Ветер с моря

Хевен Констанс

Но все это выяснилось позже. В день же, когда Ги шепотом рассказывал сестре о том, как все произошло, они ничего не знали. Брат и сестра сидели рядом в слабом свете свечи.

— Как же я могу теперь здесь остаться? — в отчаянии сказал он. — Все-таки они были моими друзьями, а теперь я стал для них врагом. Они мне больше не доверяют. Это невыносимо. Раньше я чувствовал, что делаю что-то полезное, хоть и противозаконное. Мне это нравилось, и тот парень, Эрмитейдж, заинтересовался моим рассказом. Правда ведь, Белла? Я мог бы снова отправиться туда, выяснить еще что-нибудь интересное для него, если

бы не случилось все это. — Он повернул голову, чтобы взглянуть на сестру. — Кто он, Белла? Я знаю, он имеет отношение к Министерству иностранных дел и к политическим кругам. А дядя Джошуа так хочет туда попасть, что готов продать душу дьяволу. Но в то же время, он не похож на светского щеголя, так ведь? Чем на самом деле он занимается?

— Не знаю, — задумчиво сказала Изабелла. — А хотелось бы знать. С виду он такой обаятельный, располагает к себе, но даже тогда, много лет назад, на корабле, когда он был так добр к нам, — ты помнишь, Ги, — даже тогда я чувствовала, что в нем есть какая-то тайна.

Сможет ли он им помочь или сочтет их просьбу наглостью? Она не осмелится попросить. Изабелле хотелось выбросить эту мысль из головы. Только одно представлялось ей очевидным: она не могла оставить здесь Ги одного. Нужно что-то придумать. Но пока Ги так болен, Изабелла не могла ни о чем думать.

— Прежде всего тебе нужно поправиться, — сказала Изабелла, устраивая его поудобнее на кровати. Еще будет время подумать. «Но совсем немного времени останется после карнавала», — в отчаянии размышляла Изабелла, ставя воду на столик так, чтобы Ги мог дотянуться, и оставляя свечу зажженной. Позднее она зайдет посмотреть, спит ли он. Хотя, подумала девушка, сейчас он чувствует себя уже достаточно хорошо, чтобы остаться одному на несколько часов, а ей так хотелось уединиться в своей комнате и попробовать найти решение. Было бы гораздо проще украсть деньги и убежать вместе с братом. Они смогли бы продержаться около года, пока не начнут добывать средства к существованию. Но Изабелла рассмеялась над этой безумной идеей. К сожалению, граф де Совиньи и его сестра не были ворами. Насколько было бы легче не иметь совести.

Готовясь ко сну, надевая ночную рубашку, она почему-то подумала о Люсьене. Как бы поступил он? Ухватился бы за предоставившуюся возможность, как сделал это с лошадью Джеймса, а потом отвечал бы за последствия? «Я обязан тебе жизнью. Жди меня». — Все это пустые обещания. Но как было бы чудесно, если бы они исполнились! Однако легче достать луну с неба.

Изабелла вздохнула, вытянувшись на постели, взяла книгу и наклонилась к свече. Она будет читать «Сказание о старом мореходе». Поэзия унесет девушку далеко от обыденной жизни, и, может быть, найдется выход, о котором она еще не подумала, осуществится несбыточная мечта: на карнавале вдруг появится Люсьен в образе сказочного принца и унесет их с Ги в другой мир. Свеча оплыла, книга упала на пол, и Изабелла вдруг очнулась. Сон, мечта — вся эта чепуха так быстро исчезает. Пора взглянуть, спит ли Ги, задуть его свечу и вернуться в свою постель. Подумать о суровой действительности, с которой скоро придется столкнуться.

Часть II Роберт 1801–1803

Глава 7

Я

снова получил приглашение в Хай-Уиллоуз, — сказал Роберт Эрмитейдж своей сестре за завтраком в их фамильном особняке на Арлингтон-стрит. — Отмечается день рождения Венеции. Кроме того, в том краю, как раз в это время проводится карнавал, и леди Бриджез решила устроить большой прием.

Мэриан вскинула на брата глаза.

— Ты поедешь?

— Думаю, да.

Сестра подлила ему кофе, добавила немного сливок и осторожно сказала:

— Никогда бы не подумала, что сельский карнавал может тебя привлекать.

— Меня не карнавал привлекает, — откровенно признался он, — мне нужно поехать в Кент по другой причине.

— Как я поняла, вопрос о береговых укреплениях пока отложен, ведь, по-видимому, угроза наполеоновского вторжения отдалилась в связи с назначением Нельсона на пост командующего флотилией, охраняющей Ла-Манш.

— Это, конечно, верно, — улыбнулся Роберт. — Между прочим, наш адмирал рьяно взялся за дело. Он вернулся с победой на Балтийском море, надеясь провести несколько недель заслуженного отпуска со своей любимой Эммой. Но стоило премьер-министру твердо заявить в беседе с ним, что только сам герой сможет успокоить встревоженную нацию, как он тут же вернулся в Министерство военно-морского флота. Следует отметить, что адмирал занимается флотилией с энергией настоящего командира.

— Так что же влечет тебя туда на этот раз?

Роберт допил свой кофе, медленно сложил салфетку и посмотрел на сестру.

— Я должен кое-что сказать тебе, — задумчиво проговорил он. — Если все пойдет так, как я надеюсь, то вскоре я женюсь.

— Женишься! — воскликнула Мэриан. — О, Роберт, только не на Венеции!

Он слабо улыбнулся:

— Нет, не на Венеции, а на ее кузине.

— Кузина? Какая кузина?

Мэриан была поражена. Она не верила своим ушам и гадала, не было ли это заявление одной из шуток Роберта, хотя держался он спокойно и был серьезен.

— Кто она? Откуда она взялась? Почему они никогда не привозили ее в Лондон?

— Кажется, ее мать была сводной сестрой сэра Джошуа, а отцом — виконт де Совиньи. Ее дедушка был убит чернью в девяносто третьем году, а отец сложил голову на гильотине. Она и ее младший брат бежали из Франции. Так получилось, что я находился на корабле, который вез их в Англию несколько лет тому назад.

— Ты никогда не рассказывал об этом.

— Зачем бы я стал рассказывать? В то время это была самая обычная трагедия.

Мэриан нахмурилась:

— Почему мы никогда не слышали о них?

— Бриджезы приняли их неохотно. Когда-то давно произошла неприятная семейная ссора. Насколько я понял, в последние шесть-семь лет их не выпускали из Хай-Уиллоуз, используя как слуг, которым не надо платить.

У Мэриан было тайное подозрение, что Роберт стал жертвой своего глубокого сочувствия к несчастным, что и скрывал под внешней сдержанностью.

— Но не можешь же ты жениться на девушке просто так, из жалости? Это было бы ошибкой. Ты не должен так поступать, Роберт. Это не самая лучшая основа для счастливого брака.