Вероника Марс
Шрифт:
– Ты в курсе, что Нептун уже во всех новостях? – Мак кивнула на свой монитор и прибавила громкость. Большую часть экрана занимала прическа Терли – огромный жесткий начес, который не колыхался, даже когда она двигалась. Ее глаза сверкали, сопровождая каждое ее слово выражением праведного негодования.
– Я призываю всех, кому позволяют средства, сделать взнос в фонд «Найдите Хейли». Если шериф не собирается искать ее, эта обязанность ложится на нас, граждан.
– Фонд собрал уже почти четыреста тысяч долларов, при том, что он открыт всего несколько дней, –
Вероника присвистнула.
– Эта Триш Терли, может, и скользкий паразит, живущий за счет трещин в нашей системе криминального правосудия, но она явно умеет набивать цену.
Она опустилась на потертый диван и прислонилась головой к стене.
– Мак, давай уедем куда-нибудь в следующем году на время весенних каникул. Куда угодно, где не будет блюющих студентов. Где вообще не будет выпивки.
– Следующий год, весенние каникулы, Тегеран. Уже бронирую билеты, – отозвалась Мак, даже не отрываясь от компьютера. – Как твой папа?
– Хорошо. Врач говорит, еще пару недель, и можно делать что-нибудь легкое по работе. Ему уже не терпится вернуться сюда.
– Такие травмы, и так бездарно этим воспользоваться, – Мак покачала головой. – Если бы у меня внутри не осталось ни единого целого органа, я бы такой шанс не прощелкала.
Вероника уставилась на длинную трещину, зигзагом прошедшую по потолку, как контур созвездия. Она отстраненно подумала, что нужно будет сообщить об этом владельцу помещения. Но разговор со Свеном о трещине в потолке неизбежно приведет к разговору со Свеном об арендной плате, просроченной на три дня. Она шумно выдохнула и закрыла глаза.
– Как ты заметила, прошла еще одна неделя, а твой банковский счет так же пуст, как и прежде, – начала она.
Мак перебила ее.
– Все в порядке, Вероника. Я знаю, дела сейчас идут туго.
Вероника открыла глаза и грустно улыбнулась.
– Мак, прости меня, пожалуйста. Я не так себе все это представляла.
– Эй, – укоризненно осекла ее Мак. – Мы обе прекрасно понимали, что, возможно, ничего не выгорит. Знаешь, я уже начала подыскивать что-нибудь с зарплатой. Чтобы хотя бы оплатить счета, ты же понимаешь. И я всегда готова выступить в роли, не знаю, консультанта, как только понадоблюсь. – Она улыбнулась уголком рта. – Хотя за консультации я, разумеется, беру вдвое больше.
– Разумеется, – Вероника улыбнулась, но внутри у нее все сжималось. Не только из-за того, что она подвела Мак. В глубине души она переживала, что им больше никогда не попадется достаточно сложное дело, чтобы для него потребовались технические таланты Мак. Она слишком долго работала на своего отца и отдавала себе отчет в том, что представляет собой частный сыск: на каждое крупное дело, на каждую загадку уровня Шерлока Холмса приходится сотня скучных мелких расследований. И даже последних сейчас едва хватало.
Так ли она себе это представляла? Это предпочла Нью-Йорку, корпоративной юридической работе с шестизначным окладом, и это не считая премий? Что ж, при нынешнем положении дел это ненадолго. Если ничего не изменится, она оставит от «Марс Инвестигейшнс» – и всей работы ее отца – одни руины.
Как нарочно, именно в этот момент входная дверь распахнулась.
– Я ищу Кита Марса, – сказала она. – Мне нужна его помощь.
Глава 3
Мысленно чертыхаясь, Вероника неуклюже поднялась с продавленного дивана – об элегантности и речи не было. Пришлось совершенно непредставительно размахивать руками, чтобы просто сохранить равновесие.
– Мистер Марс сейчас находится на больничном. Его текущими делами занимаюсь я, – Вероника протянула руку, и гостья после короткого промедления пожала ее. – Меня зовут Вероника Марс.
– Петра Ландрос, – в ее низком музыкальном голосе едва угадывался акцент. Вероника бегло окинула ее взглядом, и расчетливая, отстраненная ее часть тут же принялась производить простые вычисления. Костюм от Армани, туфли от Джимми Чу, бриллианты в ушах, бриллианты на пальцах. Глаза едва тронуты паутинкой мелких морщин, а фигура, без сомнения, была следствием или темной магии, или пилатеса, или предельно утягивающего нижнего белья. Ее лицо казалась Веронике смутно знакомым. Но самое главное, она казалась богатой, а значит, был шанс оплатить счета за электричество прежде, чем его отключат. Особенно с учетом их специальной плавающей ставки для богатеньких дамочек.
Петра нахмурилась.
– Не подскажете, как долго не будет мистера Марса?
– Еще несколько месяцев. – Во всяком случае именно столько ему нельзя будет бегать и подглядывать в чужие окна, так что это даже нельзя считать ложью. – Но я вас уверяю, что даже в его отсутствие мы подходим к делам наших клиентов с такой же ответственностью и предоставляем тот же первоклассный сервис, что и всегда.
– Под «нами» вы имеете в виду лично себя, правильно я понимаю? – Ландрос смерила ее скептическим взглядом.
Веронике не впервой было видеть этот взгляд – чаще всего как раз от клиенток женского пола. Обычно он означал, что работа вот-вот сорвется с крючка. Раньше, когда она еще была любительницей в своем деле, обманчивая внешность частенько выручала ее. К ней не относились всерьез, и это давало ей свободу маневра. Но теперь, когда она выступала в качестве лица фирмы, становилось яснее ясного, что ее миниатюрный склад и светлые волосы не внушают клиентам особого доверия.
Внезапно ее захлестнула волна раздражения. Она порывисто указала пальцем на окно.
– Вы видите знак, на котором написано «Марс Инвестигейшнс»? Так вот, это я. Я – Марс. Так что да. Я имею в виду лично себя.
Вероника заметила, как Мак за спиной Ландрос театрально бьется головой об стол. Может, нам в команду и нужен кто-то более общительный, подумала она, падая духом. Но когда Вероника снова перевела взгляд на гостью, та разглядывала ее с любопытством.
– Я знаю, кто вы такая, мисс Марс. Вы привлекли к ответственности истинного убийцу Бонни ДеВилль. И вдобавок опозорили шерифа на национальном телевидении.