Victory значит победа
Шрифт:
– Если они тебя очень любят, то не рассказали бы, - твердо сказал Сириус.
– Зачем говорить о том, что вызвало бы у тебя шок? Наверняка из-за него ты и не помнишь.
– Не знаю… Это очень странно…
После завтрака, на который их позвала Флер, когда Вика и Сириус спустились вниз, мужчина вновь засобирался на поиски Гарри, Гермионы и Рона.
– Загляну на Гриммолд-плейс, - сказал он.
– Будь осторожен, - на прощание прошептала девушка и, не смущаясь находившихся с ними же возле входной двери Билла и Флер, обняла его. Теперь
Вика проводила Сириуса печальным взглядом. За ним закрылась дверь, отрезая ее от него. Теперь она поняла, что для него значит свобода.
Несколько часов она слонялась по дому, не зная чем заняться. Чтобы хоть немного успокоиться, смотрела на видимое из окна комнаты бурное море. Она всегда мечтала побывать на морском побережье, но все как-то не удавалось. Вика обожала океаны, весь этот водный простор, а тут выдалась такая возможность насладиться великолепным видом бушующего под утесом моря. Кидающиеся ожесточенно на огромные камни волны, гонимые ветром, гипнотизировали ее немигающий взгляд.
На кухне, куда Вика забрела с поводом попить воды, ее задержала Флер, готовившая обед.
– Виктори, не хочешь поговорить?
– Поговорить?
– переспросила Вика, останавливаясь.
– О чем?
– О чем угодно. Просто ты такая грустная ходишь.
А с чего ей, интересно, веселой быть?
– Не знаю, Флер, я не очень умею поддерживать непринужденную беседу.
– Да ты садись, - француженка, откинув изящным жестом светлые волосы, показала на стул возле стола.
– Может, найдем общий язык.
– Английский?
– предположила Вика, присаживаясь. Она ничего не имела против говорливой блондинки. А так, может, отвлечется от нерадостных мыслей.
– Хотя бы.
– Флер приняла таинственный вид и подалась вперед через стол.
– Скажи, вы давно встречаетесь?
Вот в чем дело, ей просто хочется потрепаться, а Вика оказалась под рукой.
– Эм… Флер, не думаю, что это подходящая тема… И почему ты решила, что мы встречаемся?
Уж спрашивать о ком идет речь Вика не стала, и так было яснее ясного.
– Это заметно, - со знающим видом сказала Флер.
– Невооруженным глазом.
Вика молча пожала плечами. Заметно так заметно. Кому от этого хуже?
– Если бы ты сказала, что вы друзья, я бы ни за что не поверила, - продолжала Флер, что-то размешивая в маленькой кастрюльке.
– Почему?
– Потому, что между мужчиной и женщиной дружбы в обычном смысле этого слова не бывает.
Ну да, это высказывание старо как мир. Но исключения никто не отменял.
– Только не говори про исключения.
– Ты что, мои мысли читаешь?
– удивилась Вика.
– У тебя это на лице было написано, - рассмеялась Флер звонким, как серебряный колокольчик, смехом.
Неожиданно Вике вспомнился сон с красивой девушкой, вернее, ее смех. Почему-то ей захотелось услышать его еще раз.
Флер подошла к шкафу и достала оттуда миску. Вика бросила
– Это для Билла, - заметив Викино движение, объяснила Флер.
– Он теперь без мяса не может обойтись, особенно в полнолуние.
– Почему в полнолуние?..
– машинально начала Вика и осеклась.
Тут Флер тоже запнулась, осознав, что разговаривает отнюдь не с близкой подружкой. Они с Викой несколько секунд молча смотрели друг другу в глаза.
– Я… Извини, Флер, - пробормотала Виктория, поднимаясь.
– Я не собираюсь влезать в чужие дела…
– Нет, подожди, Виктори, - неожиданно жестко сказала Флер.
– Билл значит для меня все, а мнения других людей - ничего. Но ты пока находишься в моем доме, в нашем с Биллом доме. Мне не хочется, чтобы ты думала о нем неправильно.
– А почему я должна думать о нем неправильно, Флер?
– удивилась искренне Вика.
– Из-за того, что, вероятно, он не такой, как все?
– Билл не оборотень, как ты, наверное, подумала, - мягче сказала блондинка.
– Но после укуса оборотня у него появились… некоторые потребности. Вот Ремусу приходится действительно несладко…
Увидев на Викином лице выражение крайнего потрясения, она вновь замерла.
– Ты и про Ремуса ничего не знаешь?
– наконец сказала она.
Рыжеволосая девушка покачала головой. Ремус - оборотень? Не зря она узнала об этом спустя столько времени, да и то, случайно. Она бы тоже вряд ли распространялась о своей второй сущности направо и налево, будь она такой же, как он…
“А ведь я была на волосок от подобной судьбы”, - подумала Вика, вспомнив трех оборотней на лесной поляне, и ощутила, как задрожали ее колени.
Она опустилась на стул. Флер напряженно смотрела на нее.
– Виктори…
– Все в порядке, Флер, просто я кое-что вспомнила… А про Ремуса я скажу то же самое, что и про Билла: мое мнение о нем остается неизменным.
Флер не успела что-либо ответить, в дверь постучали, но на ее лице промелькнуло облегчение. Мимо кухни прошел Билл. Вика прислушалась. Снаружи прозвучал голос Сириуса, ответивший на какой-то заданный Биллом вопрос. Что-то вроде пароля, наделяющего визитера правом войти в дом.
Чуть позже оказалось, что Сириус прибыл не один. Вслед за ним на кухню прошел усталый, можно сказать, изможденный Ремус Люпин. Но при виде поднявшихся им навстречу Вики и Флер на его губах появилась искренняя улыбка. Ни единой фальшивой нотки не проскользнуло в Викином голосе и движениях, когда она обменялась с ним приветствием. Ремус приобнял девушку за плечи. Потом Сириус притянул ее к себе.
– Ну что, есть какие-нибудь новости?
– спросил Билл.
– О Роне, Гарри и Гермионе?