Вестник
Шрифт:
– Лисёнок, тебя что–то беспокоит?
– А чего это ты засуетился вдруг, а?
У входной двери послышалась возня, и Алиса, встав, вышла в коридор.
– Мама, я уже дома, давай сумку… Газет не было… Соседка спрашивала, когда соберёмся стояк отремонтировать, для этого надо во всём подъезде воду отключать… Иди на кухню, чайник уже на плите, кастрюлю я поставлю…
Сидя с матерью на кухне, она с удовольствием уплетала борщ. Как говорила Эльвира Корнеевна, борщ может приготовить каждая, но создать шедевр, как делает мама, не может никто.
Завершив
– Что в школе?
– Стоит родная, что ей сделается. Виктор Абрамович меня после уроков оставил…
И она пересказала беседу с учителем, не забыла и про пять способов решения и пятёрку за них.
– И откуда такие познания?
– Мама, вы с учителем повторяетесь. Погорячилась и ответила по Величко, я ж не знала, что в школе по программе один вариант решения, и пять выдала.
– И когда ты «Введение в практикум по интегральному исчислению и рядам» освоила?
– Ну, я ж не думала, что так получится, не по школьной программе. Просто понятно пишет…
– Кто?! Доктор физико–математических наук, профессор – понятно пишет?
– Я же не эту книжку читала, он в «Кванте» статью опубликовал о пользе олимпиад, где приводил доводы, что нельзя ограничивать учебный процесс неполными знаниями, ведь наука движется вперёд. И, как пример, дал пять способов решения квадратных уравнений, с графиками и доказательствами.
Мать недоверчиво посмотрела на дочь, а потом обняла и, заплакав, стала целовать.
– Мама, ну не надо, я больше не буду.
– Я тебе дам «не буду»! Будешь, и ещё как будешь. А учитель прав: без участия в олимпиадах никак. Надо в университет зайти, узнать кое–что.
– Мама, не надо, я сама поступлю.
– Это ясно, что сама. А книжки, готовиться, где возьмёшь?
– В школе, наверное, есть.
– Где?! Нет уж, этим я займусь сама.
Смахнув друг другу слёзы и посмеявшись, что с сухими глазами ни одна женская беседа не проходит, они разошлись по комнатам.
– Ангелок! Значит, говоришь, пять решений квадратных уравнений мы выдаём легко, а остальные пока сложно будет привести, базы знаний не хватает?
– Я не сориентировался в школьной программе.
– На кого спишем прокол?
– Беру всё на себя.
– И кому мне говорить, что мой ангел–хранитель забыл школьную программу посмотреть?
– Ну, есть и плюсы. Мы засветились по мелочи, на остальное будут смотреть как на неизбежный факт.
– Откуда такая манера разговора?
– «Следствие ведут знатоки» и ещё ряд программ, но ты их недосмотрела.
– Ах, ты ещё и в кино бесплатно ходишь? Я знаю одно: мой будущий муж мне изрядно задолжал, и я его обязательно разыщу.
Алиса разобрала кровать, переоделась, пожелала матери спокойной ночи. Взглянув на зеркало, вздохнула и сняла с него халат.
– Не спишь, Ангелок? Что сегодня смотреть будем?..
***
Как обычно, утро наступило вместе со звоном будильника. Потянувшись и прислушавшись к себе, Алиса довольно улыбнулась и встала
– Ангелок, что сегодня снилось?
Восстановив в памяти море, пляж, экзотические фрукты и ещё целую кучу приятностей, она сходила в ванную, потом устроилась на кухне и поглощала ватрушки.
– Вот, Ангелок, всем сон хороший, но чего–то не хватает, а чего – не могу понять.
– Подумай, вечером исправим. Может, одной скучно на острове?
– В этом есть разумное зерно. Вот только кого не хватает?
– Из сохранившихся в памяти образов есть мама, Таня, Эльвира Корнеевна, дядя Олег…
– Не, не то.
– Вадим, одноклассник.
– А он–то, зачем там нужен?
– Домашнее задание помочь делать. – И голос хихикнул.
– Нет уж, пусть дома решает. Ах, ты ещё и подкалываешь!
– Я слежу за логикой твоей мысли: ты одинока, тебе не с кем поговорить. Обо мне рассказать – себе дороже выйдет. Откровенно ты можешь беседовать только со мной, но я не материален. Нельзя приклонить голову к моему плечу…
– Сморкнуться в твою жилетку, чтобы меня ещё долго вспоминали, – фыркнула Алиса. – А образ своего тела во сне можешь прислать? Ну, чтоб всё прилично было.
– Нет. На это табу.
– Ну, нет, так нет. Пойдём в школу.
Учебный день монотонно тянулся к концу. Последним уроком была география. Памятуя о проколе на математике, Алиса дала установку Ангелу на соблюдение программы общеобразовательной школы. Училась она и без того хорошо, поэтому особенно не выделялась знаниями. И если раньше при небольших сбоях в ответах учителя делали вид, будто не заметили, то теперь решили, что девочка собралась поступать в университет и сама подтянула проблемные места. Четыре предмета всё же остались с четвёрками, но учиться надо ещё три года, и Алиса помаленьку выправит эти оценки, чтобы в глаза не бросались. А что до математики, так Виктор Абрамович уже связался с университетом и узнал, что там до сих пор помнят очень перспективную студентку. Сообщив коллегам, что её дочь будет достойной заменой матери и он уже готовит её к олимпиадам, открыл информацию и в учительском коллективе. Престиж школы только рос от участия учеников в общественных мероприятиях, и директор дал всем добро на то, чтобы приумножать и воспитывать таланты в духе времени и постановлений партии.
До звонка было ещё минут десять, когда Вадим, сидевший у окна, сделав круглые глаза, почти шёпотом сообщил Алисе, что в школу идёт её мать. Скучный урок обрёл интригу, даже Ольга Кирилловна, вместе с половиной класса, выглянула в окно.
Мать Алисы шла по дорожке в небесно–голубом кримпленовом платье, на высоких каблуках, на шее играла в лучах солнца жемчужная нитка, волосы причудливо уложены в причёску «смерть мужикам», в руках ридикюль из кожи экзотического земноводного. Эльвира Корнеевна, когда отдавала маме эту сумочку, говорила, что ей самой, с её суставами, нужна не авоська из австралийской лягушки, а тёплая муфта из кавказского барашка.