Вернуться 2

Кириллов Альберт

— Ни черта тут нет! Тот, кто стрелял, ничего не оставил. Как привидение, — заключил Польшин, тщательно осмотрел чердак, пытаясь найти малейшие следы снайпера. — Даже окатыши разровнял. Только винтовка и гильзы.

После чего винтовку с гильзами забрали и теперь Польшин осматривал её в своём кабинете, используя лупу и перчатки.

— Совсем ничего? — не унимался Костров. — Это именно та винтовка, из которой по киллерам стреляли или нет?

— Блин! Стукнуть тебя, что ли? — Польшин так глянул, что Михаил отошел подальше от эксперта. — Ты нормальный? Как я тебе скажу,

если мы её ещё не отстреляли!

— А зачем тогд…

— … Я отпечатки ищу! — перебил его Польшин. — Потом отстрел. Тебя чему в институте учили?.. Хотя… — тут он приблизил голову к СВД и втянул в себя воздух с шумом. — Ну ка, — он вытащил затвор и положил его на чистую тряпку, с лежавшими рядом гильзами. — Так и есть. А подумал, чего так ацетоном тянет…

Он опять обнюхал затвор и саму винтовку более тщательно.

— Что, что? — спросил Костров.

— Тьфу! — не выдержал эксперт.

— Что тут у вас? — неожиданно для присутствующих зашел Громов.

— Во! Ещё один Торопыжка приперся, — сварливо сказал Польшин, сердито глянув на нового гостя.

— Э-э, извините, если что, — Олег понял, что лучше эксперта не злить, судя по сузившимся от ярости глазам.

— Так, два шустрых оболдуя, — с учётом его лет и отработанных лет, он себе ещё и не такие высказывания мог позволить. — или вы получаете признание от снайпера, что это он стрелял или… — не закончил Польшин.

— Что или? — Олег не выдержал, прождав почти минуту продолжения ответа от эксперта.

— Или хрен вам, а не подозреваемый! — рявкнул Польшин.

— В смысле? — смотрел на него Костров.

— Я не знаю, кто его учил. Мало, что следов на чердаке не оставил. Так вот вам ещё это. Нюхайте! — он тыкал в сторону следователей затвором СВД.

Те переглянулись, но подошли и стали осторожно принюхиваться.

— Порох и что-то ещё, — сказал Громов.

— Ацетон! — опознал запах Михаил.

— Молодец! — одобрительно кивнул эксперт. — Снайпер залил винтовку и гильзы ацетоном. Конечно, с ложа и внешней части деталей ацетон выветрился, но любые отпечатки и следы уничтожил. А вот в сам затвор и внутренние части СВД ацетон проник, частично оставшись в деталях в виде жидкости.

— Чёрт! — Громов понял, что их единственное доказательство — СВД практически бесполезно, если они не поймают снайпера.

Да если и поймают, то пока он сам не признается, им просто нечего ему предъявить. Он может только посмеяться над ними и фиги им показывать с учётом отсутствия отпечатков.

— А может чего найдете, ну хотя бы один отпечаточек?

— А ну пошли отсюда, ироды! Ждите, когда я заключению сделаю! — голос Польшина стал вибрировать от злости.

Только они подошли к двери, как она открылась и вошел Кузнецов:

— Ну что, есть что?

Костров и Громов быстро ретировались, успев увидеть наливающиеся кровью и злостью глаза эксперта.

* * *

— Как ваши успехи? — Герман столкнулся с Громовым и Костровым, когда те выходили из столовой прокуратуры.

— Ты к себе? — вопросом на вопрос ответил Олег.

— Да, бумажки тащу, — показал Герман ему папки с бумагами.

— Польшин

дал заключение, что именного из найденного СВД были произведены два выстрела по Мухутдиновым. Но это мало что нам даёт, — как-то горестно сказал Громов. — Ещё допросили Мухитдиновых и Абдулина.

— Как успехи?

— Для нас — никак. Все начали топить друг друга. Кто-то больше, кто-то меньше, но для нас это не очень интересно, — Олег взял ручку со стола и крутил её в руках.

— Что так?

— Никто из них снайпера не видел. Что и неудивительно. Тот слишком далеко от них был, да и не увидели бы они его. Стрелял он явно изнутри помещения. Следов нет, отпечатков — нет. Пока не возьмем его, нечего предъявлять. Да и где его искать? Это был сам диверсант или его помощник? Напоминаю, что раньше всё время рядом крутился мотоциклист. В этом случае, ни одного упоминания о нём. Кстати, а что по делу с убийством четырёх залетных киллеров?

— Да ничего, — пожал плечами Герман. — Областная прокуратура расследует. Информацией толком не делятся. Точно известно, что ничего толком по их убийце не нашли. Имеются только пули, которые достали из тел.

— А по убийству Якутёнка? — спросил Костров. — Ведь оружие явно из одной партии!

— Следак из областной только плечами пожимает. Говорит, что это ещё ничего не значит. Сильно подозреваю, что у него и так геморрой, а ему ещё только связывать два этих побоища не хватает. Вопросов много, а подозреваемых нет. Уверен, что эти дела объединять не будут. Потому что тогда начальство будет спрашивать по обоим делам, как за одно. И на хрена ему это надо? — насмешливо взглянул Герман на обоих.

— Ну да! — согласился Громов. — За Якутёнка, раскрытие других заказных убийств и этих киллеров медали получат. А если дело по убийству трёх киллеров туда же присовокупить, то уже вопрос по награждениям возникает: «Не всех поймали, значит и плюшек не получите», — так и скажут на самом верху.

— Но ведь они связаны! — Костров не успокаивался.

Громов и Герман, более опытные в таких делах, только усмехнулись над такой позицией своего коллеги. В нынешних условиях никто себе проблемы на ровном месте создавать не будет. Ну не найдут убийцу киллеров, да и чёрт с ним. За убийство преступников начальство по головке не особо гладит, но и с ножом к горлу не пристаёт. Вот если бы убили главу поселка Сылва с женой и водителем, тогда да! А тут — киллер киллеров убил… И наплевать на них.

— Ладно, когда домой собираетесь? — решил закончить неприятную тему Герман.

— Думаю завтра, сегодня созвонюсь с Паршиным, доложусь, что больше нам здесь делать нечего.

— Ну если завтра, так может сегодня куда сходим, на посошок, так сказать, посидим? — предложил Герман.

— Не вопрос, но точно я тебе только ближе к вечеру скажу.

— Хорошо, — на том они и расстались.

Около семи вечера Олег вернулся, сказал, что они уезжают завтра вечером, билеты уже куплены. Герман предложил посетить один из пивных баров в городе. Громов согласился и прихватив всех ребят из его группы, которые сидели в выделенном им кабинете в здании прокуратуры, направились на выход.