Везунчик
Шрифт:
— Не помешаю? — спросил я их.
Компания продолжала молча сверлить меня взглядами, поэтому, невозмутимо пожав плечами, я принялся разглядывать прочую публику, надеясь отыскать среди них тех, о ком упоминал Ярут. Нет, он не описывал мне подробно внешность каждого порядочного члена искательской гильдии, просто мне подумалось, что Бзыра Шестипалого и Сурвоша Безухого я сумею вычислить.
Мой осмотр прервал возглас одного из соседей по столику:
— Паря, вали-ка ты отсюда, пока цел!
Покосившись в сторону говорившего, я уточнил:
— Это почему
— Потому что, если ты сейчас же не исчезнешь с глаз долой, я тебе рожу начищу! — пообещал хмурый детина с пышной шевелюрой и уродливым шрамом на лбу.
— А зачем ее чистить? — удивился я, машинально переходя к своей излюбленной роли простачка. — Она и так блестит, словно новенький золотой.
На лицах некоторых искателей появились ухмылки, но детина юмора не понимал и угрожающе прорычал:
— Ты меня не понял?! Встал и вышел отсюда, если жизнь дорога!
В ответ я рассмеялся, глядя в его выпученные глаза. Уж больно в этот момент искатель напомнил мне земного поп-звездуна. Причем внешнее сходство было довольно заметным (если бы не шрам — почти вылитая копия!), поэтому, даже понимая, что сейчас меня наверняка станут убивать, я не смог сдержаться. Детина вполне предсказуемо закипел и начал подниматься, но его ухватил за плечо приятель, который заявил:
— Оставь его, Пир! Ты же видишь — это обычный дурачок.
— И что, теперь прикажешь мне за одним столом с ним сидеть? — возмутился искатель.
В этот момент я, сообразив, что перспектива лишиться зубов, получить другие телесные повреждения и быть с позором выкинутым из "Золотого меча" ставит крест на моих планах, обиженно поинтересовался:
— Это почему это я обычный? Чтоб ты знал, таких как я больше нигде не сыщешь!
Но моя попытка при помощью шутки погасить зарождавшийся конфликт с треском провалилась. Теперь уже сосед Пира посмотрел на меня с легкой брезгливостью и проронил:
— Пшел вон, убогий! Нечего тебе тут делать.
Ну что за невезуха! Так замечательно распланировал будущие переговоры, продумал аргументы, нашел гарантии и вдруг — на тебе! Сходу нарвался на какого-то придурка, даже не приступив к деловой беседе. И что теперь? Пересесть за другой столик, подальше от задир? Не вариант — краем глаза я отмечал, что сидевшие поблизости посетители с интересом наблюдают за перебранкой и наверняка не позволят мне поужинать за их столами. Чисто из принципа. Еще можно с позором покинуть трактир, тем самым охранив здоровье, но в таком случае поиски "приличной" команды грозят затянуться, а у меня уже денег нет. Оставался третий путь.
— Ошибаешься, — серьезно возразил я искателю. — Имеется у меня одно довольно прибыльное дело, и здесь я как раз подыскиваю кого-нибудь, кто мог бы с ним помочь.
Я сделал многозначительную паузу, отметив, что во взгляде соседа Пира промелькнуло удивление, однако к изложению подробностей перейти не успел. Бугай выдохнул нечто, в переводе на литературный звучавшее как: "Сейчас я ему врежу!", снова попытался вскочить и кинуться на меня. Признаться честно, в этот момент я здорово струхнул, так как прекрасно понимал — если начнется
К счастью сосед Пира схватил буйного искателя за рукав, рывком усадил назад и яростно зашипел:
— Тебе вино в голову ударило?! Не успел за свои прошлые игрища с Гильдией рассчитаться, а уже лезешь в новую драку? Думаешь, тебе и на этот раз так легко удастся избежать рабского ошейника?
Пир, вначале еще пытавшийся вырваться из хватки своего товарища, под конец тирады соизволил успокоиться. На его лице отразилась напряженная работа мысли, а затем оно приняло весьма колоритное выражение, какое бывает у ребенка, которого строгие родители лишили конфет. Это не осталось незамеченным — за соседним столиком раздались смешки, а один из посетителей ехидно заметил:
— Да, парни, нашего Пира, словно подменили в остроге! Теперь даже дурачка поколотить боится.
— Заткнись, Сош! — бросил сосед бугая. — Ты-то в прошлый раз только чудом туда не угодил. Хотя сам свалку затеял и сам же вынудил новичков схватиться за клинки.
— Врешь ты все, Лахут! Они первыми начали, — возразил искатель.
Досадливо поморщившись, Лахут не стал продолжать перепалку, а повернулся ко мне и поинтересовался:
— Что у тебя там за прибыльное дело?
Похоже, я погорячился, это был совсем не провал. Наоборот — госпожа удача продемонстрировала мне свою очаровательную улыбку. Об этом искателе Ярут упоминал, отнеся его команду к тем, с которой можно работать, и вскользь заметив, что хотя Лахут с друзьями не занимаются рискованными, операциями, сулящими богатую добычу, зато за три года жизни в приграничье потеряли всего одного. В общем, лучших кандидатов пожелать было сложно, поэтому я сразу перешел к сути:
— Работенка простая и непыльная. Нужно сходить на второй пояс, принести кое-что оттуда и продать в Ирхоне.
Мне пришлось прерваться, так как появилась официантка с моим заказом. Поставив тарелки и кувшин передо мной, девушка потребовала двадцать пять медяков. Снова неприятно удивившись ценам в трактире, я достал кошелек и расплатился, прикидывая, где теперь взять деньги на ночлег.
— Простая и на втором поясе? — скептически хмыкнул Лахут, когда разносчица упорхнула на зов других посетителей.
— Именно, — кивнул я и взял ложку.
Картошечка оказалась выше всяческих похвал, однако я не позволил себе насладиться ее вкусом, оценивая реакцию искателя, как и прочей публики. Она ведь не пожелала остаться в стороне от событий. Сош, к примеру, кивнув на меня, сказал приятелям: "Дела Лахута совсем плохи, раз заказы у дурачков принимает!", за моей спиной двое вполголоса решали, вышвырнуть наглеца из трактира, или не стоит связываться с идиотом, который неизвестно что может учудить, а кто-то громко ностальгировал о былых временах, когда не имевшие знака искателей даже заглянуть в "Золотой меч" боялись.