Вернуться – 5
Шрифт:
Те переглянулись, оставшись при своём мнении, но приняв к сведению слова профессионала.
— И самое плохое, — добавил Громов. — Изначально он был один, зверствовал у нас в Екатеринбурге. Убил нескольких человек и ранил несколько десятков. Затем, есть такая версия, что он же участвовал в убийстве авторитета «Якутёнка» и его приближённых людей, затем обстрелял киллеров. Хрен пойми зачем. А недавно в посёлке Крым, что у нас в Перми, были замечены несколько человек, действующих абсолютно в духе Диверсанта. Благо, никого не убили. Но
— Замечательно. Нам только этого не хватало, — цокнул языком Волков. — И одного за глаза.
Того, что устроил этот отморозок на базе было запредельным по своей жестокости и количеству трупов, а тут таких несколько может свалиться на голову. Ему только этого не хватало.
— Замечено то, что он «работает» только по криминалитету, — не утерпел Костров. — В Перми расстрелял из «ВАЛ-а» трёх киллеров, которые попытались убить главу одного из посёлков, его жену и водителя.
— Тогда ничего не понимаю, — сказал Волков. — Кто ему платит за подобное? Чем он руководствуется?
— Это самые интересные вопросы, — хмыкнул Паршин.
— Тогда, всё-таки, «Белая Стрела», — сказал Волков.
— Всё может быть, — согласился с ним Паршин. — Ладно, Сергей, что у нас по казино «Валери»? — обратился он к Фёдорову.
— Ничего толком, — пожал тот плечами. — Всё еще отрабатываем. Свидетелей много.
— По убийству Оси? — спросил Паршин.
— Там почти нет свидетелей, — отрицательно помотал головой Фёдоров. — Я говорю про свидетелей, что были очевидцами расстрела охраны Оси на парковке.
— Что-то удалось узнать? — спросил Громов.
— Частично картина преступления установлена, — подобрался Сергей на стуле. — На «заднем дворе» казино наш Диверсант, — он улыбнулся, глядя на поморщившегося Громова, — придушил работника заведения. Зашел в здание, вырубил, а затем связал двух охранников. Поднялся на второй этаж, зарезал и пристрелил «солнцевских» и итальянцев. Вызванная одной из официанток охрана из четырёх человек открыла по нему огонь. Диверсант ответил, положил всех, выскользнул из здания и из автомата расстрелял машины и десять человек, приехавших с Осей. Машины загорелись, так этот отморозок дождался, когда из машины побежит последний, оставшийся в живых, хладнокровно добил его, а потом сбежал.
— Камеры? — спросил Паршин.
— Одна, но она направлена на вход. А расстрел произошёл в зоне, куда камера не «смотрит».
— Что по способу убийства Оси, его людей и итальянцев?
— Патологоанатомы в легком удивлении, — сказал Сергей. — от силы ударов. Как один из них сказал — убийца очень силён. Фактически голова Оси была отделена от тела одним единственным ударом. При чём, это было сделано коротким клинком. Не топором там или какой саблей для казни.
— Ладно, полковник
— Дмитрий Олегович, — ответил ему полковник.
— Хорошо, Дмитрий Олегович, что у нас по дому Березовского и базы «солнцевских»? — он посмотрел на Волкова.
— Голова Оси у Березовского, пули из пистолета, мотоциклист — всё указывает на то, что это один и тот же человек.
— Я слышал, есть изображение Диверсанта на видео? — не удержался от вопроса Костров.
— Я потом покажу, — сказал Паршин.
— Короткий совсем отрезок, на несколько десятков секунд, — продолжил Волков. — Моё мнение, что он сделал это специально.
— Почему так думаете? — спросил Громов.
— Как он проник на территорию — неизвестно. Переговорив с БАБ-ом, — на его лице дернулась мышца, из-за нелюбви к этому человеку. — вышел из дома и специально «засветился» перед камерой.
— Наглец, — пробурчал Соловьев.
— Не то слово! — согласился с ним Громов. — Всё в его стиле.
— Каратель! — высказался Сергей Фёдоров. — Во всей своей красе.
— Спустя двадцать-двадцать пять минут мотоциклист был на базе «солнцевских», — продолжил Волков. — Убил двух охранников в отдельном здании, а потом зашёл в ангар.
— Так, а что по системе видеонаблюдения на базе «солнцевских»? Я слышал, что там были камеры, — подключился Костров.
— А ничего! — развёл руками Волков. — Проникновение на базу камерами не было зафиксировано, а после убийства охранников, сидевших в здании, где стояла записывающая аппаратура, киллер вырубил питание и пошёл вырезать бандюков в ангаре.
— Какие-то следы? — спросил Громов.
— Гильзы от пистолета, пули, изъятые из тел погибших, пара отпечатков от ботинок в крови на полу в ангаре. Обувь иностранная, криминалисты обещают, что скажут, что за модель и производитель, — сказал Волков.
— Хоть что-то, — удовлетворённо заявил Костров.
— Не уверен, — высказался Громов. — Судя по всему, ботинки уничтожены. Диверсант почти не оставляет следов. А те, что есть, ничего толком не доказывают.
— Ладно, какая-то конкретика по базе «солнцевских» есть? — спросил Паршин, обращаясь к Волкову.
— Перевалочная база для наркотиков, также место содержание для молодых девчонок. Часть из них на продажу для занятия проституцией. Часть — на органы, но это пока только предположение.
— Почему? — спросил Громов.
— А потому, что тех, кто это мог подтвердить, Каратель нам не оставил. Всех убил с особой жестокостью. Шестерых исполнителей жестоко зарезал, отрезав у всех гениталии.
— О как! А почему? — спросил Костров.
— Эти шестеро двух девчонок хотели по «кругу» пустить. Одна из них, кстати, слепая, — вызвав этим возмущенный ропот среди мужиков. — В это время Каратель появился, перед этим убив всех остальных охранников в ангаре. Отловил их коридорах и жестоко убил.