Victory значит победа
Шрифт:
– Эффект бабочки, - ответил тот.
– Только это Вики говорила.
– Люблю фантастику, - пожала я плечами, когда Дамблдор с одобрением кивнул.
– И что вы предлагаете, профессор?
– спросил Сириус, сжав мою руку.
– Я, конечно могу потерпеть мисс Паркинсон, - он глянул на нее так, что она еще больше впечаталась спиной в стену, - но вот вряд ли - находиться с ней в одном помещении. Думаю, остальные меня поддержат.
– Это точно!
– поддакнул Рон.
– Как вспомню, что по ее вине нам пришлось
Он демонстративно сжал кулак и показал Паркинсон.
– Я предлагаю вам остаться в Хогвартсе, хотя с этим тоже возникают определенные трудности. Я имею в виду людей, которые здесь живут.
Дамблдор повернулся к Сириусу.
– В первую очередь, это касается вас, мистер Блэк. Впрочем, и этого молодого человека тоже.
– Внимательный взгляд на Гарри.
– Вероятно, я не ошибусь, если скажу, что ваша фамилия Поттер?
Гарри слегка улыбнулся и одновременно чуть заметно напрягся.
– Да, - согласился он, - Поттер. Меня зовут Гарри Поттер. Я…
– Вы, наверное, уже поняли, - сказал Сириус, его лицо смягчилось, - что он неспроста похож на Джеймса.
– Он просто вылитый Джеймс, - подтвердила профессор Макгонагалл.
– Вы его сын, Гарри? Другого объяснения я не нахожу.
– Совершенно верно. Джеймс Поттер - мой отец, а мама…
– Неужели Лили Эванс?
– улыбнулась она, в ее улыбке промелькнуло несвойственное ей лукавство.
– То есть в будущем Поттер? Ведь, насколько мне известно, Джеймс и Лили недавно вместе…
Я от неожиданности едва не вскрикнула, когда Сириус невольно стиснул мою ладонь. Он побледнел, и взгляд его, обращенный на декана Гриффиндора, словно остекленел. Она не могла этого не заметить.
– Сириус, что-то слу…
– Ничего, - резко сказал он, отвернувшись.
На миг кабинет наполнился напряженным молчанием. Лишь слышался какой-то шорох: это в своих рамах двигались портреты директоров, прислушиваясь к нашему разговору.
– Простите, - вздохнул Сириус, проводя рукой по лицу.
– Последние дни были очень тяжелыми, а теперь еще и это… Нервы не выдерживают.
– Не жизнь, а сплошная катастрофа… - пробормотала я, осторожно высвобождая свою руку и шевеля побаливавшими пальцами.
– Наверное, надо дать вам отдохнуть, - сказал Дамблдор.
– Устроитесь в комнатах, которые будут в вашем распоряжении во время пребывания вас в Хогвартсе. Минерва, у нас, кажется, есть свободные спальни? Желательно на одном этаже…
– Да, есть три такие, - кивнула она, даже не задумавшись.
– На третьем этаже, правда, одна из них немного удалена от других.
– Нам это не столь важно, - сказал Сириус признательно.
– Главное, чтобы было куда возвращаться.
– Тогда договорились, сейчас вас проводят, вы отдохнете, а потом продолжим разговор.
Все потянулись к выходу. А Гарри вдруг остановился и спросил:
– А она что, тоже с
Я вместе с остальными посмотрела на Паркинсон, на которую он показывал.
– Мистер Поттер, так будет лучше всего, я же вам объяснял. Вы можете не общаться, но разделяться все же нежелательно.
– Но я тоже не хочу находиться рядом с ними!
– выпалила Паркинсон, с враждебностью кривя губы.
– Почему я должна селиться вместе с ними? Дайте мне отдельную комнату.
– Ишь чего захотела, - фыркнул Рон, подтолкнув к двери Гермиону.
– Пойдемте, чего ее слушать.
– А правда, если на выбор три комнаты, то кому-то из нас придется делиться с ней спальней, - сказал Гарри, - а скорее всего Вики и Гермионе. Я не думаю, что они на это согласятся.
– Мне, если честно, все равно, - спокойно сказала я.
– Ничего со мной не случится, если буду ночевать под одной крышей с Паркинсон. К тому же, за ней глаз да глаз нужен, мало ли что.
– Я согласна с Вики, - внезапно произнесла Гермиона.
– Паркинсон нельзя отпускать далеко одну, она способна на все, и кто знает, что еще может задумать.
– Возможно, вы и правы. Но…
Гарри махнул рукой и вышел из кабинета.
– Эй!
– крикнула Паркинсон, когда ее заставили со всеми спуститься вниз.
– Я лучше в совятню пойду, чем буду жить с ними!
– А что, это идея, - обернулся к ней Рон.
– Ты туда замечательно впишешься. Курица и совы - картина маслом.
С стороны Гарри раздался смешок. Несмотря на тревожное чувство, которое словно впиталось в меня надолго, я улыбнулась. Сириус, шедший рядом, был серьезен и, казалось, думал совсем о другом. Улыбка стерлась с моих губ.
“Сириус, прости меня… Я такая невезучая…”
Он повернул ко мне голову. В его глазах читалась грусть.
“Мне не за что тебя прощать, Виктория. Это я должен просить у тебя прощения.”
“За что?” - спросила я, хотя и догадывалась о ходе его мыслей.
“За то, что повел себя как последняя скотина! За то, что не выслушал тебя прошлым вечером… Возможно, ничего бы этого не было, если бы я…”
Я коснулась его руки.
“Поговорим об этом наедине, ладно? И давай сделаем так, чтобы Гарри ничего не узнал. Я не хочу его еще больше расстраивать.”
Мы шли за профессором Макгонагалл по безлюдным коридорам, и больше никто не попадался нам по пути. Все школьники, вероятно, собрались в Большом зале. Сейчас подошло время завтрака, а потом должны начаться занятия, если Рождественские каникулы, конечно, уже закончились. Я подумала о том, до чего же странно: один Сириус сидит за Гриффиндорским столом и, возможно, беспечно разговаривает со своими друзьями, а другой, взрослый, идет рядом со мной и тоже, может быть, думает о них. О Джеймсе, Ремуса, Питере Петтигрю и Лили. И о том, что, если захочет, то сможет увидеть их всех в любую минуту.