Верность
Шрифт:
– И что вы удивляетесь? – весело заметил шедший к трапу Беловеский, он был в кителе и при кортике. – Просто лейтенант до службы был шампунщиком и теперь не может удержаться, чтобы не тряхнуть стариной.
Все засмеялись.
Штурман доложил командиру, что с поручением от Сирано прибыл лейтенант Ямомото.
– Просите, – хмуро приказал Клюсс, – но входите, батенька, вместе с ним, снимайте кортик и садитесь. Комиссар и Якум на берегу, а я разговаривать с глазу на глаз с этим «дипломатом» не желаю.
Клюсс был уверен, что Ямомото отлично владеет русским языком. В этом его убеждали глаза лейтенанта, когда он прислушивался к матросским спорам или распоряжениям офицеров. Поэтому после обычных приветствий он без церемоний предложил по-русски:
– Ну-с, садитесь, лейтенант, и выкладывайте ваше поручение.
Ямомото молча поклонился и вопросительно кивнул на Беловеского.
Клюсс улыбнулся:
– Не смущайтесь. Это мое доверенное лицо. Он ведет всю переписку, и секретов от него у меня нет.
Ямомото несколько растерялся. Поручение, конечно, очень щекотливое, и лучше бы поговорить с русским командиром без свидетелей. Но, пожалуй, этот молодой офицер не помеха: наверно, предан своему командиру. Это не комиссар, ухода на берег которого он терпеливо ждал. Почти без акцента он сказал, подавая Клюссу бланк:
– Господин командир! Капитан 1 ранга Сирано просил срочно вам передать телеграмму.
Клюсс пробежал текст, на лице его изобразилось удивление, в глазах сверкнул смешок.
– Так какая же тут срочность? Я эту телеграмму ещё вчера читал. – Он вынул из ящика стола другой бланк. – Вот, посмотрите. Слово в слово. Даже подписной номер тот же.
Ямомото опешил. Такого оборота дела он никак не ожидал. Повертев в руках бумагу, он наконец пробормотал:
– Я восхищен… У вас прекрасные телеграфисты…
– Чего нельзя сказать о ваших дипломатах во флотских мундирах, – пошутил Клюсс.
Все трое рассмеялись, обстановка разрядилась. Ямомото стал смелее.
– И скоро вы намерены идти во Владивосток, господин командир? – спросил он.
Клюсс и Беловеский сразу стали серьезными.
– Видите ли, – начал Клюсс, – Подъяпольский, новый начальник штаба флотилии, сделался им в результате военного переворота. Прежний начальник штаба, капитан первого ранга Тыртов, наверное, не сдавал ему дел и документов. Поэтому неудивительно, что Подъяпольский пока не знает о данном мне задании. Характер же задания таков, что при любом правительстве оно останется в силе. Я должен ещё раз сходить на Командорские острова, завезти туда снабжение, принять вторую партию пушнины для доставки во Владивосток. Местные власти обязывают меня попутно завезти продовольствие в Уку. Вот я и намерен выйти в Уку, а оттуда на Командоры, а с Командор прямо во Владивосток.
– А ваша команда? Захочет ли она теперь идти
– Очень любезно с его стороны, но я уверен, что никакого бунта не произойдет. Среди матросов нет большевиков, а комиссар недавно был гардемарином.
– Я совсем не ожидал, что всё так прекрасно устроится, – улыбнулся японский офицер. – Значит, вы идёте во Владивосток с комиссаром?
Клюсс лукаво подмигнул:
– А вы как поступили бы на моём месте?
Ямомото решил перейти на официальный тон:
– Я не могу вам советовать, господин командир. Капитан первого ранга Сирано просил только передать вам эту телеграмму…
– И узнать, как мы будем на неё реагировать, не так ли? – вставил Беловеский. Оба русских офицера смотрели на Ямомото так насмешливо, что он понял: его миссия разгадана.
– Этого он не говорил, но это так… – вырвалось у него.
Клюсс расхохотался:
– Вы откровенны, лейтенант! Что ж, это похвально. Мы тоже с вами откровенны: морякам хитрости не к лицу.
Ямомото решил попробовать спасти положение.
– Если позволите, я буду откровенен до конца. Ведь об этом моё начальство не узнает?
– Конечно, не узнает, – подтвердил Клюсс.
– Мой командир хочет, чтобы вы шли прямо во Владивосток, но я лично этого вам не советую.
– Это почему же? – удивился Клюсс.
– Мы любим свою страну, вы любите вашу. Зачем нам ссориться? Я знаю, скоро наша армия уйдет из Владивостока. Вам лучше подождать…
Клюсс и Беловеский с любопытством смотрели на Ямомото. Чего он хочет? А может быть, он просто провокатор? После небольшой паузы Клюсс спросил:
– Не понимаю, кто вы, лейтенант? Какие цели преследует и вы лично?
Ямомото понизил голос:
– Среди наших молодых офицеров есть такие… Японские декабристы. Я один из них…
– Какова же ваша программа? – с нескрываемым интересом спросил Беловеский.
– Мы думаем, что ссориться с русскими не следует. Япония должна быть морской империей. Нам нужны Филиппины… Зондские острова… А не холодная Сибирь. Нужно освободить народы Азии от ига европейцев и американцев. Это историческая миссия Японии…
Наступила пауза. Чтобы скрыть волнение, Ямомото пил кофе. Его черные глаза сверкали.
– Понятно… – нарушил молчание Клюсс. – Но я в политику не вмешиваюсь. Мне совершенно безразлично, какая партия у власти во Владивостоке. Лишь бы власть была русская. Выполнив задание, я вернусь туда. И никто меня за это не осудит… А любезностью вашего командира я всё-таки воспользуюсь.