Вестник
Шрифт:
— Знал бы ты одного из наших, пока тот не решил исчезнуть, так бы не говорил. Молодой не значит слабый. Вспомнил бы, кто меня почти не отделал.
— Так мне его или тебя считать слабаком?
— Мальчики, — Нимбри вернулась из общественной уборной:
— Вы только и делаете, что спорите. Так мы не решим нашей проблемы.
— Ним, я нарадоваться не могу, какой разговорчивой ты снова стала. Что произошло, всё-таки?
— Ну, Роджер… Мне было плохо! Да. Знаешь, такое бывает…
Одайон
— Чтобы девушка хотела с тобой говорить, жеребец, слушай, что она хотела сказать. Докапывать её расспросами — себе же хуже. Она явно не хочет про это говорить.
— И как я только на экспертов по жизни натыкаюсь?!
– риторически ответил Вестник.
Нимбри думала показательно расстроиться, ведь её перебили, но спокойствие от отрезанной неприятной темы остановило. А ещё за край платья дёрнул мальчик.
— М’ама!
– воскликнул он, оттаскивая Вестницу к автомату с напитками.
Молодой рассудок не привык к такому стеснению. Девушка погладила ребёнка по голове и сказала, протягивая купюру:
— Я не твоя мама, малыш. Но раз ты хочешь, не знаю, сходи себе и купи что-нибудь.
Двоица парней повернулись обратно. Лицо Нимбри источало детскую виноватость за принесённого в дом зверька.
— Мне плевать, что вы решили за него. Я буду о нём заботиться. И он пойдёт с нами. В других руках его замучают.
— У тебя был пёс или хомяк, хотя бы? — засомневался египтянин.
— Нет, но очень хотелось бы.
— Видно, что ответственность в тебе не выросла. Где малец?
— Ушёл за газировкой.
— Дальний автомат за твоей спиной?
— Ага.
— Тогда, почему там никого не вижу?
Пропал. Каждая минута поисков только усугубляла ситуацию. Поток людей не уменьшался и сменялся быстрее, чем успеешь всех осмотреть. Час. Два. Никаких результатов.
— Дети, к сожалению, как домашние животные, — пытался приободрить сидящих Вестников на ступеньках Одайон:
— За ними нужен глаз да глаз, ну, или поводок.
Нимбри вжалась в объятия Роджера.
— Слушал бы собственные советы, — губами отбил Смертный египтянину, вернув голос только к девушке:
— Выкрутится. Он сильный малый. Я такой же, но сильнее… Но…
— Да сколько можно!
– Нимбри рассержено выскочила:
— Хватит цепляться за мелочи вокруг! Вы не станете лучше, раз встретились со смертью так рано. Может перестанете мериться всем, что ниже пояса, и посмотрите на картину вцелом?!
— Нимбри, я… — Роджер думал, что ответить, как его осенило:
— Одайон.
— А что я? Ты рассказываешь, что не слаб.
— Ребят, входы точно записываются камерами.
Общее понимание ежемоментно привело троицу в коморку
Ребёнок приблизился к манящему ассортименту, но даже не попытался нажимать кнопки. Вместо этого, рядом с автоматом он привлёк на себя внимание неизвестной сонливой девушки. Молодая ладонь легла в чужую, и в миг экран опустел. Бурная жизнь этого бетонного коридора вновь обезличилась.
— Можно ещё раз момент, куда она начала идти? — Смертный разглядывал мерцающие фрагменты на предмет зацепок.
Одайон выдвигал предположения, завязанные на небольшом опыте, а Нимбри отвернулась подумать. Тогда ей приглянулась полевая мышь, прекратившая сидеть смирно как раз в тот момент, когда на неё посмотрели. Зверёк спрыгнул на пол, спеша выскользнуть в дверной проём.
— Надо пройти по тому же маршруту, — заявила Вестница.
— Но мы его даже и не знаем полностью, — парировал египтянин.
— Придётся согласиться, — поддержал Роджер.
— Вам сложно за мной пойти?
Вестники переглянулись, когда Нимбри выбежала.
Последовав за ней, Смертный увидел, как девушка успокоила походку, не торопясь нагоняя какую-то мышь.
— Ним, ты точно уверена?
Зверёк заподозрил на себе взгляд и принялся удирать.
— Поводка у меня нету!
– бросила Вестница, разогнавшись.
Мелкие лапки отличались высокой прыткостью. В прочем, девушка не отставала ни на метр.
— Чушь это всё!
– крутила она у себя в голове:
— Была у меня крыса, попробовал бы кто на неё шлейку надеть. Зато в ловле её мне равных не было!
Тушка мыши легко зашла в поворот со своей небольшой массой. Ринувшаяся поймать зверька Нимбри напротив, скользя по плитке, подняла волну брызг с ближайшей лужи, настолько резво они бежали.
Преследуемая не сворачивала в закоулки. На первой же балке мышь запрыгнула на строительные леса. Их предназначение помогать людям забираться в нужные места, вот и Вестнице они не стали преградой. Этаж за этажом, высота растёт, а доски под ногами скоро закончатся. Рука Нимбри уже почти притянулась к дребезжащему хвосту, как мышь напрягла все свои лапки в усилии прыжка.
Соседнее здание на улочку вперёд и на пролёт ниже — туда стремился зверёк.
— Это не шкаф изнутри, это не шкаф изнутри, это не шкаф!
– бубнила Вестница, выбивая страх.
Рывок. Мышь упала на парапет, ощущая потерянный хвост. Кирпич рядом треснул. Мягкие пальцы раздробили в падении уступ, дабы уцепиться. Такие же мягкие пальцы вцепились в мышь.
Как первый раз вылезают из скользкого бассейна, Нимбри с трудом залезла на крышу. Никакой дрожи и ворошения девушка не ощущала.