра. И все же... В том месте, где шоссе обрывалось, переходя в пустынную степь, он вышел из машины, чтобы протереть глаза. Он еще не верил. Ему казалось, что спросонья его подводит зрение. Сомнения развеяла только стрела с каменным наконечником, просвистевшая над головой и разбившая ветровое стекло.
Он быстро допил ром, бросил на стол пару мелких монет и вышел. Надо было хорошо выспаться, завтра предстоял тяжелый день. Не первый в этом сумасшедшем мире. И, кажется, не последний.
***
Самолет летел над землями первобытных людей. Машина, ведомая уверенной рукой пилота, беспрепятственно поглощала километры. Пять минут назад связь с базой неожиданно прервалась. В ушах Янга еще звучали последние слова полковника прерываемые треском: "Держитесь, ребята, и возвращайтесь до захода".
Третий член экипажа, пожилой геолог, спокойно нажимал клавиши электронного аппарата и проффесионально наблюдал за зеленоватым экраном детектора.
– Ну и что?
– спросил капитан.
– Ничего. Ни следа железа.
Артур пожал плечами, отключил наушники и задремал.
Разбудил его звук рвущегося металла. Он хотел выпрыгнуть из кресла, но оказалось, это уже сделано. Он летел кувыркаясь и ударяясь о тонкую обшивку самолета. На долю секунды он увидел искаженное страхом лицо геолога и кружащиеся контуры кабины. В следующее мгновение он заметил металлический ящик, со скоростью снаряда приближающийся к его голове. Больше он ничего не видел.
***
Проснувшись, он осознал, что лежит на окровавленном теле коллеги. Над ним высился хвост самолета, через огромную дыру в обшивке светило солнце. Он пошевелился, неуверенным движением оперся о стенку кабины пилота, которая по неизвестной причине оказалась под ним, и поднялся. Голова работала плохо. Попытка собраться с мыслями не удалась - мешал непрерывный шум в голове. В полумраке он ощупал тело коллеги. Добравшись до головы он уже знал, что помощь не понадобится. Затем открыл люк, ведущий в кабину пилота, но даже не стал спускаться туда, только посмотрел вниз и медленно отпустил дверь. Что он делал дальше, вспоминалось с трудом. Перед глазами плыли красные пятна и обрывки образов. Карабканье по стене машины... дыра в помятой обшивке... острые края металла...