Victory значит победа
Шрифт:
– Бедная девочка, - прошептала мама, чтобы ненароком не разбудить ее, - ей столько пришлось пережить… Пусть она спит здесь, на диване, не нужно беспокоить.
Никто не стал против этого возражать.
– А остальных можно разместить в спальнях Лили и Петуньи.
– Она с долей сомнения оглядела нас.
– Вас правда многовато… Но ничего, справимся как-нибудь.
– Я останусь здесь, миссис Эванс, - твердо сказал Сириус постарше.
– А девушки действительно пусть отдохнут. Да и остальным не мешало
– Нет-нет, - быстро сказал Гарри, - я спать не хочу. Лучше с тобой побуду.
– А почему не со мной?
– вскинулся Джеймс.
– Я же твой… отец. А Сириус кто?
– А Сириус мой крестный, - улыбнулся Гарри.
– А что - хорошая идея, - шутливо потер ладони Сириус помладше.
– Это что, по-твоему - крестный главнее родного отца?
– не отставал Джеймс.
– Ого, Сохатый, ты уже и ревнуешь, что ли?
– Посмотрю на твою реакцию, когда у тебя появятся свои отпрыски… - пробурчал в сторону он.
Я чуть не поперхнулась. Меня кто-то легонько похлопал по спине. Я обернулась. Сириус.
– Спасибо, - прошептала тихонько.
– Пожалуйста, - чуть заметно усмехнулся он. И только непонятно чему.
– Ну, хорошо, - вмешалась мама, тоже с улыбкой слушавшая разговор Гарри и его будущих родственников.
– Дейзи, пойдем покажу комнату… Впрочем, ты и так знаешь, где находится комната Лили.
– Я, конечно, благоразумно промолчала.
– Но я все равно провожу…
Я без возражений последовала за ней, чувствуя, что во всем теле уже не осталось никаких сил. Проходя мимо Паркинсон, выглядящей так, словно целую неделю провела без сна, мама приостановилась.
– А как же вы, мисс? Не будете же стоять до утра…
Слизеринка вяло посмотрела на нее.
– Идемте с нами, - мягко предложила мама.
– Сон - лучшее лекарство, а оно вам, похоже, очень необходимо.
– Послушай хоть раз умного человека, - посоветовала я, когда Пэнси встретилась со мной глазами.
Она равнодушно пожала плечами и в конце концов отошла от стены. Поднявшись на второй этаж, мама подвела нас к первой от лестницы двери. Щелкнул выключатель, и темноту комнаты разогнал вспыхнувший свет.
– Ну вот, располагайтесь здесь. Уверена, Лили была бы не против.
– Мама порывисто провела по моим растрепанным волосам рукой.
– Дейзи… Вот уж не думала, что нам выпадет возможность увидеть тебя в будущем.
– Но увидели же… - Я быстро смахнула с ресниц готовые упасть слезинки.
– Но больше всего повезло мне…
Паркинсон, не дожидаясь меня, проскользнула в комнату. Прошла по ней и замерла перед небольшой кушеткой с наброшенным на ней пледом.
– Спокойной ночи, девочка моя. Выспись как следует.
– Спокойной ночи, мамочка…
Когда мама спустилась, я услышала позади какой-то приглушенный звук. Закрыла дверь и лишь затем
– Тебе плохо?
– А если да, то что?..
– послышалось спустя несколько секунд.
– Ничего. Утешать я тебя не собираюсь, сама во всем виновата.
– Я знаю… - как-то жалобно всхлипнула девушка и затихла.
Занятая сейчас мыслями о родителях, а не о Паркинсон, у которой вдруг проснулась совесть, я выключила свет и опустилась на кровать, стоявшую к противоположной стены. Спальня Лили, моей старшей сестры. Надо же… Я провела ладонью по идеально ровному покрывалу, словно бы желая навсегда запомнить то, что меня окружало в этом доме, и легла почти на самом краю кровати. Глаза закрылись тут же, как только голова коснулась подушки.
– Спокойной ночи, Пэнси…
И сон утянул меня в свои глубины мгновенно.
Проснулась я с ощущением необычайной легкости. За окном было все еще темно, но чувствовалось приближение утра. Никогда так вроде бы я еще не высыпалась. Потрогала ноющую после вчерашнего удара макушку и синяк на плече. Ничего страшного, к вечеру, думаю, все пройдет. А вечером мы, наверное, уже будем в своем времени… Оживление, которое появилось в первые минуты пробуждения, сменилось грустью. Ведь у меня больше никогда не будет возможности увидеть родителей. И Лили с Джеймсом. Только-только узнав их всех поближе, так скоро потерять.
Паркинсон, прикорнувшая на кушетке, что-то невнятно проговорила во сне. Я посмотрела на нее и встала. Зачем терять драгоценное время на сон, когда можно подольше побыть вместе с мамой и папой… Добралась я до лестницы, погруженную в непроглядную темноту, почти на ощупь. Зажигать Люмос почему-то не хотелось, несмотря на то, что пару раз все-таки споткнулась, еле удержав равновесие. В конце концов спустившись в холл, который казался еще темнее, чем было на лестнице, я замерла, прислушиваясь. А вдруг все спят, и мое хождение по дому - впустую? Хотя это вряд ли, Сириус-то точно не спит, как и Гарри, наверное. Вот к ним и пойду.
Однако вместо того, чтобы свернуть в тускло освещенную гостиную, я зачем-то оглянулась. В помещении напротив таилась тьма, но мне показалось, что там кто-то есть. В предутренней тишине, наполняющей дом, послышался едва различимый звук. Я напрягла слух и вскоре уловила голос, вернее, два голоса. Вероятно, кто-то захотел, чтобы разговор прошел без свидетелей. Или, может быть, просто так совпало. На цыпочках я приблизилась к приоткрытой двери. Кому принадлежат голоса, я узнала только тогда, когда задержала дыхание. На кухне, а я отчего-то была уверена, что это кухня, обнаружились моя мама и Сириус. И чего они там делают?