Ветер с Итиля
Шрифт:
Часть 1
Колодец
Есть на Украине придание, взятое, как говорят, из актов: злая и пьяная баба, поссорившись с соседкой, пришла в суд и объявила, что та украла росу. По справке оказалось, что накануне росы точно не было и что обвиняемая должна быть ведьма. Ее сожгли. Проспавшись, баба пришла в суд каяться, что поклепала на соседку, а судьи, услышав это, пожали плечами и ударили об полы руками, сказав: «От тоби раз!»
Глава 1,
где
На сходе с моста застыл человек. Невзрачный, в потертом сером плаще и видавшей виды шляпе. Был он не велик ростом, но и не мал. Какой-то весь из себя средний, неприметный. Такого увидишь и враз позабудешь.
Человек долго смотрел вслед Степану. Словно что-то прикидывал. Когда тот пропал из виду, человек развернулся и пошел по мосту.
Дойдя примерно до середины, остановился, прильнул к перилам. Несколько через них перегнулся.
– Я нашел, повелитель, – прокаркал он в темноту, – дело за малым…
Лицо незнакомца исказила судорожная кривая улыбка:
– Загляни мне в глаза, повелитель. Ты сам увидишь…
Одна сменяя другую, картины заполняли огромные, как у ночной птицы, его зрачки…
Было за полночь. Накрапывал дождь – обычная питерская погода, особенно осенью.
Частника решил не брать – хотелось проветриться. Юбилей лучшего друга – дело нешуточное…
Через Дворцовый мост – на одноименную площадь, а там дворами до Конюшенной, и – дома…
Аккурат на сходе с моста расположилась мордастого вида компания. Трое рослых парней в кожаных куртках и страшенная девица с мешками под глазами и перевернутым распятием на груди. Страшенная лузгала семечки, сплевывая шелуху на мокрый асфальт. Рядом с компанией застыли три мотоцикла с вычурно изогнутыми рулями, с эпатажными клаксонами; на руле одного из «железных коней» за кожаный ремешок была подвешена фашистская каска.
Мимо пройти не удалось.
– О-о-опа! – Один из «заклепанных» толкнул Степана в грудь. – Они гуляють!
Заржали. Девица презрительно сплюнула.
Странные ребята. Вроде не наркоманы, но и не местная шпана. Если бы хотели разжиться имуществом, то действовали бы иначе – били сразу и по голове. Для развеселых же гуляк – слишком угрюмы и немногословны. Будто работают… Может, кто из богатеньких недругов решил Степана «поучить»?
– Огоньку не найдется?
– Ты бы еще спросил, как пройти в библиотеку, – поморщился Степан.
Парень опешил. А когда очнулся, картинно выругался и прыгнул вперед, метя коленом ниже пояса.
Белбородко отследил движение в зародыше – по перемещению бедер – и просто чуть отошел. Конечно, можно поработать кулаками. Бог силушкой не обидел, да и навыки рукопашника кой-какие имеются. Но, во-первых, все-таки их трое, точнее – четверо. А во-вторых, профессия обязывает…
Чтобы не разочаровывать компанию, принял боевую стойку – правая нога чуть подсогнута, левая – почти прямая, руки напротив центра, ладони открыты.
Парень в ответ нагло ухмыльнулся:
– Ну давай, потолкаемся! – Картинно пританцовывая, двинулся на Степана…
Тот ушел от очередного удара.
Разрыв стереотипа сработал. [1]
1
Степан применяет один из известнейших принципов НЛП – «разрыв стереотипа». Человеческое сознание обладает интересным свойством: если ему предоставить неожиданный в заданной ситуации материал, то на какое-то время оно «перегружается» – лишается потенциала критической оценки ситуации. Момент «перегрузки» сознания используется НЛП-психологами для наведения гипнотического транса.
Нападавший до того опешил, что шарахнулся назад.
Степан медленно поднялся. Точнее сказать, восстал, как труп из могилы. И, надвинувшись на главаря, прошипел:
– Хочеш-ш-шь, порчу напущ-щу, мож-жно…
Парень остолбенел.
– Прокляну, в церкви не отмолиш-шь, киш-ш-ки за-ж-жмутся. Мо-ж-жно!
Никогда Степан не видел, чтобы человек бледнел так стремительно.
Мощный, басовитый, бровастый Степан и в мирное время производил довольно зловещее впечатление, а уж теперь…
– Да ну его на … Колян. Придурок какой-то!
– Накажу, черви сожрут! Мо-ж-жно… – прошипел Степан и, раздвинув группу поддержки на манер ледокола, спокойно пошел на Дворцовую – под защиту родной милиции.
Расчет оказался верным.
За спиной раздался незатейливый мат, загрохотали моторы. Мотоциклы помчались прочь.
Незаметный человек в сером плаще еще долго смотрел вслед Степану…
Глава 2,
в которой благоразумие, как обычно, уступает жадности
На следующий день Степан, по обыкновению, находился в офисе. На улице творилось черт знает что: завывал ветер, не переставая лил дождь. Ни один нормальный человек в такую погоду из дома не вылезет. Степан бы уж точно не вылез. Но клиент шел косяком, как атлантическая селедка, потому как нормальностью не отличался. Белбородко жутко хотелось поскорее закончить рабочий день и пойти в какое-нибудь более приятное местечко. Но сие было несбыточно, ибо, как говорится, ковать нужно, пока горячо. Все, что позволил себе, – полчаса на кофе и бутерброды. Как же здорово вот так сидеть, смотреть в окно и жевать булку с сыром… И чтобы никто не лез с идиотскими просьбами…
– Степан Васильевич, к вам посетитель, – вдруг пропел девичий голос из динамика громкой связи.
– Хорошо, Анюта, пусть войдет. – Перерыв закончился.
Степан извлек из стола «Молот ведьм» с жутковатого вида демоном, оттисненным на кожаном переплете, положил перед собой. Имидж следует поддерживать. Бизнес… Наскоро дожевал бутерброд, проглотил успевший подостыть кофе и спрятал кружку в ящик стола.
В дверь нерешительно постучали.
Поправил на груди тяжелый бронзовый крест, застегнул верхнюю пуговицу расшитой магическими рунами рубахи. Прогремел: