Ветер свободы

Кирина Ольга

— С радостью, — Отозвался Дэн и мгновенно выполнил просьбу.

— Спасибо. Майкл, принеси Бургундское 1934 года, не зря я берег эту бутылку, как знал, что случай настанет.

— О, решил тяжелой артиллерией добить нашу малышку? Романи Конти, урожай 1934 года, — Майкл промурлыкал каждое слово на французский манер, словно чеширский кот. — Одно из самых сексуальных вин мира. Поддерживаю тебя дружище, — И, махнув рукой, плавно удалился в подвал.

— Дэн… — Аэль дождался, пока аспид не скроется из глаз и, скрывая свои истинные метания за разделкой рыбы, тихо спросил. — Как она? — Он боялся поднять глаза, так как ему действительно было стыдно, за свою слабость, за то, что не сумел сдержать себя в руках и вовремя остановиться. Он крепко сжимал нож в своих руках, не замечая того, что тот более ни для чего не

пригоден. Острое стальное лезвие теперь уродливым сморщенным хромированным комком покоилось в руках его мучителя.

— Расслабься, братец, — Дэн в привычной для себя манере хорошенько похлопал раскисшего мужчину по плечу, да так, что у того чуть искры из глаз не посыпались. — Девочка держится молодцом. Истинная дочь богини и эту информацию восприняла достаточно спокойно, конечно я поторопился с этим, но что поделаешь. Язык мой — враг мой. Конечно, она еще не до конца осознала кто она, да и пока не знает, что мы все связаны между собой…

— Как я… кхм — Аэль прокашлялся, отрывисто выдвинул ящик и взял другой нож. — Вернее, что она испытывает по отношению ко мне? — Он закрыл глаза, напряженно ожидая ответ.

— Ну, лукавить не буду, страху ты нагнал ей конкретного. Орехи где? — Попутно уточнил Дэн у брата, рассказ ведь можно совместить с готовкой. А то скоро спустится Диана, а у них ничего не готово. Император кивком головы указал на шкафчик, и теперь более ожесточенно кромсал их несчастный поздний ужин. Аэль догадывался, что теперь будет видеть только страх в ее волшебных серых глазах, но все же надеялся на более благополучный исход.

— Аэль, — Его плеча коснулись в ободрительном жесте, — не переживай, ты держался как мог, я знаю, что ты делил силу еще и с Майклом, удивительно, что ты протянул так долго. Да, она тебя жутко боится, хотя прячет свой страх за шутками, но знаешь что положительно во всей этой истории, нет, не положительное, скорее удивительное и невероятное, — Аэль со светлой надежной взглянул на своего разом помудревшего брата. Хоть Дэн и старался вести себя, как обычно, шутить, паясничать, но император нутром чувствовал, что-то изменилось в его младшем, пока это что-то сидело где-то глубоко внутри Дэна, и Аэль не мог понять что именно. Если бы сила вела стабильно, тогда он бы с легкостью разгадал этот секрет.

— Что? — Аэль забыл, как дышать, а что если… нет, зря надеяться он не привык.

— Диана в полнейшем восторге от твоего симурана, это ж надо, а? Она ему и имя дала, громкое, пафосное, знаменитое — Люцифер. Я тебе даже завидовать начинаю.

— Кому? — Братья одновременно оглянулись и увидели застывшего в дверном проеме Майкла. Змей не только принес коллекционное вино для девушки, но еще и не забыл захватить выпивку покрепче для мужской половины. Последнюю фразу он явно услышал, поэтому чуть не выронил обе бутылки.

— Это еще что, Люцифер со мной на контакт вышел, мы даже немного пообщались. — С деланным безразличием бросил Аэль и стал с удовольствием наблюдать за выпавшими в осадок парнями. Так-то. Не все им громогласные новости приносить. Аэль конец-то почувствовал пока что слабенькое, но такое родное превосходство. Совсем измотали его не радужные мысли, которые крутились вокруг одной особы. Пора выводить себя из этого болота грусти и печали, император он или кто?

— Как это произошло? — Парни подались вперед, готовые жадно впитывать нереальную информацию. Вторая половина, зверь умеет разговаривать, а не только кидать мыслеобразы и делиться своими эмоциями?

— Дэн, — донесся звонкий голосок со второго этажа, — я позвоню? Да и мне бы переодеться во что-нибудь, — Три мужчины разом обернулись туда, откуда доносилась переливающаяся и богатая на интонации речь. Два из трех сейчас олицетворяли застывших перед своей добычей хищника. Глаза их опасно поблескивали в приглушенном кухонном освещении, клыки выросли до максимальных размеров, а когти начинали отбивать нетерпеливый ритм по черной мраморной столешнице. Их ноздри хищно подрагивали и с голодным наслаждением втягивали окружающих воздух.

— Вы что творите. Уроды, — прошипел Дэн, занимая оборонительную позицию. Он спиной закрыл выход из кухни, готовый в любую секунду отразить их слишком буйное желание встретиться с девушкой. — Я вас предупреждал. Сейчас же прижали свои задницы на место. Приняли благородный вид, и чтобы ни один из

вас даже малейшим намеком не показал Диане, что вы к ней действительно испытываете. Я понятно выразился? — Майкл уже наблюдал подобное, но тогда эта чужеродная сила проявлялась уродливыми пятнами, а вот сейчас он и Аэль видели такого Дэна впервые. Это был не он, что-то иное, более сильное и мощное. Беспощадное существо предстало перед ними. Вокруг Дэна клубилась непроглядная бархатистая чернота, не было уже привычных глазу его изящных ажурных лазурных плетений. Эта мгла словно поглощала свет извне, она втягивала его в себя, становясь насыщеннее и осязаемей. Странная материя словно жила своей жизнью. То, что крутилось вокруг младшего брата императора, не поддавалось никакой логике. Когда аспид поведал Аэлю об изменениях Дэна, тот ему не поверил. Мало ли, что могло показаться алмазному. Боги. Где же сила, данная брату от рождения, что произошло? Обоих мужчин, готовых рвануть на второй этаж, остановил приказ Дэна. Подобные обычно дает император своим подчиненным: накрывает своей силой, и они его безропотно выполняют. И все бы ничего, если бы это повеление отдал полноправный правитель Артраса. Аэлю ничего не оставалось, как молчаливо исполнять и теряться в догадках. Да, сейчас он не в лучшей форме, но и у Дэна никогда не было силы повелевать. Майкл переводил хмурый взгляд с одного брата на другого, что-то решая про себя.

— Может, ответишь, она тебя спросила, — подал голос аспид, разбивая звенящее напряжение, витавшее в округе. — А то ее еще угораздит спуститься, в чем мать родила. — Он сложил руки перед собой и ждал ответной реакции. Из груди стали вырываться тихие сдавленные смешки, которые быстро перешли в гомерический хохот.

— Вторая комната справа. Телефон на столе у окна, надеюсь, ты не будешь совершать глупости. Одежду выберешь в шкафу. Смотри, не утони, — крикнул наверх еще хихикающий Дэн.

— Спасибо. Не парься, я ж не дурко, вы меня сначала ужином накормите, а потом я подумаю, сбегать мне или нет, — Диана весело фыркнула. — Я подружке позвоню, у меня там Томас помирает голодной смертью. Я очень переживаю, — Диана действительно переживала, это ощутили все трое. Неприятное ощущение.

— А Томас это кто? — задумчиво осведомился аспид, обращаясь в никуда. — Что это за загадочный мужик по нашу душу?

— Скорее всего, кот, — отозвался Аэль и полностью погрузился в приготовление чудесного блюда под названием "Нежная семга под ореховой корочкой". Майк занялся сервировкой внушительного круглого стола из красного дуба и подошел к этому процессу со всей ответственностью. Вышитые вручную серебряными нитками салфетки, серебряные столовые приборы, тончайший сверкающий хрусталь и свечи. Куда же Майкл без свечей, любитель романтики. Дэн отварил рис. Все блюда уже были готовы, и сейчас все это великолепие томилось на столе и ожидало главную гостью этого вечера. Девушка не заставила себя ждать слишком долго. Почувствовав аппетитные ароматы, плывущие с кухни, Диана отбросила стеснение, переживание, излишнюю тревогу и устремилась навстречу обещанному ужину. В первую очередь она хорошенько поест, а уже потом будет задавать интересовавшие ее вопросы.

— Здравствуйте, — раздался тихий голос с лестницы. Тут же девушка почувствовала на себе три пары заинтересованных глаз, под которыми захотелось спрятаться глубоко внутрь себя. Жаль, что у нее нет раковины. Ей стало жутко неуютно, и самовнушение, которое она отрабатывала десятью минутами ранее перед зеркалом в комнате Дэна, стремительно таяло. Она боялась поднять глаза и встретиться лицом к лицу с теми, кто вызывал в ее душе богатую и непередаваемую гамму эмоций и диких желаний. Перед глазами пронеслись картинки: фатальная встреча с Майклом в лифте, жаркие объятия с Аэлем на прохладных черных простынях, нежный и спасительный поцелуй с Дэном. Щекам стало невыносимо жарко, и девушка почувствовала острую нехватку нижнего белья. Да, на ней была одежда, которая полностью скрывала ее фигуру, но от этого она не ощущала себя одетой. Она боролась с диким желанием сорваться на бег, закрыться в выделенной ей спальне и принять ледяной душ, а еще лучше залезть в ванну, наполненную до краев льдом. Диана понимала, ЧТО овладевало ее разумом и телом, и это ее пугало. Возбуждение — оно плавно проникало в нее, заставляя каждую клеточку ее тела, каждый уголок ее души сходить с ума от нетерпения и страсти.