Вероника №5
Шрифт:
Но раскрыть карты когда-нибудь всё равно придётся… И чем дальше он оттягивает неприятный момент, тем сложнее рассказать сестре о провале. Второй курс он фактически не закончил. Страшно подумать, как отреагирует Даша, узнав результаты сессии.
– Принёс данные?! – подпрыгнула Даша. – Удалось выяснить, кому принадлежит карточка?!
– Да, конечно. У меня бумажка в джинсах, сейчас принесу.
Через минуту Даша уже рассматривала замусоленный листок – брат элегантно оформил документ чёрными отпечатками пальцев.
– Спасибо, спасибо! – радостно воскликнула Даша и слегка придушила братика в объятьях. Она три раза чмокнула его в щёку. – Ты даже не понимаешь, как меня выручил!
Андрей вдруг подумал: сейчас или никогда! Наступил момент, благоприятный для признания. Даша почему-то невероятно обрадовалась, получив координаты некой Светланы Вадимовны Келлер, озарила кухню солнечным сиянием…
– Дашуня, послушай… Мне тут надо тебе кое-что сказать, – нерешительно начал Андрей.
– Угу, – довольно кивнула Дашуня. – Что?
Данила (19, студент):Неделю назад наш сексапильный верзила завалил пересдачу. И как у него получается? Доиграется, дурень, вылетит из института. Теперь лихо стали отчислять, ректорат зверствует… Интересно, объяснился ли Андрюха с Дашундрэллой? Наверное, ещё ничего не рассказал… У сестрички будет инфаркт. Без вариантов!
Андрей медлил, собираясь с духом. Наверное, так чувствуют себя перед расстрелом: холодное утро, неясный рассвет, металлические щелчки передёргиваемых затворов – и бездонное серо-голубое небо над головой, совершенно равнодушное к твоей судьбе…
– Что, мой хороший? – ласково повторила Даша, обняла брата за шею и привалилась щекой к его уху. – Ах, жаль, я прямо сейчас не могу позвонить Светлане. Уже час ночи, неудобно тревожить.
– Я сессию завалил, – быстро сказал Андрей. Словно прыгнул в ледяную прорубь.
Даша замерла, оцепенела. Потом выпрямилась и убрала руки с плеч брата. Медленно опустилась на стул.
– Что? – убито прошептала она.
– Я сессию завалил. И пересдачу – тоже.
– Н-н-нет…
– Прости! – взмолился Андрей.
– Как завалил?.. Ты же всё сдал! Плохо, отвратительно, некрасиво – но сдал! – с отчаяньем проговорила Даша.
– Я завалил два экзамена. Ходил на пересдачу – и снова облом. Я тебя обманул. Скрыл эти две двойки.
– Нет, нет, нет!
– Дашенька, прости!
– Ты с ума сошёл! Ты ведь знаешь, что для меня значит твоя учёба! Я хотела гордиться тобой. И родители всегда думали, что будут гордиться – когда ты вырастешь! Они надеялись, ты продолжишь их дело. А ты…
– Даша, ну зачем ты…
– И про пересдачу ни слова не сказал! Мы могли посидеть вдвоём, подготовиться хорошенько…
Сестра,
– Дашенька, постой! Ну, прости меня, пожалуйста! – проныл вдогонку преступник.
Сестра не обернулась.
Когда Андрей, укрепив сердце мужеством, телепортировался вслед за Дашей с кухни в спальню, он увидел, что сестра лежит на кровати носом в подушку и сдавленно подвывает…
Даша вдруг подумала о том, как прошли последние три года. Как ей было тяжело! Родители погибли, с мужем развелась – она должна была в одно мгновение перестроиться, ведь жизненная ситуация резко изменилась. У неё не хватало денег, она с трудом оплачивала огромную квартиру. У родителей не оказалось сбережений – за год до гибели они как раз вбухали все деньги в покупку дачи… Дашина зарплата разлеталась молниеносно, приходилось подрабатывать. А когда Андрей не смог поступить на бюджетное отделение, стало ещё труднее. Но она экономила, изворачивалась, писала день и ночь курсовые…
И ради чего это всё? Зачем?
Студент-неудачник присел рядом и положил тяжёлую лапу на узкую спину бедняжки. Он ощутил, как под его шершавой ладонью вздрагивают хрупкие позвонки, шевелятся острые лопатки. Тонкая игла жалости вошла в его сердце.
– Как ты мог?! – всхлипывала Даша. – Ты же внук академика… И завалил сессию! Это же позор!
Андрей ссутулился на краешке кровати. Ему было нелегко это сделать – природа наградила его широкими плечами, скукоживались они с неохотой… Нерадивому студенту было ужасно жаль сестру, он и рад бы соответствовать семейной славе, но…
При мысли об институте над ним расправляла чёрное знамя безудержная тоска. Его бы воля – ни за что не вернулся в храм науки! Андрея нисколько не привлекала воспетая поколениями классиков студенческая жизнь. Пустая болтовня девчонок, тупое ржание парней… глупые пересуды, мелочные обсуждения… склочные преподаватели… бесконечная пытка коллоквиумами и семинарами… формулы, уравнения… Пустая трата времени!
То ли дело у него в гараже или в автосервисе Петровича! Волшебная музыка работающего мотора – вот что никогда не надоест!
– Ты от этих «хвостов» теперь не избавишься! – крикнула Даша, отрывая от подушки мокрое лицо. – А значит, к следующей сессии тебя не допустят. И сразу отчислят! Автоматически! И значит – армия! А в армии тебя убьют! Убью-у-у-ут! Покалечат! Ты же знаешь, что в армии творится… А ты крупный, заметный… И как я буду дальше?! Одна?!
Раззадорив себя оптимистичными зарисовками из жизни российской армии, Даша зарыдала в голос и снова рухнула на подушку. Андрей замер, потрясённый глубиной её горя. Он набил бы морду тому, кто заставил её так страдать! Но сестричка страдала из-за него! И что же делать в этой ситуации?