Victory значит победа
Шрифт:
– Ты поэтому не ходишь на Зельеварение? Или, может, Блэк отговорил тебя?
Снейп приблизился к скорчившейся на подоконнике Вике и лишь теперь понял, что с ней что-то не так.
– Что с тобой?
– несколько другим тоном спросил он, избегая называть ее по имени.
Вика крепче сжала ладонями виски, тоже избегая отвечать ему, не из осторожности, а вследствие боли, терзающей, пульсирующей, невыносимой…
– Ничего… - кое-как выдавила она, страстно желая, чтобы Снейп ушел.
Он протянул руку, и в эту секунду из-за угла стремительно
– А ну отойди от нее!
– рявкнул Сириус, направив на Снейпа палочку.
Вика вздрогнула, в голову словно воткнули железный прут, и она не сдержала стона.
– О господи, моя голова…
Снейп с непроницаемым лицом шагнул назад.
– Не ори, Блэк, - с отвращением сказал он, но в сторону все же отступил.
– Убирайся, Снейп!
– не обращая внимания на его тон, процедил Сириус, быстро преодолев расстояние до окна.
– Немедленно! Чтоб я тебя здесь не видел. Виктория, что с тобой?
– уже на порядок тише спросил он, с беспокойством глядя на сжавшуюся девушку.
– Тебе плохо? Это он что-то тебе сделал?
Его голос доносился до Вики как будто издалека, увязая в тумане, окутавшем ее сознание.
– Думай, что говоришь, Блэк… - также невнятно сказал голос Снейпа, похоже, не спешившего выполнять приказ Сириуса.
– Или у тебя вдруг мозги заклинило…
На лоб Вики опустилась прохладная ладонь, принеся ей секундное облегчение.
– Ты вся горишь! Я отнесу тебя к мадам Помфри.
Вика вяло запротестовала, когда почувствовала, что ее отрывают от подоконника и поднимают вверх.
– Я сама… - еле слышно сказала она, делая слабую попытку увернуться от рук.
– Это вряд ли, ты чуть в обморок не падаешь.
Ее понесли по коридору в направлении лестницы. Викино лицо было прижато к прохладной ткани, от которой веяло уличной свежестью. Вдохнув очередной раз запах осеннего дождя, она на какое-то время погрузилась в темноту забытья.
Очнулась она уже лежа на постели. Голова по-прежнему раскалывалась от боли. Тошнота вернулась, когда она открыла глаза, и по ним ярко резанул свет круглых ламп на потолке. Но его тут же перекрыла чья-то фигура, склонившаяся над Викой.
– Мисс Новак! Как вы себя чувствуете?
Она что-то неразборчиво пробормотала, поднимая руки к голове.
– Виктория, ты можешь сказать, что у тебя болит?
– откуда-то сбоку послышался голос Сириуса.
– М-м… Голова… ужасно…
– Что? Повтори, пожалуйста, по-английски.
– Голова болит…
Фигура над ней исчезла, но через несколько секунд появилась вновь. К Викиным губам прикоснулось что-то холодное.
– Выпейте, мисс Новак, - приказал женский голос.
Она приподнялась на одном локте, другой рукой дотронувшись до металлического сосуда, который держала у ее губ женская рука. Вика глотнула горьковатой жидкости. Тошнота поднялась волной и внезапно отошла на задний план. С каждым глотком боль уменьшалась.
– Температура не спала.
Послышался звук открываемой двери, и твердые шаги по каменному полу.
– Что случилось, Сириус?
– раздался рядом с Викой обеспокоенный голос профессора Макгонагалл.
– Что с Викторией?
– Ей стало плохо так, что она потеряла сознание. Я нашел ее в коридоре, там был и Снейп.
– Ярость была отчетливо слышна в голосе Сириуса.
– Северус? Сириус, как бы ты не относился к нему, Северус ни в коем случае…
– Да этот слизняк мог отыскать какую-нибудь лазейку, и…
– Сириус! Не мог бы ты обойтись без оскорблений?
– Это не он… - почти прошептала Вика, вмешиваясь в разговор, грозящий перейти в спор.
– Это не Северус Снейп.
Она открыла глаза. На нее смотрели Сириус, профессор Макгонагалл и пожилая женщина в накрахмаленном белом переднике поверх коричневого платья и чепце. Она была похожа на какую-нибудь сестру милосердия.
– Так почему вам стало плохо, мисс Новак?
– спросила женщина, которая, очевидно, и была мадам Помфри.
– Мне нужно знать причину.
– У меня сильно болела голова… Боль началась где-то полчаса назад или больше.
– Она заболела только сегодня или были до этого еще приступы?
– Да… Кажется, боль появилась дня два назад…
– Поппи?
– профессор Макгонагалл посмотрела на мадам Помфри.
– Что скажешь? Это серьезно?
– Ну, я могу лишь предположить, что боль была вызвана вследствие сильного нервного перенапряжения. Вы испытывали в последнее время стресс, мисс Новак?
Прежде чем закрыть глаза, Вика увидела, как Сириус переглянулся с директором.
– Да… Возможно…
Последние два месяца она только и делает, что испытывает напряжение.
– Это запоздалая реакция на стресс. В таком случае, вам необходим отдых. При вашей загруженности приступы могут повториться, и тогда их будет не так-то легко ослабить.
– Но я не загружена!.. Благодарю за помощь, но я пойду… - Вика, ужаснувшись тому, что она будет лежать в больнице, открыла глаза и с трудом села на постели. Ее мигом кинуло в жар, помещение и все вокруг закачалось перед ее глазами.
– Я совершенно согласен с мадам Помфри, у тебя почти нет свободного времени, Виктория, - сказал Сириус.
Она сердито глянула на него, едва сдерживаясь, чтобы не рухнуть от слабости, охватившей ее. Откуда, интересно, он знает, если видятся они от силы три раза в день? Или, может, поэтому?..
– По-моему, здесь есть здравое зерно. Лежите и выздоравливайте, Виктория, - добавила профессор Макгонагалл.
– Я предупрежу преподавателей, что завтра вас на занятиях не будет.
Кивнув Вике, она вышла из больничного крыла. Но девушка упорно не желала ложиться обратно и свесила ноги с кровати. Впрочем, Сириус и мадам Помфри не позволили ей встать.