Victory значит победа
Шрифт:
Гарри толкнул дверь и вошел в залитую утренним пасмурным светом палату на два места. На одной из кроватей лежал мужчина, ничуть не отличающийся цветом лица от белой простыни. Он приковал к себе горящий взгляд зеленых глаз. Сириус. Живой. Осуществилась его, казавшаяся несбыточной, мечта. Теперь нужно горячо молиться, чтобы он пришел в себя. Глядя на бледное лицо крестного, Гарри почувствовал приступ раскаяния. Ведь это из-за него Сириус провел за Аркой больше года. Ну и, конечно, из-за проклятого Снейпа…
– Не вини себя, особенно теперь. Сириус с нами. Все те воспоминания уже позади, - тихо сказала ему подошедшая Гермиона, правильно истолковавшая вздох Гарри.
– Как хорошо, что он жив, - прошептала Тонкс, прижавшись к плечу Ремуса.
– Он столько всего перенес…
Мужчина погладил ее руку, абсолютно согласный с ней.
Вернувшийся целитель, которого звали Джейсон Перри, попросил всех выйти из палаты. Решительно воспротивившемуся Гарри, который позабыл обо всем, кроме крестного, разрешено было остаться.
========== Глава 7. Прошлая любовь С. Б. ==========
Утро сменил день, прохладный и дождливый. На улице редкие прохожие с зонтами в руках мечтали поскорее добраться до места их прибытия. А пятеро человек, ожидающие пробуждения Сириуса Блэка в Больнице Св. Мунго, никуда не спешили. Рон гадал, что было с Сириусом по ту сторону Арки забвения.
– Интересно, что там находится? И вспомнит ли Сириус об этом?
– Спросишь его, когда он очнется, - сказала Гермиона, которую немного утомило мельтешение Рона, ходившего туда-сюда.
– Меня интересует, почему он освободился от власти Арки. Ведь оттуда еще никто не возвращался.
– Да, тайну отгадывали многие люди в странах, где есть Арка, - присоединился к разговору Ремус.
– Одни предполагали, что человека, попавшего туда можно вызвать, если он оказался по другую сторону не по своей воле, другие - что люди, шагнув за вуаль, обретают новое значение своей жизни и забывают о прошлом. Но это всего лишь предположения. Оттуда, как ты правильно сказала, Гермиона, не возвращался никто.
– За исключением Сириуса, - вставила Тонкс, сидящая на скамье перед палатой.
Тут все услышали дробный цокот каблуков, приближающийся к ним. Через секунду в коридоре показалась стройная молодая женщина лет тридцати в темно-синей мантии. При ее виде глаза Ремуса расширились от недоверчивого изумления. Тонкс подозрительно уставилась на него, заметив, как изменилось его лицо.
– Ты ее знаешь?
Ремус кивнул, следя за разглядывавшей палатные двери женщиной.
– Кто это?
– негромко спросил Рон, которому пришлось по душе ее холеное лицо с серо-зелеными глазами и обрамлявшими их густыми темными ресницами.
Однако мужчина не успел
– Извините. Вы не подскажите, где..?
Женщина, посмотрев на Ремуса, ахнула.
– Ремус? Ты?
– Здравствуй, Кэтрин.
Тонкс не была ревнивой особой, но глядя, как эта ведьмочка источает ее мужу радостную улыбку, она ощутила к ней неприязнь. Ремус же, казалось, напротив, был не рад встрече, изумлен, но не рад встрече.
– Сколько лет прошло, - нараспев сказала Кэтрин, ее светлые глаза блеснули.
– Шестнадцать. А ты, по-моему, ничуть не изменилась.
– А ты, похоже, изменился. Где твоя вежливость, Ремус, почему ты не знакомишь меня со своими… друзьями?
– Она пытливо оглядела Тонкс, Гермиону и Рона.
Ремус, помолчав, всех представил.
– Зачем ты здесь, Кэтрин?
– спросил он.
– А мне кажется, ты уже понял, - серьезно ответила она, глядя ему в глаза.
Синеволосая Тонкс поднялась со скамьи и встала рядом с Ремусом.
– Откуда ты узнала? О нем?
– поинтересовался он.
– Моя мама сказала, она работает в Министерстве.
– Кэтрин перевела взгляд на Тонкс.
– Ты же племянница Сириуса? Нимфадора?
Девушка открыла было рот, но Ремус опередил ее.
– Ей не нравится, когда ее так называют. Просто Тонкс.
Гермиона и Рон, не участвующие в разговоре, с любопытством наблюдали за развитием событий.
– Ах да… - хмыкнула Кэтрин.
– Сириус мне как-то говорил об этом.
– Вы его знаете?
– спросила Тонкс, немного успокоившись: на Ремуса эта женщина явно не претендовала.
– Да, конечно. Я была его невестой.
В коридоре наступила тишина. Рон переглянулся с Гермионой, одними губами произнеся: “Невеста Сириуса?”
– Меня удивляет, что ты появилась здесь спустя столько лет, - сказал Ремус.
– Меня не было в Великобритании. Я уехала тогда… - В голосе Кэтрин появилась какая-то неровность.
– После того, как…
– …Сириуса посадили в Азкабан, - закончил Люпин.
Гермиона заерзала на скамье, ей было неудобно слышать не предназначенный для ее ушей разговор.
– Ты меня винишь в этом? В том, что я…
– Я не вправе. Ведь я и сам считал его виновным…
На усталое лицо Ремуса легла тень печали о днях шестнадцатилетней давности.
– Я хочу его увидеть, - решительно сказала Кэтрин.
– В какой он палате?
– К нему нельзя, - подала голос Гермиона.
– И, вообще, Сириус пока не пришел в себя.
Странно, она совсем не знала эту женщину, и все же что-то ей не нравилось в Кэтрин. Была в ней какая-то фальшь.
– Хорошо, я подожду, - посмотрев на нее, сказала бывшая невеста Сириуса и присела на скамью.