Вестник
Шрифт:
— Ведьмины руны? — полюбопытствовал я, разглядев знакомые закорючки на крышке амулета.
Он кивнул.
— Само собой. Привязка на крови. Но мы учли прошлые ошибки, поэтому артефакт в империи официально запатентован. Правда, по бумагам он проходит как исцеляющий и на простых людях работает как заявлено, а о его скрытых свойствах знаем только мы.
Я искоса взглянул на Нума.
— Торгуете тоже официально?
— Естественно, — отозвался тот. — Причем поскольку исцеляющий эффект у него весьма достойный, а цена, напротив, не очень высокая, то артефакты
— А производите где?
— Здесь же, — усмехнулся Нум. — У нас заключены договора с местными колдунами на создание отдельных компонентов и с крупными торговыми гильдиями на сбыт. Собираем тоже здесь. Разумеется, в продажу артефакты идут без дополнительных свойств, тогда как для своих мы наносим руны отдельно. Так что все законно. Мы даже налоги платим, представляешь? И вскоре собираемся расширять производство.
Я демонстративно оглядел вампира с ног до головы.
Признаться, понятие законности и Нум уживались в моем понимании с некоторым трудом. Но времена меняются. И вот теперь бывший вор и убийца самостоятельно пришел к мысли, что работать на долгую перспективу все же лучше без грязи.
В этот момент за дверью мелькнула аура сына нэла Ариуса. Похоже, мальчишке стало любопытно, что за гости навестили их дом в столь позднее время. Причем амулета, имитирующего ауру, у парня не было, из чего я заключил, что он все еще человек. И заодно обратил внимание, что его аура выглядела на редкость широкой, в отличие от аур родителей, имела разную насыщенность цвета в центре и на периферии и при этом постоянно находилась в движении, как если бы мальчишка нервничал. Тогда как у нэлы Оливии и нэла Ариуса ауры светились неестественно ровно, везде имели одинаковый цвет и не менялись в зависимости от настроения.
Интересная особенность. Надо будет запомнить.
Желая рассмотреть отпрыска четы Хорд поближе, я подошел к двери и рывком ее распахнул. Стоявший за ней паренек лет пятнадцати непроизвольно замер, его сердце испуганно заколотилось, а дыхание стало таким рваным, словно он и впрямь полагал, что за эту невинную шалость его жестоко накажут.
— Зайди, — предложил я, отступив от двери и сделав приглашающий жест.
Мальчишка посерел еще больше и на негнущихся ногах зашел в гостиную.
Внешне он оказался почти точной копией родителей, так что насчет смешанных браков Нардис меня не обманул. Да и изменившиеся лица родителей подсказывали, что за мальчика они беспокоились совершенно искренне. Впрочем, если вспомнить, с какими трудностями сталкивались вампиры при зачатии потомства, это было неудивительно, так что я сделал успокаивающий жест и как можно миролюбивее спросил:
— Как тебя зовут?
— О-орин… господин, — слегка заикаясь, выдал мальчик, чье и без того неистово колотящееся сердце зашлось в совсем уж бешеном галопе.
— Можно мастер, — подсказал я. — Или просто Вильгельм. Я не кусаюсь. Честно. Тем более не убиваю своих.
Мальчик незаметно перевел дух,
— Он в курсе насчет ваших особенностей?
— Да, конечно, — нервно отозвался нэл Ариус и сдвинулся так, чтобы оказаться поближе к сыну. — Но ему еще рано проходить ритуал. Мы планировали обратить его после восемнадцати.
— Планировали? — вежливо уточнил я.
— Да. Он еще не решил, хочет ли становиться таким, как мы.
— Правда? — с любопытством оглядел я парня еще раз. — И почему же ты не хочешь меняться?
Мальчик насупленно зыркнул на отца.
— Я не говорил, что не хочу. Я просто еще не знаю, потому что… потому что у меня есть дар! — внезапно выпалил он, упрямо сверкнув глазами. — Я хочу поступить в академию и выучиться на магическую профессию!
— Вот оно что… значит, ты боишься, что после ритуала потеряешь магию?
— А разве нет? — настороженно замер мальчишка.
— Да, — кивнул я. — Магию после обращения ты действительно утратишь. Но ритуал необязательно проходить в восемнадцать.
Мальчик нерешительно поднял на меня взгляд.
— А разве?..
— Лет в тридцать или сорок ты все еще будешь силен, здоров и хорош собой, — заверил его я. — Ограничений по времени ритуал не накладывает. Конечно, существует риск, что за это время ты заболеешь, покалечишься или погибнешь, но думаю, твои родители постараются этого не допустить. Зато к тому времени станет ясно, какой у тебя дар и насколько он тебе нужен. Если окажется, что ты великий маг или колдун и без дара твоя жизнь потеряет смысл, то никто не посмеет его у тебя отобрать. Если же выяснится, что дар слишком слаб, то согласись, нет смысла за него цепляться.
— То есть становиться вампиром мне даже после совершеннолетия необязательно? — недоверчиво переспросил мальчик.
— Каждый сам решает, как ему поступить. Даже если он еще не достиг совершеннолетия или его желания идут вразрез с желаниями родителей.
Мальчик с явным облегчением выдохнул.
— Уф. Тогда я еще немного подумаю.
— Конечно, — согласился я, краешком глаза подметив, как переглянулись его отец с матерью. — Времени, чтобы определиться, еще много.
Когда он во второй раз поклонился, я только плечами пожал: да на здоровье. А когда мальчик ушел, я одарил его родителей выразительным взглядом, надеясь, что не только он, но и они меня услышали, и насильно обращенных среди вампиров не будет.
— Вам приготовить комнату? — неуверенно помялась нэла Оливия, когда вопрос оказался исчерпан. — Может, вы хотите вернуть дом в свое пользование? Мы могли бы…
Я качнул головой.
— Дом ваш. Мне он как таковой без надобности. Но у меня появились вопросы к вам, как к представителям местной вампирской общины.
— Какие вопросы? — снова насторожился нэл Ариус.
— Что вам известно о существах, обитающих в городских подземельях?
Торговец мгновенно помрачнел.
— Боюсь, мне нечем вас порадовать, мастер. Информации не так много, как мне хотелось бы, и она к тому же не обнадеживающая.