Верона
Шрифт:
Кто шутит так над ним?! Похоже, девица закралась в душу и основательно там поселилась
Фабрицио запутался.
Нахмурился, погруженный в свои мысли, когда услышал, как Аурелио зашевелился, просыпаясь.
— Buongiorno, amante, - Фабрицио ревновал, скрывать пытался, но… ревновал же.
Аурелио, перевернулся на спину и раскинул руки в стороны.
— Агний, - тихо произнес он.
– Боги, я даже не
— Мной? С чего ты взял, что ты был мной?
Всё он прекрасно понял, но рад этому не был.
— Что?
– произнес Аурелио.
– Следил за мной, Агний? Понравилось? Все ли я так делал, как нужно, а?
Мальчишка откровенно напирал, говоря все это, намеренно издевался. Аурелио приподнялся на локтях, приближаясь к лицу Фабрицио, смотрел ему в глаза. И не было в этом взгляде страха или вины, но был вызов.
Агний сошел с ума.
— С чего ты взял, что был мной? Каким мной? Когда?
Он так старался оградить ее от грязи на Сатурналиях, от посягательств старика Патрикия, от, от… даже от короля и самого себя. Как мог он старался оградить же!
Что Агний получил взамен? А вот это.
Сытую довольную мордаху юнца, только что вылезшего из постели девки! Применила, так сказать все, чему ее обучил Агний.
Обучил ли? Или все-таки просто ласкал, любил?!
Ар-р-р!!!
Издеваясь, этот пацан даже назвал его по имени, по настоящему, первому имени!
И тут все барьеры и преграды, которые строил внутри себя Агний, прорвало. Схватив тонкие руки Аурелио, он прошелся грубо ладонями вверх, сжал плечи, сжал так, чтоб маленький наглец даже не попытался вырваться.
— Vuole maleducato? Да? Так? – Агний жестко поднял Аурелио за подбородок и, притянув к себе, больно укусил за мочку уха. Зубы сомкнулись на хряще и ощутимо, болезненно потянули, но сразу, зализывая боль, в ухо Ромео ворвался горячий язык. Губы порхнули к натянутым на шее жилам, прошлись вдоль в почти поцелуе, зубы снова сжались, сжались и пальцы в захвате.
– Будешь весь в синяках и засосах, - прорычал Агний.
Одной рукой он отпустил Аурелио, но перегнулся через него, налег, дотягиваясь до графина с вином. Поднял, словно бокал, чокнулся с воздухом, сделал хороший глоток и поднес к губам паренька.
— Пей сам, иначе волью по самые яйца, вastardo, - проследил как проливая мимо рта, Аурелио глотает, сморщившись, напиток, продолжил.
– Помнится, кто-то всего насмотрелся в доме ланисты и на Сатурналиях? Кто-то побывал подо мной и старым пердуном в короне и подумал, что уже не девственник и все знает. Так вот, ничего ты еще не знаешь! Figlio di putana!
Пусть побудет игрушкой, его персональной игрушкой, которая не имеет ни воли, ни свободы, ни возможности удовлетворить собственные желания, пусть побудет!
Опыт, особенно печальный и болезненный, - это самый хороший учитель. Агний захотел, чтобы Аурелио получил сейчас такой опыт. Узнал, что значит быть пленником чужих похотей.
Агний просто сходил с ума, рыча и от возбуждения и от досады, что тело так постыдно предавало его.
Сейчас он ненавидел и желал эту маленькую вagascia, как никогда.
— Non mi dispiace per voi!
– он прыгнул на Аурелио.
Агний выпустил зверя и развлекался с жертвой как хотел. Впивался укусом в шею, хозяйской рукой сжимал член, лизал поперек лица, прихватывая зубами за щеку, за скулу, мурчал, урчал, что возбуждало его самого еще больше, и соскакивал, переворачивал, подхватывал и усаживал аурелио между своих ног, прижимая его к животу.
— Тебе нравится так? Вот так тебе надо же, да?!
А потом распустил свои длинные светлые волосы, накрыв ими и себя и Аурелио, и быстро съехал вдоль паренька вниз, ущипнув так, чтобы тело ожгло сладчайшей болью, а любовник выгнулся дугой и прикусил губу, чтобы не закричать. Ловко стащил с Аурелио остатки одежды. Как только тряпки улетели в сторону, мальчишка попробовал поднять и свести вместе колени, по-девичьи прикрывая обнаженное тело.
Стыд, стыд, страх и снова стыд. Жгучий, замешанный на подкатывающем ужасе, стыд.
Она забыла кто такой Агний? Она посмела надеяться, что с ней такого он не сделает?
Бойцовый пёс молосс сейчас готов был разорвать свою добычу.
Сейчас он учил Елин тому, что он знал, видел, испытывал на себе, что сейчас должен был чувствовать его ragazzo dolce.
Если бы это был просто симпатичный паренек, а не Елин, то Агний давно бы перевернул того на живот и отымел бы.
— Почувствуй себя полноценной шлюхой, вagascia, девкой, – и с этими словами дернул за лодыжки и перевернул мальчишку, зажал Аурелио так, чтобы тот, хватал подушку и вдавливался в нее своим лицом, скулил самым позорным образом. Ощутимо шлепнул по обнаженным ягодицам, остановил палец на маленькой ямочке пониже кресца и медленно с нажимом стал двигать палец вниз.
— Ну что, девочка, хочешь побыть на моем месте? На каком? Скажи мне, скажи же…
Из последних сил Аурелио вывернулся, с размаху вмазав по наглой морде Фабрицио подушкой.
— Скот!
— О, дааа, девочка, еще какой, - мужчина отпустил Аурелио и, казалось, отступил сам.
А потом мягко и нежно, не отводя взгляда приказал.
— Ляг на спину, ragazzo, просто ляг на спину.
Аурелио рухнул на постель, запрокинув голову и зажмурился. Проклятья и рыдания готовы были вырваться из его уст, он был готов ко всему, но только не к такому!